Чтение онлайн

«Зависимость образования кальциевых конкреций в пинеалоцитахот их функциональной активности подтверждается результатами компьютерной томографии 70 пациентов с эпилепсией в возрасте 9–58 лет. Частота случаев кальцификацииэпифиза оказалась не связанной с возрастом и полом и была выше, если эпилептический фокус локализован в правой височной доле (94 %), а не в левой (24 %). Вследствие межполушарной асимметрии правая височная доля при сравнении с левой дает более массивную иннервацию в лимбическуюсистему.Соответственно, эпилептические приступы в правой доле должны приводить к более сильной стимуляции эпифиза, который отчасти регулируется через лимбическуюсистему. О зависимости образования кальциевых конкреций в эпифизе от уровня его стимуляции свидетельствует и ускоренное накопление таких отложений в эпифизе монгольских песчанок при иммобилизационномстрессе.

Функциональные последствия накопления кальциевых конкреций в эпифизе не ясны. Предполагается, что их образование происходит при чрезмерной стимуляции пинеалоцитов, как это может быть при стрессе, и является способом забуфериватьионы кальция и предохранять пинеалоцитыот чрезмерного накоплен ия ионов кальция в цитоплазме клеток. У людей уровень кальциевых конкреций, определяемый компьютерной томографией, обратно коррелируетс уровнем экскреции метаболитов мелатонина. Этим данным можно дать два объяснения.

С одной стороны, ясно, что накопление конкреций в ткани когда-то должно достигать степени, создающей непреодолимые помехи ее функциям, но неизвестно, какая это степень, и достигается ли она в реальной жизни. С другой стороны, независимо от собственного вклада кальциевых конкреций в нарушения функций эпифиза, их уровень, а также уровень липофусцина, можно рассматривать как показатели кумулятивной дозы полученных пинеалоцитамиповреждающих факторов эндогенного происхождения (кальциевые конкреции — показатель дозы избытка кальция, а липофусцин — показатель экспозиции клеток действию свободных радикалов кислорода)».

Таким образом, для чего нужен мозговой песок, так никто и не знает — никаких видимых «помех» для функционирования эпифиза он вроде бы не создает, а о том, что он может быть полезен, никто даже не задумывается.

Вот один из основных выводов, который делается в рассматриваемой статье: «Изменения, происходящие при старении в эпифизе, носят более функциональный, чем органический характер, что делает возможной их коррекцию».

Интересным моментом в статье представляется то, что ее авторы отметили связь количества кальциевых конкреций в эпифизе со стрессом и, следовательно, градиентами энергии. У меня в голове уже давно крутится мысль о связи эпилепсии и лунатизма (сомнамбулизма) с большими градиентами энергии в нашем теле и, как следствие, уменьшением веса человека. Этим вопросом занимался профессор П. И. Ковалевский в начале прошлого века.

Вот что рассказывает о его работе Дмитрий Назин [148] :

«… По долгу службы в призывных комиссиях профессору Санкт-Петербургской военно-медицинской академии П. И. Ковалевскому приходилось выявлять симулянтов, „косивших“ от солдатчины. Попадались такие „артисты“, которые разыгрывали припадки прямо на глазах у врачей настолько достоверно, что приходилось выставлять им желаемый диагноз. Видя такое, Ковалевский решил найти способ объективной диагностики. (Как вы понимаете, в то время энцефалографовне было.)

Зная об изменении веса человека во время необычных психических состояний, он применил для диагностики весы. Взвешивание проводилось до приступа и сразу после него. И оказалось, что снижение веса эпилептика при самом легком проявлении болезни — головокружении, составляет от 2 до 9 фунтов. А при эпилептических судорогах ( epilepsie grand mal) — до 12 фунтов. В случае же глубокого психического расстройства, которое часто сопровождает эпилепсию, и при длительном припадке эти потери достигают четверти веса. Потом, правда, естественный вес довольно быстро восстанавливается. Современные исследования показали, что в особо тяжелых случаях потери составляют до 33–35 % веса больного. То есть средний мужчина из своих 75 кг должен потерять примерно 25».

