Чтение онлайн

– Витальич, - подал голос Дима, - ничего, что меня главным назначили? Ты про подобную самодеятельность на этот выход забудь, я тебе серьёзно говорю. Не посмотрю ведь на возраст и заслуги.

– У нас есть минут десять, от силы пятнадцать, - медик, казалось, пропустил димину реплику мимо ушей.
– Потом они оклемаются, а второго такого заряда у меня нет. Если уж нас так накрыло, то им сейчас там, ой, как хорошо должно быть.

– А пошло оно всё, - сплюнул Дима.
– Гусь, Камаз, выдвигаемся, да пошустрее. Витальич... А ну тебя в одно место. Предупредил бы хоть. Идём.

Неспешно выдвинулись. Камаз, держась за голову, высказал предположение, что господа, оставшиеся у броневиков, в отсутствие командования не замедлят провести ревизию содержимого машин в целях поиска чего либо ценного, на что Дима отмахнулся фразой, что до возвращения оного начальства никто туда внутрь и носу не сунет, благо, Кузя на этот счёт был заблаговременно проинструктирован ещё на Базе. Гуся начало отпускать, и он полез с расспросами на предмет рассказать про хитрый заряд для подствольника к Витальичу. Врач поначалу его просто посылал, потом начал посылать весьма грязными и обидными словами, но тот был неугомонен. К сталкеру присоединились и Дима с Камазом, причём если второй был гнетом, подобно Гусю, любопытством, то первым двигало также чувство вредности - в голове всё ещё порой покалывало, и просто так спускать это медику-экспериментатору Дима не желал.

Из рассказа Витальича следовало, что некоторое время назад, занимаясь от нечего делать ревизией всей той кипы макулатуры, которую сталкеры натаскали откуда только не, он наткнулся на описания экспериментов с "лунным светом". Артефакт, обладавший свойствами подавления пси-фона, впрочем, весьма скромными, был известен достаточно давно, порядком изучен, и область его применения была определена ещё много лет назад, но только явно сумасшедшему автору этого манускрипта пришла в голову идея развернуть свойства артефакта в противоположную сторону, и небезуспешно. Описания экспериментов ужаснули даже много повидавшего на своём веку медика: во время первого же испытания "образца" в кому впали все подопытные (кем были эти подопытные, в документах не уточнялось). Второй эксперимент обеспечил устойчивой двухдневной головной болью весь персонал лаборатории, а третий - попросту отправил всё живое в том месте к праотцам.

– Я таких долбаньков за людей никогда не держал, - врач сплюнул.
– Попался бы мне этот упырь сейчас, я бы его в васькин кунг лично загнал в качестве наглядного примера, когда можно идти на крайние меры, а когда не стоит. Можно было бы понять, если б от его опытов зависели чьи-то жизни, но чтобы вот так просто, да ещё и в целях эксперимента... Хотя, на мой взгляд, Аномальные здесь были ещё до того, как появились в реальности. В мозгах местных ботаников они прорастали, аномалиями в башках, промеж учёных извилин, гнездились, на психике дурно сказываясь, такими вот извращениями во внешний мир порой вылезая. Иносказательно говоря, если кто не понял. Странно звучит, да? Был бы я религиозным фанатиком, так закатил бы проповедь про кару Господню в общем, звезду Полынь в частности и наказание безумием до кучи, вот только точно знаю, что всё это дерьмо, которое здесь творится уже больше полувека, является делом исключительно человеческих рук, ведомых далеко не всегда адекватным, порой попросту сумасшедшим, разумом. А точнее, всё здесь происходящее есть ни что иное, как плод научного безумства. Вот и такие деятели тут тоже бывали, безумно-разумные. Этих , кстати, особенно ценили. Аномально-условно-чрезмерноразумные, превратившие это место в то, чем оно является последние полвека. Рыба гниёт с головы, особенно если там - разруха. Мотайте на ус, или что там у вас вместо него, молодёжь. Ну налажал я с пропорциями, виноват. Там же счёт на доли миллиграмов идёт, а когда моё оборудование калибровалось последний раз, я уже и забыть успел. Хотя, может, тут ещё какой фактор неизвестный вылез. Характерный, так сказать, для этого места.... Эхх.

О дальнейшем он рассказывать не стал, а ведь самое интересное началось как раз после обнаружения им вышеупомянутых отчётов.

***

У Витальича проснулся много лет спавший до этого интерес исследователя, а несколько найденных неточностей и неучтённых факторов в расчётах неизвестного экспериментатора его только подстегнули. Врач уже собрался было рвануть к Борщевскому с докладом по находке, попутно прикидывая, как бы выбить у администратора людей под выход на место обнаружения документации, но реестр учёта найденных документов поставил на этих грандиозных планах крест: в графе "где найдено" стоял прочерк, а в "кем найдено" было вписано имя сталкера, бесследно пропавшего ещё несколько лет назад. Однако, к Борщу Витальич со своей находкой всё же заглянул, и как впоследствии выяснилось - не зря. Борщевский заинтересовался. Пусть и с практической стороны, но заинтересовался, объясняя это чем-то вроде "...Если уж он с "лунным светом" такое учудил, то какие секреты у нас другие артефакты могут таить?".

