Чтение онлайн

Быстренько сварганив несколько бутербродов, я сунул их в духовой шкаф, а сам запустил руку в один из шкафов, в глубине которого за многочисленными банками, склянками, бесполезными и дурацкими сервизами, наборами посуды прятал от вечно любопытный и жадной до всего наилучшего Шелы, от вечно голодных гостей и приятелей и, наконец, от неугомонного себя самое драгоценное - золотую чайную смесь, которую с трудом оторвал на одном из аукционов, заплатив за неё немыслимые баснословные деньги, но... Она себя оправдала со всех сторон, не понадобилось даже повода искать в ней насильно какой-нибудь плюс, выгодно отличающий её от всех остальных; она воистину была бесподобна: более десятка чайных сортов было строго отобрано, дозировано и смешано в настолько идеальной пропорции, что вкус её завораживал, увлекал в страну грёз и мечтаний, разгонял даже самые тяжёлые и седые тучи над головой, уносил прочь грусть, тоску и печаль, наполняя сердце радостью, теплом и пониманием того, что какая бы хреновая ни была жизнь, радуйся тому, что ещё жив, что ещё борешься, а не отдаёшься в руки Гадеса. Лучшим из всего, что я когда-либо пробовал, было это зелье, потому, наверное, я и хранил его подальше ото всех, прятал, не потому что жадничал - нет!
– а просто потому, мне казалось, что твои маленькие слабости и чудодейственный эликсир от них должны быть известны исключительно тебе, есть в жизни у каждого некие заповедные тропки, по которым следует гулять исключительно в гордом одиночестве.

"Дар пяти стихий", - как несколько пафосно выражались когда-то древние китайцы, истинные знатоки и ценители чая, упал в заварничек; напевая себе под нос какую-то гремучую мелодию, я аккуратно налил туда кипяток - прошла минута с момента закипания, температура воды идеальна для того чтобы не угробить сверхтонкий изящный вкус и букет - накрыл крышечкой и заглянул в духовой шкаф.

– Вы мои хорошие, - бормотал я, вытаскивая из него разрумянившиеся, прямо дышащие горячие бутерброды, - вы мои пышные, вы мои замечательные...

Заткнувшись, я выключил духовку, повесил на крючок рукавицы и втянул носом аромат - м-м-м... В желудке сразу заквакал митинг голодных лягушек, но я решил обождать немного и разогреть ещё немного жаркого с соусом, который ещё тогда приготовила дожидавшаяся меня Шела. Мурлыча что-то себе под нос - и куда только подевалась моя утренняя злость и раздражённость не выспавшегося человека?
– я быстренько отрезал себе кусочек мяса, полил его соусом и грохнул на небольшой противень, засунув его опять же в духовой шкаф, после чего довольно потёр руки - намечался неплохой завтрак.

– ЭлИн, милая, который сейчас час?
– лениво поинтересовался я.

– Половина девятого по местному времени, - ответила она и, подумав немного, добавила: - До момента времени, указанного вчера вашим начальником, осталось три часа.

– Спасибо тебе, родная моя, - умилился я, с любовью глядя на бутерброды. При моей нелюбви к проволочкам и с привычкой делать всё быстро, три часа для меня - это всё равно, что три недели для остальных, целая куча времени. Спросите: почему я тогда опаздываю постоянно на работу? Отвечу - из принципа. Для меня явиться вовремя на работу - значит признать её официальной работой, где я тружусь в поте лица и отрабатываю свою кровную зарплату и нечастые премиальные. А так мои опоздания, легкомысленное отношение и безалаберность и тунеядство - неплохие способы напомнить себе, что всё вокруг - как бы игра, а рабочий день - это всего лишь новая серия из приевшегося но всё ещё любимого семейного сериала. Пока так относишься к этому священнодействию - беготне за любимым начальником и изображению стахановского труда - чувствуешь себя более-менее человеком, а не рабом на службе у тех, кто обещает вознаграждение за твой по сути дела бесплатный труд.

Духовой шкаф пиликнул, я подскочил к нему, запустил руки в его огнедышащее чрево и извлёк оттуда тарелку с парующими и испускающими такие ароматы кусочками мяса, что едва не начал грызть воздух. Торопливо поставив тарелку на стол, я придвинул ближе бутерброды, заглянул в заварничек - ага, ещё минуты три-четыре можно подождать - вооружился ножом и вилкой и как голодный волк набросился на еду.

– Приятного аппетита, Андрей, - мягко пожелала мне ЭлИн, я в ответ что-то промычал с набитым ртом, помахал вилкой и услышал в ответ серебристое журчание её нежного как мягкий перезвон колокольчиков или пение ручейка по камням смеха.

