Чтение онлайн

Она сделала еще один длинный вдох.

— Если бы ты умер, все бы рассыпалось. Я не могла этого допустить, — она сжала его ладонь чуть сильнее и сглотнула ком в горле. — Если ты слышишь, прости меня, Зеймар, я не думала, что так получится… что есть вещи хуже, чем смерть.

Заслышав шорох за дверью, она вскинула голову, потому что это стало полной неожиданностью. Не было ни стука шагов, ни голосов на лестнице, но едва сфокусировав мутный от слез взгляд на дверном проеме, она поняла, почему.

В дверях стоял еще один замечательный собеседник… второй по общительности после парня в коме.

На этот раз она узнала его сразу, к этому моменту черты его лица уже отложились в памяти. С длинного черного плаща на пол капала вода, но сапоги каким-то волшебным образом оставались чистыми. Вспомнив о погоде на улице, Лиира всерьез задумалась, умеют ли темные эльфы летать, но вскоре пришла к выводу, что он мог просто сидеть на крыше с того самого момента, как начался дождь и прекрасно видеть, как она ползает по дому на четвереньках. Интересно, если так, то он в восторге от зрелища или наоборот?

— Да, это я, — слабо махнула рукой она, заметив, что он все еще стоит без движения, внимательно изучая ее, — если ты предпочитаешь рыженьких, у меня для тебя плохие новости, пес.

Сделав пару шагов в комнату, он остановился напротив, протянул руку к ее лицу, а затем вдруг оттянул нижнюю губу.

— Шта?.. — от неожиданности дернулась она, но он тут же отпустил ее губу и двумя пальцами сдвинул вниз кожу под ее глазами, заглянув под нижние веки, — … ты делаешь?

Закончив с осмотром, он сложил руки на груди, поджал губы и застыл в укоризненной позе. Лиира немедленно подумала, как же хорошо, что он с ней не разговаривает, в данный момент ей совершенно не хочется знать, что именно он мог бы ей сказать. Потому что он принес ее к дому Зеймара с дыркой в боку, но без чудовищной интоксикации, которая, очевидно, легко прослеживается по ее слизистым оболочкам.

— Брось, ты мне не отец, — выдохнула она и отвела глаза. И хотя то, что она сказала, безусловно правда, понимать, что он разочарован, все равно было неприятно.

Лиира не могла гордо уползти в свою комнату и хлопнуть дверью, а эльф вел себя так, будто у него в запасе все время этого мира или, по крайней мере, лет шестьсот. Можно просто дождаться возвращения Трикси и Рэндала, тогда ему придется ретироваться, но это может занять несколько часов, а Лиира не уверена, что все это время сможет сохранять вертикальное положение.

Вздохнув, она указала ему на стопку одежды Зеймара, рядом с которой лежал бумажный пакет. Разворошив его и достав порцию туго скрученных листьев, он осторожно принюхался к ним и тут же бросил обратно, словно обжегся. Когда он повернулся к ней снова, челюсть его была плотно сжата, а глаза широко распахнуты.

Лиира инстинктивно сжала руку Зеймара, которую так и не выпустила. О, нет, она не будет оправдываться! Даже если она это сделает, едва ли он посчитает жизнь Зеймара достаточной причиной для такого риска. Но руку воина пришлось скоро выпустить, потому что эльф подхватил ее на руки и потащил обратно в ее комнату. Бросив ее на спальник, он отошел к камину и завозился там с чем-то. Слушая плеск воды и треск поленьев, Лиира все еще чувствовала запах специй. Где они засели, черт возьми? В бодхийском ресторане?

— Грибы? Серьезно? — подняла бровь она, когда он поставил на пол перед ней кружку, на поверхности воды в которой плавали круглые серые шляпки. — По-твоему, мне одного прихода мало было?

Он посмотрел на нее хмуро и постучал пальцами по деревянному полу около кружки.

