Чтение онлайн

Было тихо. Слышалось только едва различимое гудение кондиционера.

Первый Демократ задремал...

Открыв глаза, Микки потянулся, встал с кресла, щелкнул выключателем кондиционера и взялся за бронзовую ручку, намереваясь открыть окно. Ручка не поддавалась. Он нажал сильнее. Ручка не сдвинулась. Микки подошел к столу с телефонами и снял трубку. Гудков не было.

– Халтурщики, - проворчал Президент и направился к двери.

Дверь оказалась запертой.

Микки удивленно поднял брови и стукнул в дверь кулаком. Никто не отозвался. Он начал стучать сильнее. Результат оказался прежним.

– Эй, есть там кто-нибудь?
– раздраженно крикнул Первый Демократ.

За дверью было тихо.

Еще не осознавая, что происходит, а подчиняясь скорее какому-то инстинкту, он быстро вернулся к столу и поочередно, одну за другой снял три телефонные трубки.

Телефоны молчали.

Микки шагнул к телевизору и включил его. На экране замелькали размытые полосы. Изображение отсутствовало.

Президент посмотрел в окно. Внизу, на лужайке под раскидистым деревом, прислонившись к стволу, сидел начальник охраны.

Микки забарабанил пальцами по стеклу.

Начальник поднял голову и посмотрел на Первого Демократа. Затем лениво встал, повернулся и направился к морю...

* * *

– Ты море когда-нибудь видел?
– спросил Беня.

– Не, - ответил Кухтик.
– Я только лес видел. И озеро. Возле Лукичевки.

Они шли по столичной улице, освещенной утренним солнцем. Высокие дома отражались в лужах на мокром асфальте.

– Вот разберется наш академик со своей аномалией, - сказал Беня, получит Нобелевскую, и махнем мы все на месяцок куда-нибудь в теплые края. Ты как, не против?

– Я не против, - ответил Кухтик.

Впереди показалась большая площадь. По площади вереницей ехали грузовые машины с цистернами, поливая мокрый асфальт струями воды.

– Чего это они?
– спросил Кухтик.
– Дождь же только прошел.

– Не бери в голову, - отозвался беспечный Беня.
– У них план, должно быть.

– А!
– сказал Кухтик.

Несмотря на ранний час, на улице было много людей и автомобилей.

– Шумно здесь, - сказал Кухтик.

– Так это ж столица.
– Беня посмотрел на спешащих куда-то прохожих. Суета сует и всяческая суета. Погоди, вернемся в Лукичевск, там отдохнешь. Завтра Бермудянский приборчики получит, оформим все и - назад. Соскучился уже?

– Не, - сказал Кухтик.
– Тут интересно вообще-то. И музей этот мне понравился, где статуи.

– Завтра ещё в музей пойдем, - сказал Беня.
– А вон, гляди, кто едет!

Несколько легковых машин с синими фонарями на крышах вырулили на площадь и остановились. Следом подъехали три грузовика, крытых брезентом. На кабине каждого из них тоже мигал фонарь.

Беня присвистнул.

– Ни фига себе!..

Из кузова первого грузовика на землю выпрыгнули несколько фигурок в серой одежде. Затем - еще. Фигурки выстроились возле машины, постояли немного и начали цепочкой окружать площадь.

– Большая шишка поедет, не иначе, - сказал Беня.

Неожиданно в воздухе послышался какой-то новый звук, похожий на гудение большого шмеля.

– Постой-ка.
– Беня придержал Кухтика за руку.
– Что-то мне все это не нравится.

Гул нарастал.

– Пошли, посмотрим.
– Беня указал на угол дома, где виднелся большой каменный павильон. Узкая лестница вела на гладкую, огражденную перилами крышу. Там под матерчатыми зонтиками стояли белые ажурные стулья.

Они быстро подошли к лестнице и поднялись наверх.

Все пространство за площадью было покрыто сизым облаком выхлопных газов. В нем одно за другим цепочкой двигались темно-зеленые пятна.

– Тэ-семьдесят, - сказал Кухтик, повернувшись к Бене.
– Я такие в армии видел.

Глухой шум моторов постепенно заполнил все вокруг. Прохожие остановились и стояли вдоль тротуаров.

В город входили танки...

* * *

Болван второй час бегал по кабинету.

Все, все без исключения были полными идиотами. Никто ни черта не соображал и соображать не хотел. Начали с того, что бездарно упустили Большую Елку, которого можно было взять на даче голыми руками. Теперь Елка сидел во дворце Центральной провинции, в самом центре города. Туда же примчались и члены Верхнего Совета провинции. Пугач, который командовал всей милицией в стране и уж тем более всей столичной милицией, не мог ничего поделать. Менты, посланные арестовывать Елку, врали, что не могут подойти к дворцу из-за большой толпы, которая там собралась.

Крючок вообще куда-то исчез. Утром, получив доклад, что Елка смылся с дачи, он закатил истерику, наорал на всех, наотдавал кучу дурацких распоряжений и укатил в свое министерство. С тех пор известий от него не было.

Симулянт Павлуха умудрился ещё ночью залечь в больницу. Посланный за ним президентский секретарь - единственный, кто ещё сохранял хладнокровие, - сообщил, что тот лежит на койке вдрызг пьяный, изображая сердечный приступ.

Танки между тем продолжали блуждать по улицам, как стадо слонов в лесу.

– Кто здесь командует?
– закричал Болван, подбежав к министру обороны, стоявшему у окна.
– Кто, мать твою, командует? Дядя?

Мрачный старикан в золотых погонах обернулся, достал из кармана пачку папирос, не торопясь закурил, выпустил облако вонючего дыма и плюнул на ковер.

– Сам кашу заварил, сам и расхлебывай.

– Козел!
– заорал Болван.
– Отдай приказ дворец штурмовать! У тебя что, войск мало?

– Чичас отдам, - сказал министр.
– Только галоши надену... Нашел дурака. Чтоб вы потом на меня всех собак повесили? Вот тебе!

Старик в погонах показал ему большой кукиш.

– Пиши приказ, дубина!
– прорычал Болван.

– Сам пиши, - ответил министр.
– Вон бумага.

Болван подбежал к столу, схватил чистый бланк с президент-ской печатью, задумался и отшвырнул в сторону.

– Ну нет! Что я, рыжий? Пусть Крючок пишет.

– Напишет он тебе, как же! Разогнался.

Старик ещё раз плюнул на ковер.

Заверещал телефон. Болван схватил трубку.

– Штаб говорит, - произнес чей-то незнакомый голос.
– Министр у вас?

– Здесь он, - быстро ответил Болван и протянул трубку министру обороны.

Тот взял её, поднес к уху, послушал и нажал пальцем на рычаг.

– Нет меня. И не будет.

Старый вояка бросил окурок, растер его сапогом и направился к двери.

– Стой, гад!
– закричал Болван.
– Под суд пойдешь!

– Токмо с тобой вместе, - ответил с порога министр.
– И молись, чтобы в одну камеру не попали.

Он вышел и с грохотом захлопнул за собой дверь. Болван снова поднял трубку и дрожащим пальцем набрал номер.