И вот тогда Витальич по-настоящему испугался. Относительно стройная картина мироздания Аномальных Территорий открывалась доселе неведомой ему стороной.

– Что ж мы на самом деле об этом месте знаем-то?
– сигарета прикуриваться упорно не желала.
– Сколько лет мы уже тут. Кажется, пора бы уже все тайны пооткрывать, но каждый раз, стоит только увериться, что секреты все закончились, это место подбрасывает такое, от чего волосы на голове встают дыбом. Вот прям как с артефактами сейчас: свойства их за полвека якобы изучили полностью, а тут выясняется, что какой-то двинутый на голову урод учудил такое, что нашим ботаникам даже в пьяном угаре не грезилось. И ведь когда учудил, а? Этим бумагам лет тридцать, не меньше, а скорее всего и больше. И это - с "лунным светом". А что этот деятель из "бусиков" или "пузыря" смог бы выжать? Но знаешь, что больше всего меня в этом пугает? Не то, что наши ботаны про такое не знали, и даже не то, что до этих отчётов руки у нас дошли только сейчас. А то, что где-то там, на Большой земле, есть некто, кто про такую вот кандибобрию в курсе, но держит это в секрете. И вот когда придёт время, то мир про неё узнает, да только не факт, что этому знанию он обрадуется.

– Ты знаешь, - Борщевский радостным не выглядел, впрочем, как и всё последнее время, - а может, оно и к лучшему, что эти бумаги нашлись только сейчас, когда Институт прекратил своё существование? Так бы пришлось их туда отправлять, ну а теперь до них, кроме нас с тобой, никому нет дела. Сколько им, говоришь, по возрасту, лет за тридцать? Я тебе честно скажу, что даже будь в реестре точное указание места находки, я бы тебе людей всё равно не дал. Не смотри на меня так удивлённо. Сам подумай: где тогда была граница Аномальных, и где, соответственно, может находиться эта лаборатория? Туда если кто и пойдёт, то очень не забесплатно, да и то, если решит, что жизнь ему не мила. Хочешь дальше копать эту тему - твоё право, но тут помочь я вряд ли чем смогу.

Интересу исследователя подрубили крылья под корень, однако так просто Витальич сдаваться не спешил. Через некоторое время был готов опытный образец, который предполагалось испытать на стае слепых собак, облюбовавших развалины неподалёку от Базы, однако жизнь рассудила иначе.

***

– Какие интересные ребята, - прервал поток воспоминаний Витальича Дима.
– Кто что имеет сказать?

Но никто из присутствующих своё мнение высказывать не торопился, и причиной тому являлся странный вид валявшихся на земле двух человек, а точнее, их бронекостюмы, испещрённые множественными пулевыми попаданиями. При взгляде на особо крупные выщерблины Диме подумалось, что если что-то и свалило этих двух, так только витальичев снаряд, поскольку даже ручной пулемёт Камаза оказался, по всей видимости, не способен пробить эту странную защиту.

– Фронтальная броня, - насупил брови Камаз, глядя на необычные массивные защитные костюмы нападавших.
– Штука древняя, в наших краях редкая, но не потому, что дорогая или стоящая, а потому, что нафиг никому не нужна. В атаку с ней идти - одно удовольствие, только вот незащищённая спина может плохо сказаться на общем самочувствии. Это если просто по Аномальным в ней гулять, поскольку штука тактическая, для такого не предназначавшаяся. По сути, это хитрая модификация сапёрной защиты, но в такое у нас даже по пьяни никто не вырядится. Вязать их надо, пока не очухались.

– Я бы так не спешил, - внёс свою лепту врач, - И близко к ним подходить тоже не советую. Внимательнее присмотритесь.

На швах у защитных костюмов нападавших то тут, то там проглядывали похожие на ржавого цвета плесень наросты, образуя порой причудливые пятна. Где и когда эти двое умудрились влететь в "ржавые волосы", было уже не важно: разросшаяся внутри их тел аномалия лишала своих носителей малейшего шанса на возможную дальнейшую жизнь.

Дима, не говоря ни слова, достал пистолет и направился к лежащим на земле телам, на ходу меняя магазин.

***

– Я теперь понимаю, почему тебя Борщ главным на этот выход поставил, - произнёс Гусь на обратном пути.
– Мне так слабо. То есть, не слабо, но чтобы вот так молча просто подошёл, сделал пах-пах, и пошёл назад... Не, у меня так не получится. Только одного понять не могу - зачем ты им сквозь стёкла бил?

– Там броня такая, что её хрен пробьёшь, - ответил за погружённого в какие-то свои думы Диму Витальич, - вот и получается, что если бить, то только через стекло. Повезло мужикам, спор "ржавки" надышались, где ещё их найти умудрились. И бил бронебойными, причём не простыми, как я понимаю, поскольку это стёклышко обычным патроном не возьмёшь.