Он мог бы попытаться просто напоить ее силком, если только… он не слышал, как они ругались с Трикси по этому поводу, и не знает уже, что это плохая идея. Ну, или он пришел к этому выводу еще на этапе фаршировки старушек. Странно, конечно, что его все еще удивляют наркотики после этого.

Стук повторился снова. Лиира с трудом поднялась с подстилки, посмотрела на него устало и произнесла:

— Пожалуйста, скажи, что они ядовитые. Ну, моргни хотя бы.

Он протянул руку к кружке и постучал пальцами по полу снова. Не моргая, конечно же.

Ладно, если бы он хотел ее убить, он бы зарубил ее две недели назад.

Лиира подняла стакан, вздохнула и отхлебнула немного, потом еще немного. Вкус у грибов был такой, будто кто-то полтора часа варил в кипятке банное мочало, а затем решил извалять его в муке. Если это нормальная диета темных эльфов, ничего удивительного, что они постоянно хотят убивать.

Убедившись, что она выпила всю кружку, эльф потерял к ней всякий интерес. Он повернул голову и посмотрел сквозь окно на затянутое тучами небо и потоки льющейся вниз воды, скривил губы, но все равно поднялся и направился к окну, через которое, очевидно, и вошел.

— Мерзкая погода, — подала голос Лиира, как только он взялся за ручку, но тут же запнулась, решив оставить при себе шутки про хороших хозяев и собак, которых в такую погоду никогда не выгонят из дома. — У тебя наверняка были другие планы на вечер, но раз уж я не в состоянии принять в них активное участие… ты можешь просто остаться, пока не вернутся остальные. Здесь есть камин и много свободного места. И Зеймар точно не будет возражать.

Он раздумывал над предложением довольно долго. Так долго, что холод из окна, которое он успел открыть, спустился к полу и Лиире пришлось подтянуть ноги под одеяло. Когда он, наконец, закрыл окно, она не могла не подумать о том, что для того, чтобы согласиться на секс, ему понадобилось гораздо меньше времени.

Он сел спиной к стене недалеко от камина и так далеко от Лииры, насколько вообще позволяли размеры комнаты. Он скрестил ноги, вытащил меч и положил его на колени, а затем прикрыл глаза. На несколько минут комната погрузилась в полную тишину, а Лиира погрузилась в шум дождя и звуки за окном на случай, если вдруг вернутся ее друзья и придется очень быстро выпроваживать своего гостя. Так что когда ее сознания коснулась тонкая дымка чужого сна, это оказалось полнейшей неожиданностью…

Эльфы не спят в прямом смысле слова, они погружаются в транс в котором, если повезет, видят Первое Царство, обитель своего бога, с которым были когда-то разделены, свой собственный рай. Отец рассказывал об этих видениях с горечью и нежностью. Он был, без сомнения, счастлив, погружаясь в них, но пробуждаясь, всегда бывал разочарован, поскольку на материальном плане никакого рая нет и не может быть, ни для эльфов, ни для кого бы то ни было…

Но он был светлым эльфом.

Темные эльфы, восстав против Селариона под предводительством своей темной госпожи, не могли сохранить эту способность. Селарион никогда бы не позволил им не столько из мести, сколько из милости. Видеть то, к чему они никогда больше не смогут прикоснуться — мучительно, Ксалисс и без того обрекла их на страдания.

Так что же они видят, когда закрывают глаза?

Для него комната, в которой горит камин, вовсе не полутемная, она залита теплым светом до самых углов, так что кажется в мире вообще не осталось темноты. Светлые едва различимые тени на каменный пол отбрасывают только две фигуры, сидящие напротив огня. Мужчина и женщина, кожа которых на свету кажется светло-серой, а вовсе не черной, разговаривают и улыбаются друг другу.

Крупная, красивая женщина с копной густых вьющихся белоснежных волос протягивает руку к лицу мужчины, чтобы прикоснуться к его щеке. Он улыбается и отводит глаза, но только для того, чтобы через секунду с восхищением посмотреть на нее снова. Они молоды, влюблены и беспечны — принимаются бороться в шутку, смеются и борются снова, для них двоих в этом мире не существует больше никого.