Чтение онлайн

В 1978 году в Ереване по инициативе Маркаряна состоялась первая в Советском Союзе конференция, посвященная вопросам этнокультурной традиции. Именно на этой конференции впервые прозвучала мысль о необходимости создания общей теории культурной традиции, и были очерчены ее предметные границы. Традиция была определена, как механизм самосохранения, воспроизводства и регенерации этнической культуры как системы. Традиции включают в себя процесс и результаты стереотипизации как сгусток социально-исторического опыта людей [108] . Таким образом, традиция понимается как один из механизмов изменения общества. Развитие культуры, в частности, развитие этнической культуры, выражается в процессах инноваций и их стереотипизации. Под инновацией понимается введение новых технологий или моделей деятельности, а под стеоретипизацией – принятие этих моделей определенным множеством людей в пределах соответствующих групп.

"Динамизм современной социальной жизни людей – особо подчёркивал Э. С. Маркарян – не должен создавать иллюзии того, что механизм культурной традиции перестал играть в ней существенную роль" [109] . В связи с этим он указывал, что культурная традиция и в наши дни продолжает оставаться универсальным стабилизирующим и селективным механизмом, действующим во всех сферах социального организма. По его глубокому убеждению, без актуализации этого механизма общественная жизнь людей была бы просто немыслима. "Правда, временные интервалы действия стереотипизированных, социально организованных форм опыта стали, – замечал при этом Э. С. Маркарян, – как правило, несравненно короче, чем в эпоху традиционалистского развития общества" [110] . Для многих из них, по его словам, признак межпоколенной передачи опыта, который обычно связывается с понятием традиции, уже не является характерным, ибо они могут заменяться (порой неоднократно) в рамках одного поколения. С другой стороны, отмечал учёный, выраженные в этих формах типовые варианты неизмеримо усложнились и увеличились [111] . Главная идея, высказанная Маркаряном в ходе прошедших тогда в Ереване дискуссий, была такова: "Культурная традиция в наши дни продолжает оставаться универсальным стабилизирующим и селективным механизмом, действующих во всех сферах социального организма… Различия в проявлениях культурной традиции в прошлые и современные эпохи должны быть соответственным образом дифференцированы и типологизированы. Но это должно производиться в пределах единого круга явлений, интегрируемого общим понятием «культурная традиция» [112] .

В конце 1970-х – нач. 1980-х гг. Маркарян заложил теоретические основания интегративной науки о динамике традиций, названной им традициологией. Именно благодаря приложению традициологических принципов к эволюции человеческого общества, как считает Маркарян, было бы возможно получить результаты равновеликие тем, которые были получены благодаря формулировке Ч. Дарвиным принципов естественного отбора применительно к эволюции биологических систем. Здесь важно подчеркнуть, что основной упор делается Маркаряном на концепцию социальной самоорганизации и традиция понимается как её база, поскольку изучение традиции должно проходить прежде всего в соответствии с фундаментальными принципами самоорганизации [113] . Поэтому, согласно взглядам Э. С. Маркаряна, традиция – это нечто, находящееся в постоянном движении, изменении; и источник этого движения в ней самой: "динамика культурной традиции – это постоянный процесс преодоления одних видов социально организованных стереотипов и образования новых. Рассмотренный с системно-кибернетической точки зрения, он выступает в качестве стержня процесса социальной самоорганизации" [114] .

Диалектика взаимного преодоления традиций и инноваций представляется Э. С. Маркаряну следующим образом: изобретённая новация проходит строгий отбор (селекцию), в ходе которого она прививается к актуальному социокультурному опыту, становясь инновацией. Затем процесс стереотипизации инноваций приводит к их закреплению в традиции, которые в свою очередь выступают фундаментом для появления очередных новаций. При этом зачастую чисто случайные обстоятельства приводят к удержанию в живой социокультурной практике одних новаций и отбраковке других. Поэтому любая традиция – это бывшая инновация, и любая инновация – в потенции будущая традиция. "В самом деле, ни одна традиционная черта не присуща любому обществу искони, она имеет свое начало, откуда-то появилась, следовательно, некогда была инновацией. И то, что мы видим как инновацию, либо не приживется в культуре, отомрет и забудется, либо приживется, со временем перестанет смотреться как инновация, а значит, станет традицией" [115] . В процессе развития культуры, культурные традиции"…никак не могут предвосхитить всего реального многообразия условий и ситуаций даже самой стабильной среды их существования" [116] . В результате изменения условий существования в культуре активизируются адаптивные процессы, проявляющиеся в трех основных подсистемах культуры: природно-экологической, общественно-экономической и социорегулятивной. Поддерживая эту идею учёного, В. Е. Давидович и Ю. А. Жданов отмечают, что на этом уровне механизм естественного отбора сменяется традициями культуры, мутации уступают место культурным инновациям [117] .

