Чтение онлайн

В четверг вечером Джим Саймонс опубликовал экстренный среднемесячный отчет о состоянии одного из своих фондов. Renaissance Institutional Equities Fund, управлявший активами на 26 миллиардов долларов, на настоящий момент по сравнению с концом июля упал на 8,7 %. Это означало потери приблизительно в 2 миллиарда долларов.

В письме инвесторам Саймонс пытался объяснить, что произошло. «Мы уверены, что владеем прекрасным набором инструментов для прогнозирования. Но некоторыми из них, несомненно, пользуется ряд других хедж-фондов со стратегией лонг-шорт, [138] — написал белобородый маг из Ист-Сетокета. — Почему-то у многих из них дела шли не слишком хорошо, а некоторые факторы заставили их ликвидировать позиции. Помимо плохих результатов работы, это могли быть потери по ценным бумагам, обеспеченным кредитами, чрезмерный риск, требования поддержания маржи и другие».

Тем временем у Medallion дела шли даже хуже, чем у RIEF. За месяц он упал на 17 %, потеряв около 1 миллиарда долларов. Как Мохаммед Али после удара Джо Фрейзера во время боя в Мэдисон-сквер-гарден в 1971 году, величайший фонд всех времен еле стоял на ногах и был на грани нокаута.

В AQR царили еще более мрачные настроения. Трейдеры были напряжены и истощены. Тяжелая круглосуточная работа оказалась испытанием для квантов, привыкших к четкому, структурированному и предсказуемому поведению рынков. Полный хаос в их планы не входил. Веселье закончилось. AQR зарезервировал на вечер четверга кинотеатр для корпоративного просмотра «Симпсонов в кино». [139] Бронь пришлось отменить.

Кен Гриффин тем временем, как акула, почуял запах крови в воде. Алгоритмический фонд Tactical Trading, которым управлял Михаил Малышев, нес большие потери, но он был всего лишь звеном массивной цепи Citadel.

Поздно вечером в четверг Гриффин снял телефонную трубку и позвонил Клиффу Эснессу. Гриффин звонил не как друг. Он хотел узнать, нужна ли AQR помощь.

Эснесс понимал, что это означает. Он много слышал о Гриффине, любителе плясок на костях, стервятнике, накинувшемся на Amaranth и Sowood. Это лишний раз подтверждало серьезность ситуации. Звонок был мирным, но напряжение все же чувствовалось. «Я посмотрел вверх, увидел валькирий и услышал, как сама Смерть стучит мне в дверь своей косой», — шутил позже Эснесс, вспоминая о том звонке. Но тогда ему было не до смеха.

Утро пятницы, 10 августа, AQR. Эснесс задумчиво смотрел на разноцветные фигурки супергероев, выстроившиеся на подоконнике окна, выходящего на восток: Человек-паук, Капитан Америка, Халк, Железный человек. Герои комиксов из его детства на Лонг-Айленде. Он мечтал о какой-нибудь сверхчеловеческой власти над рынками, чтобы разом решить проблему. Остановить кровь. Absolute Return Fund, один из фондов AQR, упал за месяц на 13 % — самое серьезное падение за такой короткий срок в его истории. В этом нет никакой логики… это что-то ненормальное. Он вернулся к столу и посмотрел на данные P&L на мониторе компьютера. Красные огоньки отрицательных чисел. Астрономические убытки. Миллиарды утекают сквозь пальцы.

Сквозь восточное окно своего офиса Эснесс мог видеть голубую воду гавани сразу за Стимбоут-роуд. Десять лет назад по этой дороге можно было доехать до главного офиса Long-Term Capital Management. Если потери не прекратятся, AQR станет вторым LTCM: алгоритмической катастрофой, посеявшей панику в мире финансов. Уолл-стритские болваны снова посходили с ума, когда их дьявольские черные ящики превратились в слетевший с катушек компьютер HAL 9000 из «Космической одиссеи», [140] который начал уничтожать все, что попадается у него на пути.

Он не мог этого допустить. И тогда он подумал: «Может, есть какой-то выход».

Эснесс закрылся у себя в офисе вместе с ближайшими соратниками, включая Мендельсона, Джона Лью и Дэвида Кэбиллера. Они готовились принять важнейшее решение. Это было непросто. Судьба хедж-фонда висела на волоске.

