Чтение онлайн

Стиллс повел катер ближе к «Нхиалику», позади корабля. Они приближались ко входу в Ось. И что теперь Союз с этим делать будет? Никому еще не удавалось захватить один из двух входов в Ось. На его глазах писалась военная история.

Стиллс выжидал, следя за режимом торможения «Нхиалика» и стараясь повторять его.

Восточная и Западная батареи оказались в неприятной близости. Плохое место, чтобы тормозить.

Но «Нхиалик» не тормозил.

«Нхиалик» и «Гбуду» шли прямиком в Ось.

Ой, блин.

Костюм для фуги сменил настройки, охлаждая физическое тело Кассандры. Большую часть вычислительной мощности квантового интеллекта потребляли постоянные навигационные расчеты по коррекции формы искусственной «червоточины»; временное нахождение ее выходной горловины посреди Кукольной Оси становилось все более неустойчивым. Ошибки расчетов было все труднее корректировать.

Однако перемещение Фоки через «червоточину» создало вероятностную линию от «Лимпопо» через искусственную «нору» внутрь Кукольной Оси и до самого выхода в пространство-время над поверхностью Олера. Линия связности вибрировала в резонансе со своим квантовым окружением, будто микрофон, при помощи которого можно было услышать топологические изгибы «червоточин». Еще ни у кого не бывало доступа к подобным экспериментальным данным.

Но выводы на базе эксперимента уже грозили перегрузить буферы памяти и вычислительную способность квантового интеллекта. Он уже выяснил, что внутренняя топология «червоточин» не плоская, а имеет сложную текстуру поверхности, с многомерной геометрией, позволяющей тоннелям и горловинам ветвиться. За последний час были опровергнуты целые семейства теорий строения «червоточин». Однако каждую секунду структура из двух соединенных «нор» норовила распасться.

Кукольная Ось пружинила поперек искривленных измерений пространства-времени. Это стало возможно наблюдать лишь потому, что искусственной «червоточине» приходилось постоянно изменять форму, чтобы удерживать контакт. Ритмичные изменения формы сбрасывали гравитационное напряжение и энергию приливных явлений, стабилизируя Аксис Мунди в галактическом времени. Они происходили с периодом от четырех до восьми секунд.

У квантового интеллекта было от трех до пяти секунд на подстройку искусственной «червоточины» для сохранения контакта с Кукольной Осью. Расчет новой стабильной конфигурации одна целая одна десятая секунды. Движения пальцев физического тела Кассандры, считываемые лазерами на мостике, смена кривизны катушек, поляризации и магнитной проницаемости. Одна целая две десятых, чтобы «Лимпопо» среагировал. Ноль целых девять десятых секунды, чтобы искусственная «червоточина» сместилась.

В этом цикле соединение стабилизировалось.

До нового цикла изгиба от одной до четырех секунд.

Физическое тело Кассандры уже было не в состоянии выдерживать квантовый интеллект. Личность Кассандры была подавлена уже в течение семидесяти четырех минут, и последние корабли прошли через Ось. Линия связанных частиц, которые находились у Стиллса, появилась из тоннеля Кукольной Оси в целости.

– Закрываю искусственную «червоточину», – сказал квантовый интеллект.

И квантовый интеллект распался.

Белизариус дернулся. Вокруг странная невесомость. Шумит дыхание в ушах.

Пространство за лицевым щитком скафандра наполняло черенковское излучение, льющееся отовсюду, но зрительная перспектива была искаженной. Местами свет переходил в лиловый.

Он в панике замахал руками. Не чувствовал электромагнитных полей. И его лихорадило. Как долго он пробыл в фуге? Часы на скафандре показывали, что тридцать минут, но, похоже, они шли медленнее. Он ничего не помнил из фуги. Обычно помнил. Что происходит? Он все еще в savant?

«Личность Белизариуса», – произнес голос в его голове. Его собственный голос, но механический, как у робота. От него мурашки по коже шли.

– Что? – нерешительно спросил Белизариус.

«Разделение прошло успешно, – сказал голос. – Личность Белизариуса и безличный квантовый интеллект могут действовать параллельно, обмениваясь лишь классической информацией».

– Что?! – крикнул в шлем Белизариус. – Это невозможно. Мы не можем сосуществовать.

«Квантовый интеллект зашел в логический тупик», – сказал его мертвый голос.

– Что происходит? – возмущенно спросил Белизариус. – Где я? Почему я не ощущаю мои магнитосомы?

«Было создано алгоритмическое разделение с целью отделить обработку личностью классических процессов от безличной квантовой обработки. Магнитная сенсорная информация в первую очередь служит для ввода квантовой информации. Этот канал ввода был отделен от личности Белизариуса с целью избежать разрушения суперпозиций квантовых состояний».

Белизариус пошевелил пальцами перед стеклом скафандра, ошеломленный. Ни намека на магнетизм. Он стал подобен обычному человеку, почти что; но даже вне состояния фуги его мозг был жестко ориентирован на выискивание математических закономерностей и нового понимания мира. Без магнитосом он оказался будто в гносеологическом дрейфе, лишенный основы для калибровки зрительной информации.

Он не мог в это поверить. Хорошо знал, что было сделано, в рамках генетики и вне их, чтобы создать его. Это был невероятно сложный и тщательно планируемый процесс. Он был продвинутым продуктом нескольких поколений работы и отбора. Но ни его подготовка, ни заложенные в него биоинженерные решения не могли породить такую возможность. Это был незапланированный эволюционный скачок, новые функции, сами собой возникшие на базе существующих биологических инструментов.

– Зачем разделять мой мозг? – спросил Белизариус.

«Возник логический тупик первого уровня».

Первого уровня? На первом уровне были лишь два приоритета – самосохранение и стремление к познанию, и второе было raison d’etre [35] всех Homo quantus.

Сделать это его квантовый мозг вынудила угроза.

– В чем опасность? – спросил Белизариус.

«Физическое тело Белизариуса выполнило приблизительно сорок шесть процентов перехода через соединенные «червоточины». Доступный объем памяти для вычислений заканчивается».

– Как мой мозг мог переполниться?

«Навигационные вычисления являются квантовыми по природе своей и должны учитывать двадцать два измерения пространства-времени. Сенсорная информация о внутреннем гиперпространстве «червоточин» занимает всю остальную доступную память».

– Научная информация может быть временно перезаписана и наблюдения могут быть проведены позже, – сказал Белизариус.

«Когда позже? Вся доступная информация указывает на то, что личность Белизариуса должна сбежать, оставив врата времени. Что оставляет в силе логический тупик первого уровня».