Чтение онлайн

– - Ну, как тебе Москва?
– - обратился к Едигиру Богдан.

– - Да...,-- неопределенно ответил тот.-- Зачем так много людей вместе собрались? Неужели больше места на земле нет? Тесно...

– - Так тут же государев двор, митрополит живет, кузнецы, оружейники -всех не перечесть, одно слово -- Москва.

– - О чем вы там толкуете, -- спросил Аникий Федорович, отпустив приказчика.

– - Да, вот, Василий сомневается, зачем все вместе в одном городе живут. Думает, на Руси места мало.

– - А это он правильно думает. Я вот, почему на Урал подался? Тесно стало. Куда не повернись -- все занято, разобрано. А я простор люблю. Ничего, пообвыкнется, поймет, что к чему. Садитесь, перекусим с дороги.

Тем временем хозяйские люди понесли на больших деревянных блюдах соленые грибы, квашеную капусту, пироги с рыбой, расставляя все это меж рассевшимися гостями. Появился и большой жбан с пивом. А Строганов извиняющимся голосом произнес:

– - Вы уж простите, что все скоромное, Рождественский пост, чай, идет. Ну, как всю соль продадим, сбудем, так и Рождество, глядишь, наступит. Вот тогда и погуляем, а пока отобедайте, чем Бог послал.

Все дружно принялись за угощение, пододвигая к себе блюда. Сам Строганов, наскоро перекусив, вышел из-за стола и, простившись, наказал:

– - По городу без дела не шастайте, а то заплутаете.

Иль в историю какую, не приведи Господь, попадете. Со всеми делами обращайтесь к управляющему моему Савелию. Он к вам сам подойдет. А Чеботай Андреев пусть так и будет среди вас за старшего. С ним и в город выходите. А мне надо дела делать, так что прощайте пока.-- С этими словами он вышел из горницы.

Вскоре к ним подошел плечистый среднего роста управляющий Савелий, хитрыми бесцветными глазами внимательно оглядел каждого и повел всех определять на постой в соседнее приземистое строение, стоявшее отдельно от господского дома.

* * *

Едигир поселился вместе с Богданом и Герасимом. Они два дня отсыпались с дороги и выходили только к столу, перекидываясь несколькими ничего не значащими фразами друг с другом. Но на третий день, когда сон уже не брал, а вынужденное безделье заставляло искать какую-нибудь работу или занятие, первым не выдержал Герасим:

– - В тюрьму нас, что ли, хозяин определил? Сколько так еще сидеть будем? Пошли, город поглядим.

– - Это бы хорошо, так ведь мы города не знаем. Как дорогу обратно найдем?

– - Уж, поди, найдем как-нибудь. Как, Василий, думаешь?

– - Как не найдем,-- согласно кивнул тот,-- мы ж не слепые.

– - Это точно, -- заключил Богдан Шумилко, -- а ежели чего, так язык доведет,-- и увидев непонимающий взгляд Едигира, пояснил, -- мы спросим, а люди подскажут. Только надо управляющего Савелия предупредить,-- добавил осторожно Герасим, шмыгая носом.-- Хозяин так говорил.

– - Да нужны мы ему, как собаке пятая нога. Пошли.
– - Богдан накинул полушубок и уверенно направился к выходу.

Как только они вышли на улицу, тут же чуть не попали под копыта промчавшемуся мимо них всаднику в богатом красном кафтане.

– - Ишь ты, черт, под ноги не смотрит,-- выругался Богдан.

– - Может, не пойдем все-таки,-- остановился в нерешительности Герасим.

– - Ну и сиди дома, таракан запечный, -- усмехнулся Богдан, -- а мы с Василием сами как-нибудь. Герасиму ничего не оставалось как отправиться вслед за ними.

Перейдя Яузу по замерзшему льду, они поднялись на другой берег и увидели торговые ряды, перед которыми прямо на снегу лежали огромные ободранные мясные туши. Некоторые потехи ради умудрились, поставить ноги и головы, так, словно снежные фигуры, пугая прохожих остекленелыми глазами.

– - Чего это они делают?
– - удивился Едигир.

– - Не видишь, что ли, продают.

– - А зачем так много? Никто ж не берет?

– - Погоди, найдутся покупатели, -- успокоил его Богдан.

– - Я бы ни за что не продал, сам бы съел, -- убежденно закончил Едигир и отвернулся от торговцев, не проронив больше ни слова.

Пройдя мясной ряд они попали к торговцам лесом, где на берегу стояли срубленные дома разной величины, густо пахнущие смолой. То продавались готовые срубы, вокруг которых прохаживались богато одетые люди, о чем-то выспрашивая продавцов, прицениваясь и приглядываясь, выбирая нужное им строение.

Вскоре они утратили всякий интерес к окружающему, пока не наткнулись на орущую толпу подростков, которые отчаянно тузили друг друга кулаками. Их было чуть ли не полсотни и у многих из разбитых носов уже капала кровь на изрытый ногами снег. Но ребятня не обращала на это никакого внимания, и как молодые петушки наскакивали друг на друга, норовя ударить посильнее.

– - Чего это они?
– - Едигир встал, как вкопанный.

– - На кулачках силой меряются, -- небрежно махнул рукой Богдан.

– - Из-за чего?
– - не понял Едигир.

– - А просто так, силу показывают. Пошли, сами разберутся.

Но тут сбили с ног худощавого мальчишку, который упал навзничь, ударившись головой о ледышку. Он застонал как-то натужно, пытаясь подняться, но не смог. Однако мальчишки не обратили на него ни малейшего внимания, крича и распаляясь все больше и больше, молотили друг друга.

Едигир не выдержал и кинулся между ними, нагнувшись к упавшему мальчишке. Но тут же чей-то кулак опустился ему на затылок, сбив с головы лисью шапку. Он в недоумении поднял голову, пытаясь угадать, кто ударил, но увидел лишь улыбающиеся возбужденные лица подростков.

– - Что, получил свое, -- крикнул тот, что был на полголовы выше сверстников.

Кто-то сзади подставил Едигиру подножку, дернул за полушубок, и он полетел в снег, так и не поняв, что же случилось. И тут же чьи-то ноги больно ударили его в живот, прошлись по ребрам, но он быстро вскочил и, уклоняясь от сыпавшихся на него ударов, дважды коротко взмахнул руками, сбив с ног ближайших к нему подростков. Они попытались всей толпой навалиться на него, но ловко вывернувшись, он отскочил и схватил того самого высокого парня за запястья, дернул вниз, заломив руку назад. Остальные, увидев, что их вожак зажат сильными руками незнакомца, отбежали на безопасное расстояние и замерли в ожидании. Едигир крепко тряхнул парня и, с трудом подбирая слова, спросил:

– - Жить хочешь?
– - тот согласно кивнул головой, неразборчиво что-то промычав, -- тогда подними его, -- и он показал на неподвижно лежавшего на снегу мальца.

– - А что ему будет-то?
– - отпущенный Едигиром парень отбежал к ребятам.
– - У-у-у, морда басурманская, -- зло проворчал он, разминая ушибленную руку. Едигир, водрузив на голову свою шапку, подошел к неподвижно лежавшему мальчишке и потер лоб снегом. Подошли Богдан и Герасим, с интересом наблюдая за происходящим и не пытаясь вмешиваться.