Чтение онлайн

Майха стиснув зубы посторонилась, пропуская гостя внутрь. Тот едва шагнув за порог, одним движением скинул покрытый пылью дорожный плащ и походя бросил его Майхе. Постукивая посохом, старик уверенным шагом направился к столу с остатками ужина.

– Горячая еда и хорошее вино. Что еще нужно усталому путнику после длинной дороги?

По хозяйски усевшись на стул, где до него сидела девушка, старик прислонил свой посох к столу, наполнил из бутыли керамическую чашку и принялся поедать мясо, разрывая его руками и запивая вином. С любопытством поглядывая, как его бес медленно загоняет в угол шипящего и хлещущего из стороны в сторону хвостом Кхаза. Шракс, как его назвал хозяин, был гораздо массивнее альбиноса и несмотря на сгорбленную походку, возвышался над ним на целую голову. Сломанное левое ухо и большое количество шрамов на морде, говорило о множестве схваток, в которых ему довелось побывать.

– Ну, что же ты стоишь деточка? – облизывая пальцы, спросил старик – Присаживайся. Поговорим.

– Кто вы? Что вам от нас надо? – Майха подошла к столу, но даже бровью не повела, на его приглашение, продолжая стоять и напряженно наблюдать за бесами.

– А сама то, как думаешь? – хитро прищурив правый глаз, задал он встречный вопрос.

– Кес'Туар?

– Браво – старик пару раз хлопнул в ладоши – А здесь я, за тем, чтобы выяснить, что на самом деле произошло с Вогиром Нартепом.

В этот момент, в углу комнаты грохнуло, сверкнул огонь и… раздался хрип придавленного к полу, более тяжелым соперником Кхаза.

– А вот сопротивляться мне не стоит – вкрадчиво произнес чернокнижник, наградив Майху таким взглядом, что она тут же села за стол, напротив Карающего. Тот в свою очередь белозубо улыбнулся и добавил – Кстати, пытаться что-либо скрыть от меня тоже бесполезно.

Сказал он это, настолько добродушно, что девушка от страха клацнула зубами. Шракс подтащил Кхаза ближе к своему хозяину, сжимая правой лапой горло альбиноса. Колдун слегка шевельнул левой рукой и посох прислоненный к столу сам прыгнул ему в ладонь. Не вставая с места, Карающий направил набалдашник посоха на девушку, и едва шевеля губами, стал что-то бормотать. Из посоха к Майхе потянулось облако то ли пыли, то ли грязноватого тумана, сперва накрыв её с головы до ног, оно начало медленно оседать на пол. Затем, то же самое колдун проделал и с Кхазом.

– Теперь если, кто-то из вас солжет мне, я сразу об этом узнаю – стукнув посохом об пол, довольно осклабился чернокнижник – И накажу обоих. Итак. Как умер Вогир Нартеп?

– Какая вам разница? – насупилась девушка.

Чернокнижник наклонил голову набок и укоризненно посмотрел на Майху. Затем легонько стукнул пяткой посоха по полу и девушка упала со стула от скрутившей её тело судороги. Рядом с ней выгибался дугой Кхаз, оставляя когтями глубокие царапины на досках пола. Подождав пару секунд, старик вновь поднял и опустил древко посоха, без всякой жалости разглядывая залитое слезами лицо девушки и игнорируя полный ненависти взгляд бесенка.

– Запомните – он немного наклонился вперед – Я задаю вопрос, вы на него отвечаете. Максимально быстро и четко. Понятно?

Майха нашла в себе силы кивнуть, чтобы не испытать боль вновь. Кхаз в ответ оскалился. Наказание последовало незамедлительно. После того, как боль ушла, альбинос встретился с полным страдания взглядом своей Госпожи и сдался:

– Я все понял! – закричал он, опасаясь повторения урока. Боялся он не за себя. За Майху. Сам он, был способен выдержать куда более сильную боль.

– Вот и хорошо – удовлетворенно выпрямился на стуле колдун – Надеюсь, вы оба уяснили, что право спрашивать имею только я. Тем не менее, я все же отвечу на твой вопрос, дитя. Нартеп состоял в ковене. А ковен не любит, когда его члены гибнут при невыясненных обстоятельствах. Это, знаешь ли, может плохо сказаться на репутации. Теперь я хочу услышать подробный и правдивый рассказ кончины Вогира Нартепа. Кто начнет?

– Я – прохрипел Кхаз – если Шракс отпустит мое горло.

Бес покосился на своего хозяина. Тот на мгновение прикрыл веки.

– Начнешь дурить – убью – пообещал сородичу прислужник Карающего, прежде, чем разжать свою лапу. Кхаз пару раз кашлянул и потер шею. Майха вновь села за стол, а альбинос поерзав на полу, начал рассказ с момента своего призыва. Чернокнижник слушал бесенка полтора часа, ни разу не перебив. Лишь однажды он судорожно вдохнул. В тот момент речь зашла о ритуале, описанном в дневнике деда Нартепа. И только когда охрипший после долгого повествования бесенок замолчал, Карающий срывающимся от волнения голосом спросил:

– Где дневник сейчас?

– В спальне на втором этаже. В сундучке у кровати.