К сожалению, публикации самого П. И. Ковалевского найти трудно, поэтому могу привести лишь еще одну косвенную цитату [149] :

«Обратимся к свидетельствам врачей. Например, известного психиатра П. И. Ковалевского: „Я первый указал на то, что приступы эпилепсии сопровождаются последовательною потерею веса тела эпилептика, причем эти потери бывают как при соматической, так и при психической эпилепсии… Эта весовая потеря может обуславливаться разнообразными причинами, способствующими распадению тканей организма и выведению их мочою, потом, дыханием и проч. Исследования веса эпилептиков показали, что в некоторых случаях падение достигает 700 г, а после приступа психической эпилепсии 13 кг“».

На первый взгляд, это уж совсем чепуха — смахивает на глупую шутку, которую невозможно воспринимать всерьез. Но не торопитесь с выводами — о том, что такое вполне возможно, мы будем подробно говорить в следующей главе, где речь пойдет о градиентах энергии.

Электроэнцефалограмма мозга при эпилепсии и сомнамбулизме близка к энцефалограмме, сделанной во время быстрой фазы сна (особенно при осознанном сновидении), что также наводит на некоторые размышления об общих чертах этих процессов. Но это отдельная тема…

Подводя итог этой главы, скажу следующее: я считаю, что квантовый компьютер, над созданием которого сегодня бьются ученые, уже давно реализован самой природой и вполне успешно функционирует в нашем головном мозге. Слишком много явных параллелей тут можно провести, что, видимо, не случайно. Раньше осознать это обстоятельство было невозможно, уловить это соответствие было нереально, поскольку просто не существовало представлений о том, что такое квантовый компьютер.

Старые классические представления полностью исключали возможность объяснить мистические практики, которые «не вписывались» в классическую физику. В свете последних достижений квантовой теории и в результате практической работы над созданием квантового компьютера все эти «магические» достижения человека уже не кажутся фантастическими — в их основе прослеживается реальная физика нелокальных квантовых корреляций. Те сверхъестественные возможности, которые человек приобретает, занимаясь эзотерической практикой, легко объясняются в рамках квантового компьютингаи физики квантовой информации. Сознание человека способно взять под свой контроль квантовый режим работы своего мозгового компьютера и научиться им управлятьсо всеми вытекающими отсюда магическими (в широком смысле слова) последствиями и проявлениями.

Таким образом, физические исследования, направленные на создание квантового компьютера, проливают свет на одну из самых захватывающих и интригующих тайн нашего бытия и помогают найти ответ на вопрос, что такое сознание, и каким образом оно функционирует.

Создание первых прототипов квантовых компьютеров и реализация других технических устройств, которые используют квантовую запутанность в качестве основного рабочего ресурса, — это, конечно, поразительные достижения современных прикладных разделов квантовой теории. Но принцип несепарабельности говорит о большем — он свидетельствует о наличии магических нелокальных корреляций между любыми взаимодействующими объектами.Вот только пока не совсем ясно, как можно воспользоваться этими знаниями на практике в нашем обычном предметном мире применительно к квантовой запутанности между взаимодействующими макроскопическими телами.

Стоит задуматься над вопросом, какой физический механизм способен стать тем универсальным «ключиком», который открыл бы путь к управляемому взаимодействию с окружением, а значит, позволил бы манипулировать и квантовой запутанностью между любыми объектами.

Для начала можно попытаться построить теоретическую модель, которая бы «ухватила» основные особенности запутанных состояний и открыла возможность их практического применения в предметном мире.

Об ограниченности классического описания реальности мы уже много говорили. Следствием такого описания является преобладание научных дисциплин, изучающих локальные объекты. В физике теоретическими объектами чаще всего вообще являются материальные точки. Таким образом, намечается первый шаг — по аналогии с принципом дополнительностиБора, широко используемом в микромире, локальное описание объектов можно дополнить нелокальным.Это позволит рассматривать запутанные состояния как существенно нелокальныйресурс.