Чтение онлайн

– Из Африки.

– Ой как здорово. Нам Владимир Владимирович говорил, что все наши болезни начинались из Африки.

– Дарья, - раздался окрик человека в белом халате, - дай прийти в себя человеку. Отведи его в палату 13, пусть располагается там.

– Ого, какой вам почет. Вы не боитесь числа 13?

– Я уже ничего не боюсь.

Тринадцатая палата одноместная. В ней есть все: кровать, тумбочка, стол, два стула, телевизор и крепкие решетки на окнах.

– Вы здесь как король, - болтала Даша, раскачиваясь на кровати, - а вот у нас палата на четверых.

– Дарья, - в дверях стоит та же фигура в халате, - может ты позволишь мне осмотреть пациента.

– Разве я мешаю, Владимир Владимирович, но если вы так настаиваете, то я естественно уйду.

Она с гордо поднятой головой уходит.

– Я теперь буду вашим доктором. Меня зовут Владимир Владимирович, а о вас я все знаю. Скажите, Андрей, вас ничего не беспокоит?

– Нет.

– Сегодня вас осматривать не буду. Возьмем вашу кровь на анализ.

– Скажите, Владимир Владимирович, почему мне такой почет? С самолета под охраной прямо сюда, здесь персональную палату.

– Вы же теперь самая известная личность в мире. Лагос распространяет по всему миру, новый штамп вируса имуно дефицита под названием "вирус Соколова". Это теперь 18 разновидность вируса СПИД.

– Весьма печальная слава.

– Зато, как видите, почет. Мы ведь здесь, пытаемся вылечить людей уже больных, а вы пока здоровый, будете на обследовании. После ряда анализов, решим, что с вами сделать.

– И долго будем обследоваться?

– Пока не разберемся, что твориться у вас внутри.

Больных всего 21. Есть умирающие, есть упадшие духом, но есть и борющиеся за жизнь. Это отчаянная Дашка, Люба и еще несколько человек. Они приходят ко мне, рассаживаются кто где может и начинаются бесчисленные разговоры о жизни.

– Вот мне не везет, - шумит Дашка, - ну хоть бы трахнул меня мужик, от него бы заразилась, но зато познала радости секса. Так пошла дура лечить зубы и на тебе, нарвалась на больного врача.

– Это не тот, которому ты в морду вцепилась два месяца назад.

– Он, голубчик. Самое смешное, он будет жить еще черт знает сколько времени, а я нет. Но я ему обещала еще глаза выколоть, дожить до того момента, когда он здесь окажется.

– Ты бы по другому рассуждала, если бы тебя больной мужик трахнул.

– Может быть, но не трахнул же. Андрюшка, давай свадьбу с тобой сыграем?

– Скоро ты сыграешь кой-куда, - скептически говорит Люба.

– Да катись, перестань каркать. Зато и умирать не страшно. Свадьба с шампанским, с танцами, все как надо, а потом он и я в кровати. Всю бы ночь мужика кусала, выпила его до основания.

Все улыбаются.

– Так что ты затих, Андрюшка?

– Даша, я по виду здоровый, но для всех окружающих ходячая смерть. Кто со мной переспит, тот ровно через три месяца умрет и никакие сульфидные препараты не задержат этой болезни.

– Я нечаянно подслушала Володькин разговор по телефону, - начала Люба, - что у Андрюшки необычная кровь и если все так и пойдет дальше, то он еще лет пятьдесят протянет. Но они не могут очень многого понять и выделить штамп антивируса.

– Хватит вам о болезнях, Дашка, включай телевизор.

Владимир Владимирович сидит напротив и записывает в сотый раз мои "показания".

– Так у тебя было белокровие и врачи поставили на тебе крест?

– Да, было так.

– Тогда ты поехал на Север в тундру и там тебя шаман напоил неизвестным отваром трав?

– Это была не трава, это была какая-то разновидность ягеля.

– И ты не помнишь, что это было?

– Я был без памяти, на грани смерти.

– Понятно, а потом ни разу ничего не болело и ты стал чувствовать себя нормально?

– Да.

– Так, еще раз на бумаге, уточни расположение селения, и имя шамана.

Я все записываю. Владимир Владимирович вдруг мне говорит.

– Ко мне Дашка приходила с необычной просьбой. Сыграть с тобой свадьбу. Я ей говорил, что без свадьбы она проживет еще может быть полгода или год, а после тебя только три месяца. Но она готова жить три месяца, но только быть счастливой. Я решил поговорить с тобой честно. Это не гуманно, но нам нужен эксперимент с тобой и с ней. Нужно увидеть, как твой вирус проникает в нее, а ее в твою кровь.

– Разве нельзя сделать это в пробирках?

– Нет. Я подразумеваю здесь дело в другом. В строении твоего организма, в выработки им тех необычных ферментов, которые борются с новыми пришельцами.

– То есть фактически, вас интересует моя персона. А вы не задумывались, что я действительно заражусь, а Дарья быстро умрет?

– Задумывались и пришли к выводу, что ты нет, а вот Дарья действительно умрет. Но она и так умрет, даже если не выйдет за тебя, только чуть попозже.

– Дайте я подумаю. Все эти рассуждения очень жидковаты... Да и с Дарьей надо еще переговорить.

– Подумай, Андрей и поговори с ней.

Мы играем свадьбу. Как хотела Дашка, стол ломиться от вина и яств, гремит музыка. Все веселятся и танцуют. После я отвожу Дашку в 13 палату и действительно, она мне не дает спать пол ночи.

Весь бы медовый месяц был хорош, если бы не бесконечная сдача крови. Дашка весела, но я чувствую, как это ей тяжело дается.

Прошло три месяца. У Дашки набухают лимфатические железы и она понимает, что это начало конца. Она лежит на подушках и проводит пальцами по моему лицу.

– Я счастлива, что безумно провела эти три месяца. Мне было очень хорошо. Не кори себя ни в чем, я сама пошла на эту короткую, но самую лучшую мою жизнь. Хочу, чтобы ты жил. Показал нос, этой пакостной болезни.

Еще неделя и Дашки нет. В больнице уныние. Я прихожу в кабинет к врачу.

– Владимир Владимирович, этот эксперимент дал вам что- нибудь?

– Дал, но лекарств и противоядий не будет. Мы лишь изучили технологию заболевания с вирусом Соколова.

– А с Дашкиным вирусом во мне?