Чтение онлайн

Едва мы выходим из потайной комнаты с медикаментами, где Алекс устроил мне такой штурм головного мозга, как слышим звонки своих телефонов. Бросаюсь к сумочке, вдруг Катя? Роясь в ней, прислушиваюсь к своим ощущениям в области предплечья. Он не обманул, сделав инъекцию молча, быстро и безболезненно. Теперь все мои тревоги по поводу вакцинации свелись только к чувству легкого шероховатого трения пластыря об одежду.

Смотрит на меня долгим взглядом, прежде чем поднять свой телефон первым. Нахожу, наконец, мой – и это папа! Что случилось? Едва поздоровавшись, он сразу переходит к тому, зачем звонил. Катя попала в больницу, встретив на улице Гришу, который, видимо, собирался ее «поспрашивать». Багровею. Но все уже в порядке, заверяет меня папа, Катя на диализе. Интересуется, когда я собираюсь домой.

– Продиктуй или пришли мне телефон Гриши, пожалуйста, - чеканю. Ах ты ж, собака бешеная! Нелегкий сегодня у меня выдался денёк, а ведь он только начинается. Сначала Алекс, который шантажом полностью подчинил меня себе, и вдруг решил, видите ли, снять напряжение. Снять ему напряжение я, конечно, не смогу - силёнок не хватит, а вот Грише вполне!

Наплевав на все условности, набираю Григория, номер которого папа прислал достаточно оперативно. Отхожу чуть в сторонку от разговаривающего по телефону Алекса, а тот мгновенно реагирует на это вопросом: «Что собираешься делать?».

Надо же, страждущий заметил и мои растрёпанные чувства.

– Собираюсь звонить, включай подслушивающие устройства, - отвечаю ему. Не дожидаясь ответа, подхожу к высокому окну красивой, закруглённой кверху формы. Мой горе-муж поднимает трубку далеко не сразу.

– Здравствуй, Гриша, - стараюсь говорить ровно, без лишних эмоций. Удивительно, но я больше не чувствую ни вины, ни страха перед ним, - это Женя.

Жду. И дожидаюсь! Начинает вопить.

– Ооо, неужели соизволила позвонить мужу?!

– Значит, так, муж, - понижаю голос. Если бы он разговаривал со мной не в привычной своей хамской манере, а как с человеком, мне было бы намного сложнее сказать сейчас то, что скажу, - это правда, что из-за тебя Катя попала в больницу?

– Правда-неправда.. ты где шляешься, лучше расскажи? Это что за номер, чей? Любовника?

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Я задала вопрос, - произношу спокойно. Начинаю осознавать, что даже рада поводу позвонить ему! Все равно мысли о Грише так или иначе постоянно крутились в моей голове, отравляя жизнь.

– Ух ты! Вопрос. И я задал тебе вопрос! Дай трубку любовнику, - он явно шокирован моей манерой разговора с ним.

– Ты идиот, Гриша. Предупреждаю - если ещё раз осмелишься близко подойти к Катюше со своими вопросами или по любому другому поводу, пожалеешь!

– Опа. И что ж ты мне сделаешь?

– Найду на тебя управу, не волнуйся, - вообще-то это неправда. Мне особо нечем ему пригрозить, и он знает об этом. Зато я говорю уверенно и чётко, - и ещё, Гриша. Это чтобы ты не тратит свой пыл понапрасну. Я с тобой развожусь! Сразу по приезду.

Квартира Колосковых, Киев

Паша ест бутерброд с колбасой за столом, увлечённо при этом играя в очередную «стрелялку» на своем мобильном телефоне. Элеонора Юрьевна смотрит на него с неодобрением. Она уже собирается сделать ему замечание, когда телефон ее мужа, оставленный тут же на столе, начинает звонить. Проворно хватает его, попутно надевая очки. Номер незнакомый!

Почти бежит в комнату, где Владимир Ипполитович смотрит по телевизору футбол, удобно расположившись на видавшем виды диване.

– Вова! Подними.

Он с неудовольствием отрывается от просмотра:

– Але!

– Добрый день, Владимир Ипполитович?
– женский голос, - Департамент охраны здоровья Киевской городской государственной администрации беспокоит. Вам удобно говорить?

– Да, конечно, - он обомлевает.

– Я секретарь начальника Департамента, Щербицкого Константина Эдуардовича! Он хочет поговорить с вами лично, и это срочно, Владимир Ипполитович. Вы могли бы приехать к нам сегодня?

– А.. что, - он начинает заикаться. Первая мысль, конечно, о Кате. Уж не собираются ли ему попенять за то, что его хронически больного ребёнка увезли по скорой с улицы? Но начальник, сам? Не может быть. В голове уже крутятся картинки визита представителей органов опеки и попечительства, - у нас уже все в порядке! Вот, вечером Катюшу забираем с диализа.

Женщина внимательно выслушивает его, не перебивая.

– Ваша Катя на диализе? Константин Эдуардович хочет переговорить с вами как раз по поводу вашей дочери! Вы ведь стоите в очереди на операцию по замене одной почки, по госпрограмме помощи населению за счёт бюджетных средств?

– Да, все верно, - он вытирает испарину, выступившую на лбу. Выключает телевизор.

– У Константина Эдуардовича для вас есть очень хорошие новости! Приезжайте. Я запишу вас на приём в 16.30, сегодня, это удобно?

– Да, да, - говорит он, делая отчаянные знаки супруге принести ему бумагу и ручку. Она понимает его моментально.

– Тогда сегодня, в 16.30, - терпеливо диктует адрес и номер кабинета приёмной. Владимир Ипполитович все записывает, - мы ждём вас. У поста охраны на первом этаже вам выпишут пропуск, я предупрежу. Встречу вас там лично, в 16.20, договорились?

– Да! Спасибо, - растерянно произносит он.

– Приезжайте, пожалуйста, с небольшим запасом времени. У Константина Эдуардовича очень плотное расписание, нельзя опаздывать, - предупреждает она, - всего вам доброго и до встречи.

Лондон, Великобритания

Я удивляюсь, когда мы въезжаем на территорию международного аэропорта Хитроу.

– Да, - Алекс за рулем улыбается, заметив мою реакцию, - почти Хитроу.

Мягко заворачивает по направлению к каким-то самым дальним служебным ангарам, минуя кордоны шлагбаумов и охраны. Его узнают.

Вообще, мне приятна манера езды Алекса - он едет не быстро, плавно, но вместе с тем очень уверенно. Должно быть, так передвигаются хищники в дикой природе, с подобной обманчиво-сдержанной грацией.

– А ты думала, я завяжу тебе глаза черной лентой и привезу на какую-то секретную базу?
– он продолжает шутить, но голос низкий, бархатный. Кошусь в его сторону.

– Я бы не позволила тебе завязать мне глаза черной лентой, - ворчу, - не знаю, если честно, ничего не думала. Есть о чем другом подумать, знаешь ли!

Алекс паркуется в одном из полутемных ангаров, а потом поворачивается ко мне. Уже с серьёзным видом, изучает секунду-другую.

– Я не спрашивал.. не хочешь поделиться?