Чтение онлайн

3. Кобрин К. Побеги люцерны, страх смерти и совесть интеллигента // Загород. – 2008. – № 4 (16).

4. Руднев В. П. Характеры и расстройства личности. Патография и метапсихология. – М.: Независимая фирма «Класс», 2002.

5. Сокуров А. Интервью газете «Известия» // http://4–04.olo.ru/news/culture/17292.html

Авторы этой статьи надеются на то, что проблема, поднятая в нем, привлечет внимание авторитетного культурологического сообщества и вызовет положительную реакцию руководства высшей школы Российской Федерации.

Учебный курс культурологии в вузах России сегодня входит в Федеральный компонент и является стандартом в получении высшего образования. Работникам высшей школы хорошо известно, что культурология в вузах – одна из новых дисциплин, появившихся в учебных планах на гребне идеологической перестройки. Общемировая тенденция второй половины XX века демонстрировала тревожную ситуацию, в которой гуманистическая составляющая общества уходила на второй план, уступая место механистическому мышлению. В бывшей стране Советов ситуация усложнялась излишней политизацией масс, демонстрацией двойных нравственных стандартов, относительной закрытостью, изолированностью общества.

Первые шаги по утверждению культурологии в вузах вызвали безусловное одобрение не только студентов, но и всего преподавательского состава. Перестройка разбудила в россиянах колоссальный творческий потенциал. В многочисленных и разнообразных проектах, определявших ближайшее будущее страны, центральное место отводилось гармоничной, широко мыслящей личности, способной за хозяйственной меркантильностью неотложных задач видеть в первую очередь процветание гражданского общества в новой России.

Почти четверть века постсоветской России – время, когда светлая утопия реализовалась в действительность – к сожалению, мало изменило ситуацию к лучшему. Современное российское общество тревожит постоянно понижающийся уровень общей культуры населения и трансформирующийся мир жизненных ценностей.

По данным Т. В. Жуковой, президента ассоциации школьных библиотек, 30 % россиян вообще не имеют дома ни одной книги, а ещё 30 % – менее 100 книг (Радио России 24 окт. 2006). Художественную литературу читают только каждый пятый юноша и треть девушек, и как часто бывает в юности, они с трудом определяют свои литературные пристрастия.

Весной 2008 года результаты ЕГЭ по литературе ошеломили россиян – каждый четвертый выпускник школы получил неудовлетворительно. Поражает не столько сам факт, сколько реакция общества – комментарии журналистов, родителей, учителей. Вина за провал перекладывается на «бездушную машину», на уровень нервного напряжения во время экзамена и т. д. Родители с чадами выстроились в очереди на апелляцию, требуя признать ошибки несущественными и тем самым допустить абитуриентов к участию в конкурсе по поступлению в высшую школу.

Следствием ограниченного кругозора и малого культурного багажа является то, что россияне плохо знают родной язык – с начала XXI века мы постоянно слышим о том, что по результатам международных исследований Россия попадает только в третий десяток стран мира по уровню грамотности населения.

К сожалению, мы не можем гордиться и знанием своей истории. В 2007 году ВЦИОМ предложил 1600 россиянам ответить на 8 вопросов по истории, взятых из ЕГЭ для 11 класса. Следует заметить, что были выбраны «простые» вопросы например: когда Россия была провозглашена империей?; какой царь ликвидировал крепостное право в России?; кто такие нигилисты?; в чем суть коллективизации в СССР? На все вопросы правильно ответили только 2 % опрошенных, 46 % правильно ответили только на 4 и меньше вопросов.

Московский режиссер Анатолий Правдин рассказывает поучительную историю о своей работе с выпускниками московских театральных вузов. На первой читке «Дамы с собачкой» А. П. Чехова, которую решил поставить режиссер, молодой актер спросил: «А какой это жанр? Это пьеса в стихах?» Пока режиссер внутренне боролся с изумлением, актер пояснил: «Но ведь это – «Дама сдавала в багаж…»!

И, тем не менее, падение культуры, как правильно замечает польский кинорежиссер К. Занусси, происходит не из-за того, что люди мало читают, в конце концов образ и звук тоже формируют культуру. Опасность современного общества видится в массовой культуре, которая всегда нетребовательна к выбору, упрощена и со своей доступностью без стука входит в каждый дом.

Большинство современных абитуриентом, студентов, с которыми встречаемся и работаем мы, преподаватели высшей школы – продукт массового натиска упрощений, описательности, гламурности, наконец. Результатом постперестроечного времени явилось то, что резко изменился состав абитуриентов и студентов технических вузов страны. Кризис практически всех отраслей российской промышленности, массовое сокращение производства снизили конкурсы в технические вузы, а как следствие и общий уровень абитуриентов. Тройка на вступительных испытаниях все чаще становилась проходным баллом, оценку на экзамене по русскому языку и литературе заменили зачетом, а устные собеседования с абитуриентами, которые проводятся в некоторых вузах при поступлении, обескураживали ответами. Например, «Что Вы любите читать? – Я регулярно читаю “Панораму ТВ”».

В определенном смысле, мы преподаватели высшей школы, были ограничены в выборе абитуриентов и получали для обучения то, что есть. В последние два-три года ситуация в технических вузах начала меняться в лучшую сторону, однако коренных изменений пока не произошло.

Высшая школа всегда формировала интеллектуальную элиту общества. В нее приходили наиболее целеустремленные и одаренные молодые люди, которые благодаря своему широкому кругозору и профессиональному знанию готовы были брать на себя гражданскую ответственность за будущее развитие.

Сегодня педагогический корпус высшей школы решает сложнейшую задачу – как инфантильных, ленивых, амбициозных полузнаек превратить в специалиста-профессионала с широким гуманистическим кругозором, навыками не только рационального, но и гуманного выбора, обусловленного не массовым, а элитарным, чистым вкусом.

Очевидно, что решение этой задачи невозможно без широкой гуманитарной подготовки современных специалистов любого профиля, и культурология занимает ответственное и почетное место в ее решении.

В нашей статье мы хотим поделиться практикой работы в Санкт-Петербургском Морском Техническом Университете, обратив внимание коллег и общественности на состояние дел в преподавании культурологии и других гуманитарных дисциплин в техническом вузе.

Наша кафедра – одна из первых кафедр не только в Петербурге, но и России начинала интересное, трудное, дело внедрения новой гуманитарной дисциплины ещё в начале 1990-х гг. Мы можем с гордостью отметить, что острейшую необходимость обновления гуманитарного цикла дисциплин в условиях своеобразного духовного вакуума постперестроечного времени ощущало в те годы руководство нашего вуза. В учебных планах инженерных специальностей нам было предоставлено 69 часов лекций, и 51 час семинарских занятий. Кроме того, руководство университета, поддерживая кафедру, полагало, что написание курсовой работы по культурологии на младших курсах является важным элементом воспитания молодежи. Именно на нас, преподавателей гуманитарных дисциплин ложилась ответственность научить студентов работать с научной литературой, осуществлять научный поиск, работать с устной и письменной речью. Таким образом, само постижение курса, подготовка к сдаче зачетов и курсовых работ уже давало студентам элементы знания социологии культуры и прикладной культурологии.