Чтение онлайн

Мифологическая школа на Западе никогда не была преобладающей, но ее идеи были подхвачены коммунистами и, когда в 1917 году они захватили власть в России, мифологическая идея была объявлена научной. Считалось, что наука доказала: Иисуса Христа никогда не было. Поскольку вскоре между СССР и остальным миром опустился железный занавес и доступ к историческим исследованиям о Христе для абсолютного большинства наших сограждан оказался закрыт, людям стало казаться, что идея о мифологичности Христа возобладала повсеместно, тем более что западные коммунистические партии тоже взяли на вооружение эту теорию. Впрочем, в исторической науке она никогда всерьез не обсуждалась. Даже люди, придерживавшиеся откровенно атеистических взглядов, в большинстве своем вовсе не отвергали историчность Христа.

Любопытно, что первым дал отпор мифологической школе не кто иной, как небезызвестный Фридрих Энгельс, заложивший основы так называемого научного атеизма. Маркс был все-таки экономистом, Ленин – политиком-революционером, а вот атеизм, наш советский научный атеизм, своим появлением всецело обязан именно Энгельсу. При этом он отвергал теорию мифологической школы и говорил по ее поводу: «С религией, которая покорила Римскую мировую империю и в течение тысячи восьмисот лет господствовала над значительной частью цивилизованного человечества, нельзя разделаться, просто объявив ее состряпанной обманщиками бессмыслицей <…> По его (то есть Бруно Бауэра. – Г.Ф.) мнению, христианство как таковое возникает при Флавиях, новозаветная литература – только при Адриане, Антонине и Марке Аврелии. Вследствие этого у Бауэра исчезает всякая историческая почва для новозаветных сказаний об Иисусе и его учениках» [66] .

Энгельс категорически не согласен с таким подходом. Сам он датирует Откровение Иоанна Богослова 67 годом, в отличие от традиционной церковной точки зрения, относящей появление этой книги к девяностым годам I века. Энгельс не отрицает историчности Христа. Да и Маркс отрицал ее с совершенно других позиций, нежели Бауэр, – он просто удивлялся: «Кого же мы распинали, если его не было?» Судя по всему, Маркс чувствовал себя преемником распинателей Христа… Впрочем, впоследствии мифологическая теория была воспринята и коммунистами.

Далекие от христианства мыслители XIX–XX веков (я специально называю атеистически настроенных ученых): Штраус, Ренан, Каутский, Фрезер и Робертсон признавали историчность Иисуса Христа.

Мифологическая школа отвергала христианские свидетельства, а свидетельства нехристианские считала позднейшими интерполяциями, которые сами христиане якобы позднее внесли в древние источники. Надо сказать, что уже в 1970-1980-х годах, при еще достаточно мощном СССР, ряд советских идеологов атеизма начали осторожно высказывать мнение, что Иисус – Личность историческая. При этом, конечно же, не Бог, а всего лишь человек…

Поразмышляем об аргументах мифологической школы. Первый из них сводится к тому, что древнее божество Иешуа было якобы со временем очеловечено. На самом деле такое божество специалистам неизвестно. Мифологисты ссылаются на Книгу Иисуса Навина, но всякий когда-либо читавший ее прекрасно знает, что там нет описания этого божества. В книге Иисус Навин изображается полководцем, преемником Моисея, реальным историческим лицом. В тексте нет никаких намеков на то, чтобы кто-нибудь его боготворил, кто-нибудь ему поклонялся, да и сам Иисус Навин на это абсолютно не претендовал.

Кроме того, мифологисты ссылаются на Книгу пророка Захарии, в которой говорится о великом первосвященнике Иисусе. Здесь расчет делается на незнание Священного Писания. Дело в том, что Аггей и Захария – это два иудейских пророка, вернувшиеся из вавилонского плена под руководством Зоровавеля и первосвященника Иисуса, сына Иоседекова. Иисус, сын Иоседеков, также был реальным историческим лицом. Никакого обожествления Иисуса, сына Иоседекова, тоже не было.

Другие Иисусы в Библии не упоминаются, и вообще не существует ни одного древнего мифа, в котором речь заходила бы о таком божестве. Это – откровенный вымысел мифологистов.