Всю неделю сотрудники AQR, как и остальных алгоритмических фондов, старались понять, что произошло, вычислить «носителя инфекции». К концу дня в четверг они пришли к выводу, что фактически все крупные алгоритмические хедж-фонды существенно снизили свой леверидж. Все, кроме одного: GSAM.

AQR отчаянно пытался добыть информацию о том, как обстояли дела в Goldman. Но тщетно. Тщательно проанализировав ситуацию, AQR пришел к выводу, что Global Equity Opportunities в составе GSAM не осуществил полного делевериджа.

Это значило одно из двух: либо Goldman планирует сделать крупное денежное вливание в фонд, чтобы удержать его на плаву, либо фонд на грани катастрофы, собирается распродать все активы и тем самым окончательно дестабилизировать рынок.

При втором варианте и AQR, и любой другой алгоритмический фонд, и весь рынок ожидала катастрофа. GEO был крупным фондом с почти 10 миллиардами долларов под управлением. Если бы он начал распродавать после всех тех убытков, которые фонды квантов уже понесли, их ожидал коллапс невероятного масштаба, который затронул бы всех инвесторов без исключения.

Как и PDT, команда AQR планировала в тот день урезать свой портфель. Но Эснесс принял решение, подсказанное ему внутренним голосом, одно из самых важных в его карьере трейдера: «Пора покупать. Если не сейчас, то когда?» Если у Goldman есть необходимый ресурс, он не даст системе рухнуть. Напротив, банк примет единственно верное, мудрое решение: влить капитал в фонд GEO. Это позволит ему сохранить свои позиции. Делеверидж будет не нужен.

Это означало, что пора вернуться в игру, бросить больше фишек на стол. Руководитель AQR разъяснил своим трейдерам суть плана и велел им специально как можно больше распространяться о предстоящем шаге. Он хотел, чтобы все знали, что AQR, огромный квантовый монстр, снова в строю. «Может быть, удастся остановить кровотечение», — подумал Эснесс. Это была партия в покер с самыми высокими ставками. На этот раз дело было не в этом умнике Питере Мюллере, который не повелся на его блеф; против него играл сам рынок. Эснесс шел ва-банк, и он знал это.

Не так давно в Нью-Йорке Мюллер сидел с бесстрастным видом, обдумывая различные стратегии борьбы с хаосом. Когда он в пятницу утром ждал открытия рынка, то уже знал, что PDT на грани. Потери группы достигли невообразимых 600 миллионов долларов. Если падение продолжится, Morgan может закрыть ее. И тогда придет конец не только блестящей 14-летней истории группы, но, вероятно, и возобновившейся несколько месяцев назад карьере Мюллера.

Картина была безрадостной. Европейские рынки все еще лежали в руинах. Азиатские тоже. Напряжение росло по мере приближения 9:30 — времени начала биржевой сессии в США. Пока текли последние минуты, Мюллер, Саймонс, Эснесс, Вайнштейн, Гриффин и почти все инвестиционные менеджеры планеты прилипли к своим мониторам, нервные, мокрые от пота и полумертвые от ужаса.

А потом случилось то, что можно назвать чудом. С началом американских торгов наметилось оживление, причем существенное. Мюллер дал команду «не продавать». Другие менеджеры последовали его примеру. После короткого затишья их позиции взмыли вверх, как безумные ракеты. К концу дня прибыли были так высоки, что многие инвестиционные менеджеры назвали этот день одним из лучших на их памяти. Был ли такой подъем результатом решения AQR внезапно вернуться на рынок? Этого теперь уже не узнать. Но особых сомнений в том, что именно это помогло переломить ситуацию, нет.

В компании Goldman спасательные работы шли полным ходом со среды — вливание 3 миллиардов долларов помогло остановить падение. Эта сумма, около 2 миллиардов из которой были собственными деньгами компании, была направлена в фонд, который тоже перенес мощный удар и за месяц с 9 августа потерял 30 %, или 1,6 миллиарда долларов. Global Alpha и фонд North American Equity Opportunities были брошены на произвол судьбы. К концу августа активы Global Alpha упали до 6 миллиардов долларов. По сравнению с 10 миллиардами прошлого года потери одной из элитных инвестиционных групп Уолл-стрит составили 40 %.