Чтение онлайн

Кванты зарабатывают на жизнь, жонглируя возможностями, выискивая факты. А призрачные вероятности постоянно стремятся к произвольности. И все же Клифф Эснесс считал, что основным фактором его успеха была удача.

Эснесс согласен с тем, что удача — далеко не единственный фактор успеха или провала. Хорошо подготовленный и усердно трудящийся человек может озолотиться, когда подвернется счастливый случай. И все же, несомненно, удача — главная сила в мире Эснесса.

Стартовав в 1995 году, фонд Global Alpha, расположившийся в офисе Goldman в небоскребе на Нью-Йорк Плаза, дом 1, сразу начал терять деньги и делал это непрерывно на протяжении восьми дней. Потом удача повернулась к нему лицом. И это мягко сказано. Впоследствии Global Alpha не терял денег на протяжении очень длительного времени. За первый год работы он достиг запредельных 93 % прибыли, за второй — 35 %. Весьма удачное начало. Чтобы продемонстрировать признательность за те немалые деньги, которые группа Эснесса начала приносить банку, важные шишки Goldman организовали встречу с важнейшей шишкой, СОО [88] компании Генри Поулсоном (который впоследствии стал CEO банка Goldman и министром финансов во время второго срока президента Джорджа Буша-младшего).

Эснесса не впечатлил выбранный руководством способ продемонстрировать свою благодарность, но возражать он не стал. Он быстренько слепил презентацию в PowerPoint, где постарался объяснить Поулсону, что именно он делает.

И вот наступил великий день. Отправляясь на встречу с боссом, известным своей вспыльчивостью, он вспоминал день, когда шел к Фаме, чтобы рассказать ему о своих исследованиях на тему инерции. Фаму Эснесс уважал куда больше, чем Поулсона, которого едва знал. Так стоило ли нервничать?

Помимо прочего, в презентации были представлены разные рынки, на которых торговал Global Alpha. Эснесс быстро зачитал список стран и регионов: Северная Америка, Юго-Восточная Азия, Бразилия, Япония.

— Мы работаем во всех странах, входящих в индекс EAFE, [89] — добавил Эснесс.

Во время презентации Поулсон молчал. Поэтому Эснесс вздрогнул, когда он неожиданно гаркнул:

— Стоп!

Эснесс замер.

— Сколько стран входят в этот индекс?

— Ну, — сказал Эснесс, — страны Европы, Австралазии и Дальневосточного региона…

— Я не об этом спрашиваю, — грубо ответил Поулсон. — Сколько стран?

— Кажется, двадцать одна, — сказал Эснесс.

— Назовите их.

Эснесс потрясенно взглянул на Поулсона. Назвать? Он издевается?

Но Поулсон не шутил. Эснесс сглотнул и начал перечислять. Франция, Германия, Дания, Австралия, Япония, Сингапур… Он назвал все страны EAFE. Его широкий лоб покрылся капельками пота. Поулсон сидел и равнодушно смотрел на Эснесса стальными глазами, сжав массивные челюсти. Повисла неловкая тишина.

— Восемнадцать, — сказал Поулсон.

Он считал. И Эснесс назвал недостаточно — по крайней мере, так считал Поулсон. Эснесс не нашелся, что сказать. Он невнятно пробормотал последнюю часть презентации и ушел в замешательстве.

«Отличный способ показать, как вы цените мой усердный труд», — думал он.

Global Alpha продолжал приносить невероятные прибыли, и Goldman начал закачивать в него миллиарды. К концу 1997 года QRG управляла 5 миллиардами долларов в долгосрочном портфеле, и еще 1 миллиард был в фонде Global Alpha (который тоже мог занимать короткие позиции). В каждом месяце они получали заоблачные прибыли. Эснесс продолжал привлекать в дело новые таланты. Он нанял Рэя Ивановски и Марка Кархарта — финансистов, учившихся в аспирантуре в Чикаго.