Мифологисты говорят об отсутствии прижизненных изображений Иисуса. Если Он был исторической Личностью, то почему никто не запечатлел Его образ? Все найденные в катакомбах древнейшие изображения носят подчеркнуто символический характер: рыба, добрый пастырь, несущий на плечах ягненка, Орфей, покоряющий диких зверей своей игрой, и только в IV веке (самое раннее – в конце III столетия) появляются портретные изображения Иисуса.

На первый взгляд, этот аргумент выглядит достаточно убедительно. Однако в течение первых трех веков нашей эры у христиан попросту не существовало практики иконопочитания. Это – общеизвестный факт. Существовала лишь христианская символика, основанная на евангельских повествованиях.

В иудаизме портретов не было вообще, поэтому не существует и портретов царя Ирода, несмотря на то, что он именовался «Великим». При этом никому не придет в голову усомниться в его существовании. Нет портретов никого из современников Иисуса Христа. Нет, например, портрета Бар-Кохбы [67] , поднявшего восстание против римлян и даже в начале II века считавшегося иудеями Мессией. И на монетах, отчеканенных Бар-Кохбой, в отличие от римских монет, на которых всегда красовалось изображение императора, он наносил только символические рисунки.

Дело в том, что в те времена любые изображения людей воспринимались иудеями как проявление идолопоклонства. Схожее мнение было присуще и раннему христианству, зародившемуся в иудейской среде. Только богословское осмысление Боговоплощения позже даст импульс к развитию христианской иконографии.

Однако все же существуют два исторических свидетельства – это Нерукотворный Лик Христа и Святая Плащаница. Разумеется, никто не может предоставить стопроцентной гарантии, однако наиболее вероятно, что Туринская плащаница, находящаяся в Италии, и есть Плащаница Господня. В таком случае можно говорить о двух реальных изображениях Христа исторического. Естественно, есть немало критиков, которые это отрицают, тем более что Нерукотворный Лик до нашего времени не сохранился – он исчез в 1204 году, когда крестоносцы разграбили Константинополь. Подлинность же Плащаницы при желании может быть подвергнута сомнению. Однако следует иметь в виду, что научно обосновать свой скепсис сомневающиеся тоже не могут.

Представители мифологической школы искали прототипы Христа в мифах и легендах. Но таких преданий никогда не существовало. Тогда мифологисты пошли путем «параллелизма». Из различных мифов древности они скомпилировали некий образ Христа, Сына Божия. Мифологисты ссылаются на историю рождения Будды, на бегство Исиды с младенцем Гором, на распятие Митры и Марсия, на оплакивание Адониса Афродитой и на воскресение Осириса.

Действительно, в этом случае создается весьма отдаленное мифологическое подобие Иисуса, но всерьез относиться к такому подходу нельзя, ведь сборный мифологический образ откровенно сконструирован и лишь искусственно «подогнан» к образу Христа. Совершенно очевидно, например, что история рождения Будды не могла обсуждаться в иудейской среде – религиозно замкнутой, не шедшей ни на какие религиозные контакты с языческими народами. Вряд ли кто-то из иудеев того времени вообще слышал что-либо о Будде. К тому же для того, чтобы отыскать какие-то параллели между рождением Будды и Рождеством Христовым, нужно обладать поистине богатейшей фантазией! В связи с рождением Будды не говорится о его рождении от девы. Буддисты лишь отмечают, что при этом происходили некоторые чудесные явления.

Вся эта мешанина из верований и преданий совершенно разных народов никоим образом не могла возникнуть в I веке и, безусловно, является плодом философских мудрствований века XIX.

Я не стану сейчас подробно рассказывать об Адонисе и Осирисе. Но воскресение Осириса – это образ весеннего воскресения природы, а его смерть – образ ее осеннего умирания. Все, что мы знаем об Осирисе, нисколько не напоминает Иисуса.

Другая идея, предлагаемая мифологической школой, – существование некоего исторического прототипа Господа. Ко второй половине XX столетия, когда все очевиднее становилось, что нет никаких оснований утверждать, будто Иисус – это миф, стали говорить так: историческая личность, пожалуй, все же была, но этот человек жил ранее Христа, и, дескать, уже потом, основываясь на этом прототипе, люди выдумали Иисуса.