Чтение онлайн

— Нет. Медицина бессильна. Данный вирус поражает даже старших.

— Какой ужас! И сколько тебе осталось?

— Все зависит от поведения вируса.

— Какой коварный вирус.

Мы посмотрели друг на друга требовательно. Причем я, со своей стороны, не знала толком, что мне нужно от Ли. На девяносто пять процентов я ему доверяла, но остальные пять процентов светились предупреждающим красным в моем сознании. И как понять, что не так? Как его проверить?

«Как вообще люди понимают, с кем связывать судьбу, а с кем нет?»

—Ты серьезно о браке? — спросила я после непродолжительных раздумий.

— Да. Либо ты моя жена, либо мы расходимся, — Ли улыбнулся, ненароком сразив наповал проходящую мимо апранку. Бедняжка (прилетевшая сюда в компании другого цента) уставилась на Малейва, как на чудо природы.

Центаврианин заметил, что на него смотрят, и повернулся к женщине:

— Блага, гражданка.

— Бла-а-ага, — выдохнула она, выставляя вперед внушительную грудь, обтянутую лифом розового натинового платья. — Не подскажете, где висячие сады? Я в отеле только первый день, толком не знаю, где что…

— Вам вперед. Приятного отдыха.

— И вам, гражданин, — сверкнув золотистыми глазами, проворковала прелестница и пошла вперед, демонстрируя изумительные изгибы фигуры и волосы, отливающие бледным золотом.

— Какая женщина, — протянула я, не зная, то ли завидовать, то ли восхищаться.

— Да, — согласился Малейв, без интереса провожая ее взглядом. — По апранским меркам – редкая красавица. Но в отеле она не впервые. С виду ей лет пятьдесят, но на самом деле не меньше ста двадцати лет.

— Как ты определил?

— У нее энергетика зрелой женщины. Она сюда, как и многие другие красавицы, прилетает за кристаллами-накопителями, чтобы молодость поддерживать.

— А ты зачем в отель прилетаешь?

— Я тоже курсант, Нина, и практика у меня похлеще твоей. Мне нужно восстанавливаться.

— А куда ты днем уезжаешь?

— Вести дела, навещать старых знакомых. А еще у нашего Рода на Хауми есть владения.

— Раз у вас есть владения, почему ты отдыхаешь в отеле?

— Лирианская энергия, — ответил Ли так, как будто это все объясняло, и повел меня к первому корпусу, чинить китель. Кода управляющий первого корпуса увидел, в чьей компании я вернулась, то не смог скрыть неприязни. Решил, что я известно как упросила состоятельного гражданина помочь мне.

Зато китель был готов через полчаса – его починили, выстирали и выгладили так, что он казался почти нормальным.

— Довольна? — спросил Ли.

— Еще бы. Куратор бы меня прибил, явись я на ужин в оборванном кителе. У меня к тебе еще одна просьба, Ли. Я нечаянно… ну… во время тактики…

— В Ноури стреляла?

Как оказалось, Ли в курсе произошедшего. Мы пошли мимо висячих садов к Ноури; я расспрашивала центаврианина, почему же он не явился учить меня уму-разуму и даже не поругал за самоуправство.

– -- Это тебе полезно, ответил Малейв. — Практиковаться в тактике и манипуляции, не полагаясь на других.

— И все-таки ты отправил за мной Ноури.

— Хауми-охотники в любом случае должны были приглядывать за курсантами, так что твои претензии не принимаются.

— Ну и зараза ты, — с восхищением протянула я. — От всего умеешь отвертеться.

Малейв усмехнулся:

— Очень полезный навык. А ты по натуре очень ленивая. Если во всем тебе помогать, снова превратишься в бесполезный цветочек с фермы. А так – эволюционируешь в хищное растение.

Во время разговора я поглядывала на Ли, и размышляла о том, что не только он мной заболел, но и я им. Женская интуиция подсказывала, что этот центаврианин – мой, но она говорила еще и о том, что с ним будет ой, как непросто. Ли Малейв не из тех, кто обожает бездумно, он умеет разделять чувства и дела. Он не будет посвящать мне все свое время, да и как иначе – он военный. И выпускник.

— У тебя остался всего год в академии?

— Меньше года. Я пробуду в академии только первый семестр, а потом отправлюсь на стажировку.

— Куда?

— Далеко, — проговорил Ли задумчиво. — Очень далеко.

Его специализация – стратегически-агентурная разведка. А это значит, что Малейву придется большую часть жизни проводить в разных уголках вселенной, работать под прикрытием. С ним будет сложно, если не невозможно, связаться, и отсутствовать дома он будет подолгу. Да и какой дом может быть у агента? А еще он будет всегда в опасности.

— А как же закон о детях? — спросила я. — Военным нельзя отправляться на дело, не имея детей. Это важнейшее условие, поставленное Союзом людей. Мы ведь не спящие, и неуязвимостью не отличаемся.

— На стажировку можно и без детей.

Я остановилась.

— Тогда зачем ты вообще предлагаешь мне брак? Тебя же никогда не будет рядом. Зачем тебе жена, Ли? К тому же младшая. Ты будешь жить около семи сотен, а я – только две.

— Эо-ри со мной обеспечит тебе жизнь, такую же долгую, как и у меня. А еще я хочу, чтобы ты жила под защитой моего имени.

— Меня и собственное устраивает.

— На втором-третьем курсе тебя начнут переманивать на мою специализацию – САР. Там из таких, как ты, готовят агентов типа «куколка». Помнишь представление в «Кристалле»? Такие представления тебе придется устраивать очень часто. Но если ты будешь носить мою фамилию, тебя максимум пристроят в миграционку подозрительных граждан проверять.

— Почему ты думаешь, что меня станут переманивать? — поинтересовалась я.

— Процентов двадцать курсантов на втором-третьем курсах меняют специализацию в пределах своего факультета. Общие дисциплины и физическая подготовка для всех разведчиков относительно одинаковы, а специальная подготовка начинается как раз с третьего курса. Ты же, Нина, больше подходишь в САР, чем в ТР, и это становится очевидным.

— И что, для смены специализации мне обязательно нужна твоя фамилия?

— Мне так будет спокойнее.

— А мне нет. Я за тебя не выйду, Ли. Ты старший, ты военный, ты цвин рогатый. Мой отец тоже был военным. Мама любила его, а он любил работу. А потом его убили спящие, и мама осталась одна с детьми.

— Дело не в этом, — покачал головой Малейв. — Ты мне не доверяешь.

— Я заинтересовала тебя только из-за психической устойчивости. Как и Гоина я заинтересовала только из-за своих необычных генов.