Чтение онлайн

— Есть такое дело!

— Зря. Ох, зря. Потому что, мисс Кларисси, я предлагаю выйти подышать воздухом. Прогулять по чудному саду Ивана. Хотя нет, не предлагаю. Я настаиваю, — вот тут его глаза изменились. Чуть прищурились. И взгляд стал колким, холодным. Предупреждающим. Точно он говорил — не согласишься, последствия будут очень серьезными.

Холодок коснулся спины девушки, и она почувствовала себя загнанной в ловушку.

Отказаться не было сил. И возможности тоже.

Сад господина Зародски был великолепен. Утопал в экзотических цветах, буйство красок поражало воображение. И Уитни непременно бы уделила цветам и кустарникам более пристальное внимание, если бы не одно досадливое «но».

«Но» было большим и настойчивым, и изрядно её пугало.

Несмотря на то, что Уитни хорохорилась и пыталась острить, она отчетливо понимала, что попала в очень непростую ситуацию, в свете которой недавнее происшествие с отпрыском вампирского клана кажется пустяковым.

Девушка пыталась для себя выбрать достойную на её взгляд линию поведения, но каждый раз терпела фиаско. Пока она шла рядом с высоким незнакомцем — о, да, несмотря на то, что теперь она знала его имя, он по-прежнему оставался для неё незнакомцем — постоянно ловила на себе удивленные и недовольные взгляды. Ещё бы! Непонятная девушка, полностью завладевшая внимание почетного гостя! И ладно бы принадлежала к высшему сословию, была бы вампиршей или магиней, да хоть кем угодно, но не человеком! Многие гости даже могли бы смириться с её человеческим происхождением, если бы она опять-таки выходила, допустим, из графского рода. Ан нет, так, дочка сумасшедшего путешественника. Естественно, у многих возникал вопрос — что могло связывать её и потомка древнего рода?

Уитни крепилась. Из последних сил.

Хотя стоило только представить, о чем с ней собирался поговорить многоуважаемый (будь он неладен) мсье Радрас, как сразу же хотелось изобразить из себя кисейную барышню и упасть в обморок. Именно так. Воспользоваться самым древним и верным способом избегания подступающих проблем.

То, что проблемы будут — Уитни не сомневалась.

Если бы мсье Редрас хотел сохранить в тайне или в прошлом их знакомство, он бы не устраивал их встречу вновь. Не суетился с приглашением на вечер к давнему другу, не приглашал бы её на танец. На первый танец, на который всегда делался более пристальный акцент. И Уитни ещё предстояло придумать, как она будет объясняться с тетушкой. Та непременно поднимет шум вокруг её знакомства с Редрасом, всё пожелает узнать в подробностях. А что скажет ей Уитни? Что она решила расстаться с девственностью, купила ночь с мужчиной у мадам, и в конечном итоге к ней пожаловал никто иной, как данный господин?

Богиня Всемилостивая, во что же Уитни вляпалась…

Другого слова для характеристики данной ситуации не находилось.

— Вы непривычно молчаливы.

Это он сейчас над ней подтрунивал?

Руки Уитни невольно сжались в кулачки.

— А Вы достаточно хорошо меня знаете, чтобы сделать вывод, что для меня привычно, а что нет?

Богиня, и кто тянет её за язык? Почему не может смолчать? Где её благоразумие? Наверное, осталось на пороге дома мадам Ирмисы, когда она впервые посещала его.

Они вышли в сад, и Кан жестом предложил пройти вглубь. Уитни сначала хотела отказаться, потом огляделась и увидела ещё несколько праздно прогуливающихся пар. Разговор между ней и мужчиной предстоял не легкий, дополнительные свидетели им ни к чему.

Кивнув, Уитни безмолвно согласилась.

— Хороший вопрос, мисс Кларисси. Знаю я Вас немного, но… — она на него не смотрела, но готова была поклясться, что на его губах по-прежнему сияла довольная усмешка, которую всё сильнее хотелось стереть. — Мы оба причастны к тайне, которая нас объединяет, и дает мне право делать некоторые выводы.

О каких именно выводах идет речь, Уитни уточнять не стала. От греха подальше.

А вот то, что он сделал акцент на тайне, их объединяющей, — плохо.

Уитни не спешила с ответом. Наверное, всё-таки сначала надо взвешивать каждое слово, и лишь потом говорить. Иначе они, пожалуй, договорятся до чего-нибудь этакого провокационного. И совсем неприличного.

— Не спешите с выводами, мсье Редрас. Я же не спешу, — оставалось надеяться, что он поймет её намёк. Уитни пыталась показать, что та ночь в прошлом, где её лучше и оставить. Что не стоит ворошить прошлое.

— Про выводы мы поговорим чуть позже, если Вы не будете против.

Они углублялись в сад. Магические фонари попадались всё реже, зато всё чаще появлялись ответвления от главной дороги, ведущие вглубь, где отсутствовало полноценное освещение, и можно было рассчитывать на уединение.

Уитни морально подготовилась к тому, что и Редрас предложит ей свернуть с основной дороги.

Ошиблась.

Они продолжали идти дальше. Вот уже перестала доноситься музыка, и померкли огни главного дома. Людские голоса тоже стихли, лишь изредка тишина прерывалась птичьей трелью да шелестом травы. И чем дальше они углублялись, тем сильнее охватывал Уитни мистический трепет. Некстати вспомнилась метаморфоза Киана. Что будет с ней, если он вдруг снова решит обратиться?

Мелкие мурашки побежали по спине, и Уитни мысленно шикнула на себя. Ничего с ней не будет. По крайней мере, два десятка гостей видели, как она уходила с мсье Редрасом. Не будет же он столь нагл и самоуверен, что пренебрежёт собственной безопасностью и репутацией?

Пока Уитни думала-гадала, как будет развиваться дальнейший разговор и вечер в целом, дорожка вывела их к небольшому озеру, на берегу которого стояла одинокая беседка, укрытая шелковым пологом. Уитни вспомнила, что нечто аналогичное видела в книге, рассказывающей о жизни и обычаях жителей стран Красных Холмов. Неужели Иван Зародски увлекается традициями Холмов?

В этом увлечении, по сути, не было ничего неожиданного. Если молодым вампирам приходилось уезжать в Холмы и проживать там некоторое время, то вполне естественно, что они перенимали культуру местного населения. Получается, что и господин Зародски жил в Красных Холмах, где усмирял свою подростковую потребность в крове и плотских утехах?

Мысли о Зародски прервал Редрас, в голосе которого внезапно появилась хрипотца.

— Пройдем в беседку?

И его вопрос прозвучал очень интимно.

Уитни сглотнула подступивший к горлу ком. Остаться на улице и любоваться бликами луны на зеркальной поверхности озера? Или принять предложение Редраса и, по крайней мере, опуститься на скамью? Ноги дрожали, выдавая общую нервозность девушки.

Уитни выбрала второе.

Снова безмолвно кивнула.

В беседке, несмотря на то, что располагалась у воды, было теплее, чем на улице. Но Уитни, присев на скамью, поёжилась.