Куплю свое счастье
Шрифт:
– Меня угостили им однажды. В одной небольшой кофейне, в центре, сейчас ее уже там нет, на месте ее как раз тот самый великий и ужасный Старбакс.
– И как? Он вам понравился? – прищуриваюсь, смакуя.
– Кто? – а она рассеяна.
– Кофе, мы же говорим о кофе? а кофе - только ОН. – улыбаюсь ей, думая, что почему-то мне уютно и хорошо сидеть вот так на этой кухоньке.
– Да. Он. Кофе из Гватемалы. Нет, не понравился. Кислый привкус. Но мне подарили целых полкило зерен. Отказаться я не могла – угостил друг моего мужа.
– Этого… крокодила?
– Нет. Настоящего мужа. То есть…
– Гена что, не настоящий? – опять усмехаюсь, потому что кажется понимаю, о чем она.
– Если считать настоящим штамп в паспорте, то… увы…
Она не садится, стоит, прислонясь к шкафчику. Мебель тут простенькая, но подобрана со вкусом.
Вообще вся кухня такая «вкусная» и сделана с любовью.
Видимо, у Аси только в одежде особого вкуса нет. Но мы это поправим.
Стоп, я подумал так? Мы? То есть… мне действительно хочется следовать тому самому плану Илоны?
Глупость какая. К черту Илону! Просто…
Просто сегодня какой-то странный вечер. И чувствую я себя странно.
Как… доблестный рыцарь Айвенго, или… Робин Гуд.
Спас ребенка из лап хищного крокодила.
– Это был друг моего первого мужа.
– Кто? – не совсем понимаю, потерял нить беседы глядя на… на то, как круглая попка подпирает столешницу. Хм… совсем некстати.
– Тот, кто подарил кофе из Гватемалы. Мы же про кофе говорим?
– Наверное.
– Ясно. Если вам неинтересно, так бы и сказали.
– Мне интересно. Я просто задумался.
– О чем?
– Обо всем сразу. Красивая у вас кухня. Так что там кофе?
– Ничего. Стала пить и привыкла. Теперь вот иногда покупаю, если вижу.
– В нем что-то есть, в этом кофе из Гватемалы.
– Роман, так… что мы теперь с вами будем делать?
Смотрит на меня, глазищи огромные, в дымке от горячего кофе.
Что мы будем делать… Хороший вопрос.
Вообще, что я собирался делать-то?
Ну… после букета пионов, после поцелуев в машине? После того, как с ее законным крокодилом разобрался? Чего я хотел?
Пять миллионов ей предложить? Или… пятнадцать?
Да уж.
Что делать в такой глупой ситуации?
Пить гватемальский кофе. И думать.
Она меня в дом пригласила, чтобы с ребенком дать познакомиться. И я действительно сегодня впервые увидел свою племянницу.
Она, оказывается, такая смешная, милая, озорная. Лысая еще почти.
Сразу понятно, почему они ее зовут Алёшка. Чем-то она на пацана похожа. На Фельку. Да, она здорово похожа на Феликса, а вот на красавицу маму не очень. Наши гены перебили.
Порода наша. Вишневских.
Поэтому… поэтому и должна она носить фамилию Вишневских и… воспитываться в нашем семействе!
– Вы же понимаете, что я вам её не продам и не отдам?
Интересно, она допила кофе? Не хотелось бы получить горячим гватемальским в морду…
– Пятьдесят.
– Что?
Чёрт, шутки у меня идиотские…
Вижу, как она сглатывает. Ставит чашку в мойку – это радует. Стоит, опустив голову. Не плакать, надеюсь, вздумала?
А если… если возьмет пятьдесят? Что делать?
Нет я… я заплачу, вот только…
Чёрте что делается в моей голове.
– Удивительно…
– Что? – теперь моя очередь задать этот вопрос.
– Я думала вы реально сумасшедший, но вы хуже. Вы нормальный. Вроде бы. Вы так считаете. Но на самом деле… я даже не знаю, как объяснить
– Не стесняйтесь, говорите уже, - я еще и улыбаюсь, радуюсь!
Хм, реально радуюсь, и даже если бы горячим кофе плеснула в меня, наверное, тоже бы радовался.
Что-то со мной не то сегодня.
Может…она мне в кофе что-то подмешала? В Гватемальский?
Или… как любил говорить Илона, полнолуние близится, Меркурий в Близнецах?
– Вы больны в другом смысле. Морально. Вы… не человек, вы… счетная машинка, калькулятор.
Ого! Так меня еще никто не называл!
– Банкомат вы, вот вы кто. Думаете только деньгами и о деньгах. Знаете что, вставайте-ка и выматывайтесь отсюда. И все вопросы мы с вами будем решать в другом месте!
– Интересно, в каком?
– В суде. Давайте. Можете писать заявление, или что там пишут. Попробуйте! Сомневаюсь только, что у вас получится отобрать ребенка у матери, несмотря на все ваши деньги и связи!
– Какие связи?
– Не знаю. Какие-нибудь! Наверняка вы дружите с каким-нибудь мэром? Министром? Может даже с самим…президентом?
– По президентам это вы у нас. Вы же звонили Владимиру Владимировичу?
– Хватит надо мной издеваться. Все! Ребенка видели. Кофе выпили. До свидания. И веник свой заберите!
Она замечает стоящие в вазе на столе пионы.
– Нет уж. Веник ваш. Можете меня им огреть. Как в кино.
– В каком кино? – смотрит, губу кусая. Зря.
– Это вам виднее, вы же у нас любите фразы из фильмов? – встаю, чувствую, что улыбку сдерживать не могу.
– Вы тоже! – закончит она уже губы кусать? Еще немного и я сам ее… укушу.
Опять улыбаюсь своим мыслям. И с чего это я так развеселился? Она ведь от пятидесяти миллионов отказалась?
Сколько же ей надо?
– Сотка.
– Что?
– Сто миллионов долларов.
Ого! Глаза полыхают, и она бросается на меня с кулаками! Успеваю схватить ее за запястья и прижать к стене.
Смотрю на дверь в кухню, закрыта. Мы вроде не кричали, вряд ли старшая дочь придет.
Набрасываюсь на рот любительницы гватемальского. Нечего было губки кусать!
А потом…
Потом вдруг приходит мысль, которая меня совсем не радует. И странно, что раньше ее не было.
– Почему ты на него запала?
– Что? Ты… пусти меня, придурок, я закричу.
– У тебя ребенок спит. Хочешь разбудить? Скажи, почему ты закрутила с ним, а?
– С кем?
– С моим братом. Или у тебя их много было? Ты ведь замужняя дама, с ребенком! А он мажор пустоголовый! Почему ты запала на Феликса?
Глазами хлопает, не зная что сказать.
Ладно, не важно. Мне пора. Сейчас уйду! Сейчас вот только…