Э. С. Маркарян абсолютно верно указывал на не вполне оправданное противопоставление культурной традиции и творческого начала активности людей, поскольку оно действительно применимо лишь при статическом рассмотрении. "Однако если подходить к изучению традиции с точки зрения развития, динамики, то столь жесткое противопоставление оказывается неправомерным, ибо любая инновация, если она принимается множеством входящих в ту или иную группу людей, стереотипизируется и превращается в традицию. – доказывал учёный. – Поэтому динамика культурной традиции – это постоянный процесс преодоления одних видов социально организованных стереотипов и образования новых" [118] . Следовательно, делал вывод исследователь, "важно не противопоставлять инновацию традиции в целом, а рассматривать ее как одну из сторон механизма функционирования традиции, диалектически противостоящую стабилизирующей его стороне… Это единственный способ, который помогает понять развитие традиции не только как результат внешнего воздействия, но и как следствия ее самодвижения". Исследователь, анализируя творчество людей с точки зрения идей самоорганизации, призывал отказаться от его этизации и эстетизации, которая нередко встречается в литературе. Он особо обращал внимание на диалектический, амбивалентный характер творческой деятельности, которая может иметь как негэнтропийную (созидательную), так и энтропийную (деструктивную) направленность. По мнению Маркаряна, являясь потенциальным источником повышения организации и увеличения адаптивных возможностей социальной системы в новых условиях, инновации сами по себе могут в разной степени дестабилизировать её, повышая в ней состояние энтропии. "Лишь благодаря стереотипизации принимаемых группой инноваций, подчёркивает учёный, кривая энтропии в принципе может пойти на снижение" [119] . Поэтому, согласно концепции Э. С. Маркаряна, творчество следует рассматривать как мощный адаптивный механизм, благодаря которому социальные организмы приводятся в соответствие с возникающими в окружающей среде изменениями [120] . Приведённые теоретические положения данной концепции показывают насколько близко подошел этот неординарный мыслитель ещё в кон. 1970-х – нач. 1980-х гг. к выявлению самой сути процессов самоорганизации в культурогенезе, синергетичности культуры.

Проблема изоморфизма биолого-генетических и культурно-генетических способов кодирования и передачи наследственной информации. Концептуальное значение имеет убедительно обоснованный Э. С. Маркаряном изоморфизм между кулътурогенетической и биолого-генетической программами передачи наследственной информации. Он исходит из того, что традиция, по его мнению, связана с аккумуляцией и передачей внегенетической информации, предполагая такие формы группового поведения, которые всецело основаны на научении. Оговариваясь, что хотя традиция по своей природе принципиально отлична от генетически передаваемой информации, Э. С. Маркарян все же считает, что понимание её сути предполагает её сравнение с процессом аккумуляции и передачи опыта средствами биолого-генетических механизмов. Это связано с тем, что исследователь рассматривает место и роль традиций в процессах культурогенеза и развития исторических общностей людей во многом как эквивалентные месту и роли генетических программ в процессах эволюции биологических популяций. Основываясь на этом, Маркарян полагает, что есть все основания утверждать, что это функционально и структурно подобные явления. [121] Их подобие как раз и обусловлено действием общих законов самоорганизации, проявлением которых выступают обязательные для любых форм жизни программы деятельности, несущие концентрированный опыт поколений и соответствующие механизмы его отбора и закрепления [122] . Здесь Э. С. Маркарян опирался на разработки акад. П. К. Анохина и других физиологов, согласно которым одна из важнейших особенностей любых живых форм состоит в том, что они благодаря использованию информации как основного средства системной организации оказываются способными к опережающему отражению действительности [123] .

Рассмотренная с этой точки зрения, культурная традиция исторических общностей людей, по убеждению Маркаряна, представляет собой специфическое проявление группового стереотипизированного опережающего отражения: "Принципиально отличаясь от программ биологических популяций своей внегенетической природой, она вместе с тем подобно этим программам выступает в виде обобщенных (генерализированных) моделей вероятности протекания соответствующих процессов. Будучи направлены на приспособление к предвидимьгм в этих моделях условиям будущего, культурные традиции, как и генетические программы биологических популяций, ориентированы на существенно важные для выживания устойчивые, стабильные свойства среды" [124] .