Завтрак был умят за пару минут - вот уж не думал, что я настолько голоден. Откинувшись на спинку кресла, я довольно вздохнул, отодвинул тарелки и придвинул к себе чашку и заварничек. Открыв крышечку, я втянул носом аромат и у меня в голове аж посветлело, и птички зачирикали, сидя у меня на извилинах. Покрутив головой и ища взглядом одну вещь, я заглянул под стол, посмотрел на полочках над ним, засунул нос в ящики...

– Под подоконником на тумбочке, - подсказала ЭлИн.

Отодвинув занавеску, я и впрямь обнаружил искомое - баночку с мёдом, которую мне подарил Кузьма, у которого дядя признанный заслуженный бортник, у него сотни гектаров земли во владении на Марсианском Среднем Поясе, вот и снабжает любимого племянника мёдом, а тот его нам раздаёт под настроение.

– А тебе чайку не налить?
– спросил я у ЭлИн, кладя в чашку две ложки мёда вместо сахара (сахар нельзя! Это гибель для организма, а для чая в особенности) и наливая сверху заваренный чай.

– Я бы с удовольствием, но...
– раздался её разочарованный голос, и я в очередной раз подивился тому, как далеко эта милая виртуальная девочка зашла в общении со мной, пусть даже это всего лишь виртуальный интеллект.
– Простите меня, сэр.

– Ты так говоришь, будто я прямо сейчас за твой отказ перезагружу блок управления, - поморщился я.
– Без обид, тем более что как бы ты, интересно, смогла это сделать?

– Да, сэр, - раздался её неопределённый ответ.

– Ты опять?!
– возмутился я, угрожающе нацелившись куда-то в сторону комнаты вилкой.

– Прости, Андрей, - быстренько поправилась она, и я успокоился, заодно мысленно погладил себя по голове - какой я замечательный генерал, оказывается, ну прям настоящий полковник.

С наслаждением вдохнув вздымающиеся к небу ароматы коренного жителя страны волшебных драконов и тысячи тысяч оттенков вкуса, я торжественно пригубил сей божественный, будто посланный людям из великого и непознанного Космоса для их вознесения, одухотворения и достижения совершенства напиток и едва не поплыл. Всё закачалось перед моими глазами, окружающая меня обстановка сплясала джигу, лихо крутанула ляжками, ещё немного, и я бы брыкнулся на пол собственной кухни с блаженной улыбкой на лице от приобщения к пусть даже мизерной но всё равно завораживающей доли небесного богатства, плода любви Земли и Неба, над которым сплясал свой весенний танец красный дракон.

К счастью для меня - пол у меня дома крепкий, выложен на кухне из тёплых мраморных плит, так что сей кратковременный полёт вниз привёл бы к возникновению немаленькой шишки - я вовремя очухался и схватился за стол, предупреждая падение, после чего помотал головой, взбалтывая мозги, и с уважением посмотрел на чай - надо признаться, отвык я от по-настоящему нормального чая, благо этот редко пью, лишь в исключительные моменты жизни.

– Андрей, прости, но здесь вызов в режиме ожидания, - раздался мелодичный голос ЭлИн как раз, когда я после первой не слишком удачной попытки сделал ещё пару глотков, ощутил на губах долгоиграющее очарование мёда и расцвёл от наслаждения.

– Кто посмел?
– пробурчал я уныло, всё хорошее настроение мигом испарилось - я догадывался, кто мог позвонить мне именно сейчас и чего потребовать.

– Капитошкин Зизольдий Гурабанович, - оттарабанила ЭлИн, и я громко с волчьим подвыванием зевнул - сразу захотелось спать, захотелось лечь в кровать, укрыться одеялом, свернуться в клубочек и мирно дрыхнуть триста лет, пока какой-нибудь принцессе не приспичит меня поцеловать.
– Принять вызов?

– Ну разумеется, - пожал я плечами. Даже на том свете я от этого плешивого динозавра, уверен, не отдохну. Зуб даю, он и там меня найдёт, чтобы как и при жизни озадачить проблемами, заплевать всё лицо и потребовать "Сокр-р-ратить!" и "Прекр-р-ратить!", жуя при этом свой вечно слюнявый язык... О!
– меня осенило.
– ЭлИн, милая, прими вызов, заблокируй видео-связь, оставь только звуковой канал и наложи на его линию звуковую матрицу "Рабочая атмосфера-3".

– Как скажешь, - мурлыкнула она, и в ту же секунду я услышал недовольное ворчание, казалось, только проснувшегося и мучающегося с похмелья бассетхаунда.

– Доброе утро, Зизольдий Гурабанович!
– гаркнул я, делая несколько быстрых глотков и с наслаждением ощущая, как у меня внутри загорается солнышко, своим теплом согревая весь мой высококачественный ливер.

– Доброе утро, Андрей, - пробурчал он ворчливо.
– Что у тебя случилось? Почему так долго вызов не принимал? Опять спал?