Чтение онлайн

— Во-первых, ты заинтересовала меня не из-за психической устойчивости. Во-вторых, с чего ты взяла, что у тебя необычные гены?

— Лирианец сказал на инициации, что у меня гены, не как у всех остальных. После касания эо-ши все получают силу и эо, а я получила неуязвимость.

Ли шагнул вперед и ухватил меня за плечи. Изучил меня, как сканирующие системы андроидов – сверху донизу. Коснулся лица ладонями; от них пошло тепло. Под конец осмотра зеленые глаза центаврианина потемнели.

— Этого не может быть. Энергии типичны для человека твоего возраста и расы. Я ничего не вижу.

— А Гоин видит. Что он может знать такого, чего не знаешь ты?

— Расскажи мне все, — потребовал Малейв.

Мы устроились на лавке в парке, ожидая Ноури. Я рассказывала Ли о своих походах в Дом Жизни на Горунде и об инициации. Мужчина не мучил вопросами меня – всего пару раз кое-что уточнил. Закончив рассказ, я не без тревоги посмотрела на центаврианина.

— Ну? Что скажешь?

— В твоих генах нет ничего не-гуманоидного. И энергии в норме.

— Тогда что со мной не так?

— Хороший вопрос, — протянул Малейв. — Будем отталкиваться от того, что все

гуманоидные расы произошли от лирианцев. Овладев технологиями для путешествий, лирианцы разбрелись по вселенной, разделились, и каждая такая группа пошла своим путем развития. Твои предки с Земли, а на Земле не раз проводились генетические эксперименты. Есть вероятность, что ты – потомок людей, рожденных в результате экспериментов.

— Как правило, такие «эксперименты» долго не живут, — сказала я, вспомнив лекции профессора Лохму. — Гибриды и те выживают только потому, что получают сильнейшие регенерационные способности спящих.

Я разволновалась. Правда не всегда бывает полезной. Гоин ведь не просто так сказал, что если я начну расспрашивать об отце, меня могут арестовать. Может, правда мне только навредит? Может, мое счастье в неведении?

Услышав такую точку зрения, Ли посмотрел на меня, как на неразумное дитя.

— Правда – любая, всегда полезнее неведения. Я наводил справки о твоем отце и живых родственниках, и ничего необычного не нашел. Кроме устойчивости отца, разумеется. По документам твои мать и отец «чистые» потомки землян с Евы-2. Единственное твое отклонение, это наследство от отца – психическая устойчивость. Но это не такая уж и редкость.

— Не единственное отклонение. От удара с моим телом стена треснула!

— Значит, есть еще способности, — спокойно ответил Ли, — и твой отец скрывал о себе много интересного.

— Копнем еще немного, и выяснится, что я рептилоид! — в сердцах брякнула я, заставив проходившего мимо мужчину с подозрением на нас покоситься.

— Помнишь день, когда моя мать посетила вашу ферму?— вдруг спросил Ли.

— Конечно, помню. Она нас здорово удивила.

— И вы ее удивили. Вернувшись, мать рассказала, что вы мало похожи на младших, и что в чертах лица у вас проглядывается что-то лирианское, хотя энергетика как у младших. Глава нашего Рода счел, что связаться с возможным потомком лирианцев не так позорно, как с обычным младшим. Только по этой причине Милу и Артем вместе отправились в колонию.

Я вспомнила удивленное лицо роскошной зеленоглазой гражданки, свои слова, фразы про цветы. И рассмеялась. Не нашему уму и рассудительности удивлялась женщина, а тому, что мы слегка похожи на лирианцев… Вот еще одно доказательство, что для сиятельных граждан мнения младших не существует.

— Что тебя так развеселило?

— Ничего, — я всхлипнула от смеха, и с трудом уняла вспышку веселья. — Значит, мы на лирианцем чем-то смахиваем? Если так рассуждать, то очень многие люди похожи на них.

— В ЦФ манипуляции с телом и изменение лица – моветон, но на других планетах, включая планеты Республики Земли, операции по смене внешности очень популярны. Это дает возможность гибридам просачиваться в человеческое общество, изменяя свою внешность. А странную энергетику всегда можно оправдать стрессом. Так что, как бы парадоксально ни звучало, но слуги спящих могут выглядеть, как лирианцы. Мало того – они на самом деле могут быть лирианцами.

— И что ты хочешь этим сказать?

— При таком положении дел никто не обратит внимания на твои лирианские черты, — произнес Малейв медленно. — Думаю, Нина, твой отец не зря перевез семью на Горунд. Все было продумано: ситуация с беженцами, бегство с опасной планеты… Неудивительно, что подозрительные факты в биографии твоего отца и твою устойчивость мы выявили только спустя двадцать лет, да и то лишь потому, что был принял закон о депортации. От кого же вас прятал отец?

— От спящих?

— Что-то не сходится. У военных особое положение: они могут пристроить свою семью на какой угодно планете Союза. Если бы твой отец хотел скрыть свои способности, то не отправился бы сам и не отправил бы своих детей и жену на планету ЦФ. Вы вполне могли разместиться на безопасной планете Республики Земли. Вот это меня и удивило, когда я впервые ознакомился с твоим личным делом в миграционке. Почему был выбран Горунд?

Я не могла не согласиться с Ли. Мама нам все уши в детстве прожужжала про коварство центавриан. Судя по ее рассказам, и отец недолюбливал старших. Так почему же он привез нас на Горунд, центаврианский рай? И эти бессчетные походы в Дом Жизни…

— Мне нужно кое с кем потолковать, — сказала я, подумав про своего наставника, друга отца. Он точно должен знать, кто я и почему наша семья оказалась на Горунде.

— А мне нужно кое-что проверить.

На пару минут мы с Ли выпали из реальности: он сопоставлял факты, а я вспоминала все странности маминых знакомых, которые отложились в моей памяти. И первая странность в том, что друзей у мамы, кроме лирианцев из Дома Жизни, не было. Она, конечно, неплохо общалась с соседями, но все равно держалась особняком, не подпускала никого близко. Вот и я выросла, подражая ее модели поведения – со всеми быть любезной, но ни к кому не привязываться.

Рядом прошла счастливая парочка – девушка щебетала, а ее спутник восторженно слушал ее щебетанье. Беззаботные, свободные, радостные… Аж завидно. Я потерла виски, которые начали болеть, и спросила у Ли:

— Это ты увидел во мне в первую встречу? Лирианские черты?

— Я увидел взволнованную девушку, которой очень хочется остаться на Горунде. Меня позабавило, с каким изумлением ты меня рассматривала: как будто впервые увидела старшего. Я решил, что тебя легко расколоть, а получил отпор. Честно, Нина, я такого не ожидал. В ту практику через мой кабинет прошло много беженок. Каждая вторая заполняла ту дурацкую анкету в брачном агентстве, а те, что отказывались заполнять анкету, сдавались позже.

Я вспомнила тот день. Очарованная, я уставилась на красивого мужчину в дорогом костюме, а потом напугалась по-настоящему, что он будет ко мне приставать. Уровень наивности – запредельный.

— И все равно ты меня провел вокруг пальца, — напомнила я.

— Могу утешить тем, что благоразумия в тебе было на порядок больше, чем у остальных беженок. А как меня повеселила затея с Гаррисоном!

— А мы переживали по-настоящему.

— Этого я и добивался. Скрытые способности только при настоящих переживаниях проявляются. Чтобы манипулировать человеком, нужно знать всего две вещи: чего он боится и о чем он мечтает.