Начиная с середины 1970-х гг., Э. С. Маркарян в своих работах сосредотачивается на изучении общих принципов социокультурной самоорганизации, которые, по его мнению, базируются на ещё более общих, универсальных закономерностях воспроизводственной и эволюционной динамики живых систем [125] . В соответствии с выдвинутой им концепцией, жизненный опыт тотально выражает активность живых систем и предстает как проявление качественно особой жизненной энергии [126] . Он рассматривает эту форму энергии в качестве информационного регулятора активности данных систем, что находит своё выражение в их самоорганизации. Это, по его убеждению, даёт объективное основание квалифицировать этот опыт как субстанцию жизни. Исследователь различает два вида жизненного опыт. Первый, базовый вид, зафиксирован в генах биологических проявлений жизни, поэтому фундаментальный механизм биологической эволюции выражен в биолого-генетических мутациях. Второй его вид основывается на социокультурном опыте, полученном посредством обучения. Начальным его этапом является инновация, продуцируемая индивидом, которая была названа Маркаряном культурной мутацией [127] . Пройдя отбор в тех или иных группах, они стереотипизируются в ней. Тем самым инновации преобразуется в коллективные стереотипы деятельности или, выражаясь иначе, в традиции. Таков механизм трансформации второго вида жизненного опыта.

Именно этот принципиальный момент, функциональное и структурное подобие между культурогенетической и биолого-генетической программами передачи единиц наследственной информации, странным образом нивелируется зарубежными представителями меметики [128] . Вместо выявления несомненного эвристического потенциала отмеченного изоморфизма во многих из их работ происходит, по сути дела, отождествление биолого-генетической и меметической (культурогенетической) линий наследования, что предопределяет биологизаторский редукционизм многих их построений.

Представляется, что применённый Маркаряном динамический принцип к изучению проблемы соотношения традиций и инноваций открывает далеко идущие перспективы в исследовании динамики и ритмики культурогенеза. Основываясь на его подходе и учитывая вклад представителей креативистского понимания культуры (А. И. Арнольдова, Э. А. Баллера, Н. С. Злобина, А. С. Кармина, В. М. Межуева), возможно поставить вопрос о творческой активности как имманентном факторе развития культурогенеза, вводя градацию уровней культуротворческой деятельности: от близких к нулевой (рутинное воспроизводство обычаев и простое повторение стандартизированных действий), затем – творческая передача традиций, и наконец, – до наивысших проявлений креативности (рождение новых паттернов как синтез антитез, образующий «новую сущность» культуры, эпохи расцвета в развитии культуры локальных цивилизаций, пики творческой активности человека).

Кроме того, принципиально важно, что категория творчества, на которой специально акцентируется здесь внимание, имманентно сочетает в себе как инновационные импульсы, так и культурные традиции. В этой связи А. С. Кармин справедливо подчёркивает: "Творчество – это механизм не только созидания нового, но и удержания старого в «работоспособном состоянии». Созидая новое, оно не просто отвергает старое, а преобразует его, развёртывает заложенные в нём потенции" [129] . Это позволяет в конкретном культурогенетическом исследовании учитывать не только исключительно одни инновационные проявления (как предлагал А. Я. Флиер), но и сами культурные традиции, представляющие собой базовую основу в развитии любой культуры (на чём настаивают Э. С. Маркарян, Ю. И. Мкртумян, К. В. Чистов и С. Н. Артановский), тем самым выявляя диалектическую сопряжённость традиций и новаций, которая и составляет порождающую сердцевину и базовый движущий механизм процессов культурогенеза. С одной стороны, инновация служит потенциальным источником образования стереотипов культурных традиций. С другой стороны, традиции выступают в качестве необходимой предпосылки творческих процессов создания того фонда, путем комбинации элементов которого во многом и осуществляются эти процессы. Более того, сами традиции обычно и задают им общую направленность [130] . Вместе с тем диалектизм сопряжения традиции и инновации – это еще и преодоление традиции в ходе порождения новаций; любая инновация преодолевает установившуюся традицию и, тем самым, развивает и обогащает данную конкретную культуру [131] .