Куплю свое счастье
Шрифт:
Гена сам предложил исполнить песню дуэтом.
Пели рок-классику, The Mamas & The Papas, California Dreamin. Он сам выбрал, занимался со мной. Причем, я к тому времени уже как-то немного переросла влюбленность. Старалась вести себя с ним нормально.
А после одной репетиции мы пошли гулять в парк, он с гитарой. Вдруг запел Цоя «Восьмиклассницу». А я очень любила «Кино» - это меня в свое время мамин брат приучил. Потом Гена спел еще что-то и еще… А потом сказал: «Иди ко мне, малыш» и поцеловал. Это был не первый мой поцелуй, но…
Я считала, что именно он стал первым. Настоящим.
И все было хорошо. Мы много гуляли, целовались. Разговаривали обо всем на свете. Потом у моей подруги родители уехали на дачу, и…
Все случилось. Честно, я не помню, как это было. Реально не помню. Нормально.
Не было «вау» эффекта. Хотя я ждала.
Гена к тому времени уже оканчивал магистратуру.
Я доучивалась. Начала заводить разговоры о свадьбе.
Вернее, начал он. Вроде как надо бы пожениться.
А потом… потом суп с котом.
Потом он переключился на первокурсницу, у которой, как оказалось, было невероятное сопрано. Ее не взяли в Гнесинку, потому что там блат. И на телешоу тоже не взяли, по каким-то невероятным причинам.
Он вместе с ней готовил очередной концерт, а мне говорил – извини, малыш, мы репетируем, извини малыш, у нас сегодня завал, извини малыш, я занят.
А еще через какое-то время я узнала, что он везде таскает ее, все его друзья уже знают, что он с ней. А я…
«Извини, малыш»…
Я не извинила.
Когда он в очередной раз пришел ко мне, потому что ему… просто потому, что ему нужно было женское общество, в известном смысле, она-то у него была невинная овечка, а я уже нет…
В общем, огрела я его хорошенько кожаным поводком моего Тимофея. И отправила в пешее эротическое.
Далеко-далеко.
Но… это все, конечно, была бравада.
Я делала вид, что мне плевать. А сама ночами подушку зубами зажимала и выла.
Потому что больно было. Очень.
А потом… потом встретила Льва…
– Эй, мать, ты че там зависла? Переведи мне десятку, срочно.
Господи, как я могла после смерти Льва опять так вляпаться? Связаться с этим ничтожеством? И вообще, как могла позволить ему испортить жизнь не только мне, но и моим детям, девочкам? Это ведь он не у меня украл! Он их обворовал! Это из-за него сейчас нам так сложно!
А он еще и денег требует! Серьезно?
– Знаешь что, Никитин, иди-ка ты лесом!
– Эй, Романова! Пожалеешь… Я тебя…
Я не услышала, что он там меня. Бросила трубку.
Мне надоело его бояться!
В конце концов…
В конце концов у меня есть полное право на моих детей! Да! На моих! Маруська моя давно и по закону!
И Алёшка тоже моя! У нее в свидетельстве о рождении в графе мать записана Анастасия Львовна Романова!
Я!
Вот так!
Глава 7.
РОМАН.
Чёрт, и как эти мамочки гуляют с детьми по два часа?
Я прогуливаюсь по парку всего минут двадцать, а уже околел, промерз до костей.
Ну, ясно, моя одежда совсем не для таких прогулок.
Да я и надеваю ее не для того, чтобы в ней гулять. Туфли на тонкой подошве, пальто – только дойти до машины, и из машины до входа в офис. Максимум – опять же от машины до входа в ресторан. И как правило мои водители паркуются у самого входа. Пальто можно и не надевать.
Не подумал я, что придется дефилировать по парку в поисках знакомой фигурки с коляской.
Разглядываю гуляющих с детьми дамочек. Все закутаны – шарфы, шапки, утеплённые штаны, перчатки, у многих что-то вроде горнолыжных комбинезонов.
За пару дней сильно похолодало. Все-таки уже середина ноября. По-хорошему, уже давно должен бы лежать снег. Но последние годы зима в столице «лайтовая», хорошо еще, если снег ляжет к Новому году.
Я люблю снег, каждый год стараюсь выбраться покататься на лыжах, и на простых, и на горных.
Когда-то давно даже соревновался за юношескую сборную столицы по биатлону. Меня очень хотели видеть в сборной, но для меня спорт был просто хобби, хобби, которое дает силы и выносливость.
И меткость. Стрелять я научился прекрасно!
А жизнь свою я хотел связать только с бизнесом. С финансами.
Мне не интересно было бегать за призы, мне интересно было покупать и продавать, зарабатывать, вкладывать, инвестировать. Просчитывать ситуации.
Что-то, а удачные вложения были моим коньком.
Вот и сейчас я готов был сделать вложение. На первый взгляд, не очень выгодное. Ведь я покупал, по сути, кота в мешке. Но это была как раз отличная инвестиция в будущее. Долгосрочная. Но при этом такая, которая начнет отдавать дивиденды сразу.
Холодно.
И где же бродит моя инвестиция?
Дышу на ладони, пытаясь согреться.
Зачем я потащился в этот парк? Зачем я занимаюсь всем этим?
Как гребанный сталкер, пытаясь понаблюдать за жизнью непонятного мне объекта.
Вспоминаю, как встретил ее в первый раз.
Дама с коляской. Злобная дама с коляской.
Еще и одетая черти как.
Может она так нелепо одевается для тепла? Скорее нет, не думаю, что ее курточка и кроссовки сильно спасали.
Я пытался найти хоть какую-то связь между ней и Феликсом. У него не сохранилось никаких совместных фото. Никаких сообщений. Одно единственное с животом, то самое, которое показывал мне Стрелец.
– Шеф, кофе будете, а то вы синий уже весь.
– Спасибо. – панибратство, в принципе, терплю только от Стрельцова.
– Может, пойдем в машину, погреемся?
– Стрелец, когда мне нужен будет совет, я спрошу.
– Понял. Держите. Американо с молоком, как вы любите.
Беру стаканчик, странно, что уличный кофе так прилично пахнет.
– Что?
– Стрелец ухмыляется. – Пейте, нормальный кофе, не отрава. Очень вкусно.
Смотрю как он тянет свой напиток из трубочки.