Чтение онлайн

– Я смотрю, ты не очень-то любишь ведомство, – заключила ведьма, – почему тогда не уйдешь?

Игиро раздраженно дернул щекой.

– Ведомства – они все одинаковы. К тому же, куда мне идти? Уэлш наверняка уже расписал тебе мои навыки и мои возможности. Скажи, где еще я могу быть нужен?

– Всегда есть выбор, – буркнула Малика.

– И что ж ты его не сделала правильно, когда тебя затащили к Уэлшу? – тихо поинтересовался Марио.

Тем временем начали приносить съестное. Один поднос, за ним еще и еще…

– Почему ты не отказалась от новой службы? – настойчиво повторил ведьмак.

Малика подняла на него глаза – и вдруг поняла, что до сих пор толком не разглядела своего напарника. Первое впечатление было блестящим, смазанным, размытым. И только теперь, как лицо утопленника из воды, начали выступать истинные черты Марио. Черты палача на службе у Императора.

Наверное, самым лучшим словом, которым можно было полностью описать Марио, оказалось бы слово «стальной». Четкие, угловатые черты лица, холодный блеск в глазах, сурово сомкнутые губы. Даже глубокие морщины, прочертившие широкий лоб, были ломаными. Прямой нос напомнил ведьме о железном чертежном треугольнике, которым она пользовалась, вычерчивая гептаграммы и нанограммы. Короткие пряди пшеничных волос, беспорядочно торчащие в разные стороны, тоже были вызывающе прямыми.

– Это… совсем другое, – растерянно пробормотала Малика, – я не могла отказаться.

– Тогда почему ты думаешь, что это мог сделать я?

Он усмехнулся. Затем молча поднял крышку с серебряного блюда и принялся за бифштекс, ожесточенно терзая его ножом.

– Можешь не стесняться, Малика. Давай, расскажи мне, кто оказался в заложниках у нашего драгоценного ведомства. Как думаешь, можно ли питать привязанность к месту, где себе такое позволяют?

Ведьма осторожно подвинула к себе тарелку. Йоргг! А ведь она почти не знала этого человека… Даже не так – она СОВСЕМ не знала Марио, чтобы вывернуть наизнанку собственную душу.В тарелке оказалась запеченная рыба под кисло-сладким соусом.

– Они пригрозили, что убьют… одного знакомого, – сказала она.

– Ну, вот видишь, – Марио лучезарно улыбнулся, но в глазах по-прежнему оставалась сталь, – о каком тогда выборе ты говоришь? Почему ты не позволила им разделаться с этим твоим знакомым?

– Это было бы неправильно, – ведьма мотнула головой.

– Зато теперь все правильно, – нервно хихикнул ее напарник, – теперь все довольны. Ты, Уэлш-старший…

– Не знаю. Но уж лучше я буду служить Императору так, как сейчас, чем знать, что на моей совести жизнь…

Марио продолжал бодро поглощать бифштекс. Вилкой указал на Малику.

– Он ведь не человек, да? Это о нем я слышал разговорчики в коридорах?

– Какая разница, – ведьма смутилась.

– Совершенно верно, никакой. Точно так же и мне предложили службу… Очень вежливо, знаешь ли, предложили палаческую службу. За то, чтобы мой брат избежал виселицы. Тебе ведь известно, что палачу не принято даже руку подавать?..

– У тебя есть брат?

Марио отправил в рот последний кусочек мяса.

– Был.

– Извини.

– Ничего страшного, – он криво усмехнулся, – давай-ка выпьем за новое дело! Как бы там ни было, каждое улаженное дело стоит дорого. И именно поэтому я предпочитаю (и могу себе позволить!) просиживать часами в «Туфельке», а не в каком-нибудь вонючем кабаке на Нижней улице.

Малика отпила из своего бокала. Вино оказалось восхитительным, но к богатому букету розового винограда примешивалась полынная горчинка. Йоргг знает что за вино. Дорогое, а не очень-то и вкусное…

– За поимку преступника, угрожающего спокойствию Империи! – провозгласил Марио и, не раздумывая, швырнул за спину свой бокал.

Раздался звон бьющегося стекла, и тут же на цыпочках прибежала девушка с веником и совком. Она испуганно косилась на Марио, но удалилась так же молча, как и пришла.

– А что это у тебя с глазами? – вдруг спросил ведьмак, – ох, упаси Всеблагий… Показалось.

Он быстро наполнил свой бокал и залпом его опустошил.

– Примерещится же… всякое.

– Может, пора домой?

– Может и пора, – Марио вдруг обмяк на стуле, разом превратившись в тряпичную куклу, – но знаешь, душенька, перед каждым заданием… Скажу честно и откровенно: мне не очень-то приятно быть дома. У меня вообще нет своего дома, я, как и ты, живу в шикарной, роскошной квартире, которую предоставляет мне ведомство. И каждый раз, когда я возвращаюсь туда из «Туфельки»… Я слишком хорошо знаю цену всей этой роскоши, и тогда моей единственной мечтой становится…

Тут он приложил палец к губам и заговорщицки подмигнул.

– Свобода, Малика, вот что. Я слишком устал от Уэлшей, от старшего и от младшего. Чересчур много крови на руках – это неприятно, особенно когда знаешь, что все те… существа… они ведь лично мне ничего плохого не сделали, а многие из них вообще ничего дурного в своей жизни не совершили. Знаешь, как бывает? Приходит донос, в котором некий доброжелатель сообщает, что-де мой сосед – оборотень, и прошлой ночью весь порог его дома был залит кровью. Этого достаточно. Марио не надо ничего проверять, Марио просто должен отправиться по указанному адресу и убить нелюдя. А потом оказывается, что доносчик всего-то мечтал отхватить кусок оборотневой земли…

И он умолк, глядя куда-то сквозь ведьму.

Малика съежилась на стуле и почему-то боялась поднять глаза на Марио. Выходило, что она, спасая одного лунника, поставила под удар жизни многих? Выходило, что прав был милорд ректор, и что отныне Малика Вейн больше не принадлежит себе?

– Что-то я разговорился, – хмурясь, быстро сказал Марио, – если бы не мой распрекрасный Дар, мне бы уже заткнули рот. Землей. Прикопали бы где-нибудь под деревом – и все. Не слушай меня, крошка, в конце концов – все это не более чем пьяный бред. Доверяй только тому, что видишь собственными глазами.

– Я тебя тоже вижу, – пробормотала ведьма.

– Да неужели? – он покачал головой и попытался выпрямиться на стуле. Со второй попытки это удалось, – и что же ты видишь, ведьма?

– Просто несчастного человека, – шепнула Малика, – наверное, нам пора.

…Они выехали из Пражена через день. И – «уж не знаю, что у меня там с глазами, господин Игиро, но с головой у меня точно нелады!» – Малика упросила напарника сделать небольшой крюк, чтобы завернуть по дороге в Блюменс. Ей хотелось убедиться, что хотя бы с одним не-человеком в Этернии дела обстоят хорошо.