– Принеси мне его.

Кхаз покосился на Майху. И прежде чем выполнить приказ колдуна, бросил:

– Она больше не подойдет для ритуала.

Колдун молча активировал заклятье. Когда Майха и Кхаз закончили корчиться от боли, он тихо произнес:

– Я все еще жду.

Альбинос опрометью бросился на второй этаж. Буквально через пол минуты потертая книжица, оказалась в руках Карающего. Мельком взглянув на её содержимое, колдун вытащил из-под фалды своей накидки поясную сумку, и убрал дневник в неё. Встав со стула, он гаркнул заклинание, разом парализовав Майху и Кхаза. Девушка безвольно упала лицом на стол, а бесенок завалился на бок.

– Принеси аймет'клак и позови Надира – велел он прислужнику.

– Только один? – переспросил Шракс.

– Один. На неё у меня другие планы – вновь прислонив посох к столу, колдун полез в поясную сумку, пристегнутую к ремню с другой стороны и пошарив в ней, начал доставать баночки с краской и несколько кисточек.

Через пару минут в дом вернулся бес, неся в лапах закрытую шкатулку обитую бархатом. Следом за ним, вошел черноволосый воин в начищенной кольчуге с коротким рукавом, с ятаганом на поясе и шишаком на сгибе руки.

– Слушаю вас господин Яхмат – уважительно склонил голову воин.

– Обыщите дом. Все ценное и её одежду – колдун кивнул на неподвижную девушку – в мою повозку. Все остальное – сжечь. Да, вот еще что – принесите мне гримуар.

– Да, господин Яхмат – еще один поклон и воин вышел наружу. С улицы через открытую дверь, донеслись приказы, отдаваемые вышедшим командиром, и уже через минуту внутри хозяйничало около дюжины солдат. Одни рылись в шкафах, другие таскали вещи на улицу. Еще несколько спустились в подвал. Единственным островком спокойствия в творившемся бедламе, был стол на котором полулежала Майха. Карающий сбросил на пол всю посуду, и принялся расставлять баночки с различного цвета красками, предварительно открывая каждую. Закончив, чернокнижник обошел Майху сзади и одним рывком разорвал её платье от ворота до пояса, оголив спину. Взяв одну из кисточек, он обмакнул её в банку с красной краской и стал точными выверенными движениями наносить на кожу девушки основу будущей печати. Одновременно со своим хозяином, Шракс достал из шкатулки два латунных полукольца, с отчеканенными по ободу рунами. Наклонившись над альбиносом, прислужник колдуна сложив обе половинки вокруг его шеи прорычал заклинание. Половинки слились в одно целое и туго стянули горло бесенка. При этом, в лапах беса Карающего остались два крупных сапфира. Довольно рыкнув, бес положил камни в специальные выемки в шкатулке, и напоследок пнув парализованного, но все чувствующего Кхаза, захлопнул крышку и обернулся к колдуну в ожидании дальнейших распоряжений. Тем временем закончив рисунок, Яхмат тщательно протёр каждую кисточку, плотно закрыл все баночки с красками и убрал свой инвентарь обратно в сумку. Затем колдун встал строго за спиной Майхи и вытянув обе руки к ней, держа свой посох строго вертикально, стал зачитывать заклинание, постепенно повышая голос. С последним выкрикнутым словом, Карающий стукнул посохом об пол. Рисунок на спине девушки вспыхнул багровым, постепенно становясь малиновым, а потом и вовсе полыхнул ослепительно-белым и в следующее мгновение с шипением погас, оставив после себя разноцветную татуировку. Во время заклинания Майха чувствовала, будто её каленым железом прижигают, при этом была не способна даже моргнуть, не то, что закричать. Лишь слезы обильно текли из глаз девушки. Пару секунд полюбовавшись проделанной работой, Карающий повернулся к Надиру, уже какое-то время терпеливо ожидающего, когда колдун соизволит обратить на него внимание.

– Вот найденный нами гримуар, как вы и просили – воин с лёгким поклоном протянул чернокнижнику фолиант.

– Превосходно – взвесив в руке книгу, констатировал Карающий – Девушку и беса в мою повозку. И заканчивайте уже здесь.

– Да господин Яхмат – командир вновь поклонился и принялся отдавать распоряжения. Майха почувствовала, как её подхватили под руки, а затем кто-то еще обхватил её лодыжки. Куда-то несут. Сознание девушки то меркло, то немного прояснялось. Вот её приподнимают и словно мешок с зерном кидают спиной на доски. Тело отзывается яркой вспышкой боли и сознание девушки отправляется в глубины беспамятства. Придя в себя, Майха первым делом попыталась открыть глаза, о чем немедленно пожалела. Судя по яркому солнечному свету, пробивавшемуся даже через плотную ткань крытой повозки, был уже день. Спина девушки горела огнем и она сделала попытку перевернуться на бок, чтобы хоть немного облегчить страдания. К её удивлению это удалось сделать без проблем. Щурясь, она вновь попыталась осмотреться. Прямо рядом с ней лежал Кхаз. Выглядел бесенок неважно. Глаза глубоко запали, шерсть местами была подпалена, он с трудом дышал, будто на него давила незримая тяжесть.