Он начал читать лекции как приглашенный профессор в Курантовском институте при Нью-Йоркском университете, который постепенно становился фабрикой по производству квантов. По всей стране университеты вводили курсы финансового инжиниринга. Карнеги — Меллон, Колумбийский университет и Беркли наряду с такими столпами, как MIT и Чикагский университет, готовились выпустить совершенно новое поколение квантов. Курантовский институт, расположенный совсем неподалеку от Уолл-стрит в Гринвич-Виллидж, постепенно зарабатывал репутацию элитной квантовой фермы. Именно там в конце 1990-х Эснесс встретил молодого кванта из Morgan Stanley по имени Питер Мюллер, а также Нейла Крисса. Через несколько лет он стал завсегдатаем турниров по покеру среди квантов.

А тем временем успех Global Alpha принес огромное богатство Эснессу и его чикагской звездной команде. Позже, оглядываясь назад, Эснесс поймет, как ему и его соратникам повезло начать заниматься инвестициями в очень удачный момент и для стратегии стоимости, и для стратегии инерции.

Но тогда казалось, что удача тут ни при чем. Эснесс становился все наглее и неугомоннее. Придя работать в Goldman в 1994 году, он надеялся совмещать интеллектуальную атмосферу университетских кругов с денежными перспективами Уолл-стрит: что-то вроде интеллектуальной нирваны, где бы его щедро вознаграждали за новые идеи. Но у него не было времени на то, чтобы заниматься исследованиями в том объеме, в каком хотелось бы. Goldman постоянно посылал его в разные уголки планеты, чтобы он встретился с новыми клиентами или проконсультировал сотрудников. Плюс офисная политика, плюс придурки вроде Поулсона.

И тогда он задумал немыслимое: покинуть корабль.

Решение было непростым. Goldman помог Эснессу начать, поверил в его силы и дал ему свободу внедрять те идеи и нанимать тех людей, которых считал нужным. Все это смахивало на предательство. Чем больше Эснесс думал, тем хуже казалась ему эта идея.

А потом он познакомился с человеком с идеальным набором навыков, который мог бы помочь ему запустить свой хедж-фонд: Дэвидом Кэбиллером.

С момента прихода в банк после летней тренинговой программы в 1986 году Кэбиллер резко выделялся на фоне сотрудников Goldman и казался бродягой. Он работал с ценными бумагами с фиксированным доходом, фондовыми акциями и пенсионными сервисами. Эснесса он впервые увидел в качестве связующего звена между институциональными инвесторами и GSAM, управлявшего деньгами внешних клиентов в дополнение к собственным средствам Goldman.

Кэбиллер, гибрид финансиста с Уолл-стрит и торговца подержанными автомобилями, быстро сообразил, что Global Alpha гребет деньги лопатой. У фонда были цифровые табло, где в реальном времени секунда за секундой фиксировались прибыли и потери. Однажды Кэбиллер наблюдал за тем, как мигающие цифры летят по экрану. У него перехватило дыхание: суммы каждую секунду росли на миллионы долларов.

И тут он понял, что с этими странноватыми квантами из Чикаго происходит что-то особенное. Они были не такими, как остальные сотрудники Goldman.

Они не просто были умны, они были добропорядочны. Они выполняли миссию: искали Истину. Он не совсем понимал всю эту чепуху, но одно ему было ясно: он хотел в этом участвовать.

Эснесс, группа избранных из Global Alpha и Кэбиллер начали встречаться в Rungsit — тайском ресторанчике в восточной части Манхэттена. Над дымящимися тарелками супа том ям и сатая из курицы они взвешивали плюсы и минусы свободного плавания.

Goldman хорошо платил и предлагал долгосрочные гарантии. Эснесса недавно сделали партнером. Ходили слухи о скором выходе на IPO и бесконечном количестве денег, которые это сулило. И все равно это была бы не их компания.