Чтение онлайн

— Тебе может повезти. Если ты ищешь способ усилить дом, оживить земли. Там продают не только артефакты, но и ключи от времён, утерянные технологии и архаику. Ты владеешь магией. Ты должна владеть и силой.

* * *

Вечером…

Дом наполнился ароматом запечённого риса с голубыми грибами. Мужья, как ни странно, по очереди занялись ужином. Один — нарезал. Второй — зачаровывал посуду на подогрев. Третий — Рай’Сан — сидел на крыльце, разглядывая небо.

— Мы вылетаем? — спросила Ла Риса, выходя к нему.

— Мы вылетаем, — подтвердил он. — Но не сейчас. Ты должна закончить всё здесь. Поднять защиту. Закрепить корни. Твоя земля оживает. Но она ещё слишком молода. Её можно увести — у тебя будут претенденты.

— Тогда сделаем её неотъемлемой частью рода.

* * *

Юля подняла голову от пергамента.

— А знаешь… тут ещё яйцо светится.

— Опять?

— Нет. Это… светится по-другому. Я думаю, это не фамильяр.

Ла Риса посмотрела на неё внимательно.

— Что?

Юля поджала губы.

— Я думаю… это мальчик.

Тишина. Ветер прошёлся по двору, уронив лепестки на ладонь Ла Рисы.

— Один день ты родишь его. А я его защищу, — прошептала она. — И если кто-то осмелится забрать его…

В этот момент, в небе, вспыхнул алый огонёк — сигнал от орбитального спутника. Рай’Сан тут же поднялся.

— Зафиксировано движение с планеты, отмеченной как… запретная. Никаких координат. Только короткий пакет: переезд партии особей мужского пола, возраст до пятнадцати лет.

Ла Риса закрыла глаза.

— Я вылечу. Через три дня. Сама. Но меня будет сопровождать тень.

— Ты не одна, — сказал Рай’Сан. — Ты — род.

* * *

А через час, когда все уже собирались ко сну, под водопадом — среди пепельных папоротников и артефактных лам — вспыхнуло ещё одно яйцо. Оно треснуло, и оттуда, медленно и грациозно, вылезло крошечное звериное существо с крыльями бабочки и глазами, сияющими как планетарные спутники.

— Ну что ж… фамильяры — это судьба, — усмехнулась Ла Риса. — Надеюсь, он любит арбузные лепёшки.

Юля зевнула:

— Если нет — научим. Мы же теперь… мать рода.

И в этот момент их дом засиял мягким светом: сердце земли пробудилось.

Утро началось с беспокойного мяуканья.

— Ба-а-арсик! — голос Ла Рисы прозвучал как команда боевого крейсера. — Что ты сделал с фамильяром?!

Барсик, белоснежный пушистый зверь с глазами небесной яркости, виновато пополз из спальни, волоча за собой одну из подушек, которую явно пытался приучить как добычу. Смешной комок перьев — фамильяр бабочка по имени Пыльца — сидел на люстре и, дрожа, издавал звуки, которые напоминали проклятия на древнеэльфийском.

Юля, зажав рот, чтобы не рассмеяться, уже скребла когтями броню, надевая утреннюю тренировочную версию, прозрачную, облегающую как вторая кожа.

— Ты знаешь, что ты сегодня похожа на порочный ананас? — с достоинством заметил Гриф, проходя мимо. Его взгляд скользнул по бедру Юли, едва прикрытому бронёй, и голос хрипло дрогнул. — Очень сочный порочный ананас.

— Если ты не заткнёшься, — спокойно отозвалась она, вытягивая клинок, — ты будешь лежать на грядке и смотреть, как я тебя поливаю.

Он ухмыльнулся.

— По рукам, милая.

* * *

Вечером всё изменилось.

Ла Риса получила свиток с печатью. Старый шёлк, запах пыли и тлеющих чар. Письмо пришло от одной из Великих Семей — приглашение на планету «Септалион», в закрытую зону артефактов и древних технологий. Там будет продаваться то, что может пробудить землю — даже пустыню. Возможно, и спасти украденных мальчиков.

Но для начала — прощальный ужин.

Они устроили его на террасе: стол парил в воздухе над прудом, где плавали крошечные магические дракончики. Лампы висели в воздухе, посылая мягкий золотой свет. Мужья были невероятно красивы: обтягивающие одежды с символами рода, украшения на руках и шее, волосы заплетены в узлы обета.

— Ты уйдёшь без нас? — тихо спросил один из них, высокий, с гладкой бронзовой кожей и глазами как чернила.

— Это матриархальная зона. Туда не допускают мужчин. Кара останется с вами. Юля — со мной. — Ла Риса медленно поднесла бокал к губам.

Один из мужей склонился к ней, не касаясь губ, но прошептав прямо в уголок рта:

— А кто поцелует тебя на прощание, если не мы?

Другой не выдержал — пальцы скользнули под стол, легко, почти мимолётно, по внутренней стороне бедра, задевая тонкую ткань. Ла Риса задержала дыхание.

— Ты просишь, чтобы я не могла уснуть всю ночь?

— Мы просим, чтобы ты скучала.

Третий, с холодной мраморной кожей и зелёными глазами, поднялся.

— Сестра. Жена. Мать рода. Ты дала нам имя, землю, дом. А теперь… позволь нам дать тебе память.

Он протянул руку.

Ритуальный танец. Ла Риса сняла перчатки.

Музыка зазвучала сама. Пальцы сплелись. Движения стали жаркими. Их тела касались друг друга, плечи, грудь, дыхание… Всё было обнажено, кроме самого желания. Его прятали, как огонь в ладони. И всё же, когда Юля вскрикнула от смеха, наблюдая за тем, как Барсик утащил один из поясных платков Грифа, настроение сменилось.

— Ну теперь точно будет скучать, — усмехнулась она.

* * *

Перед вылетом…

— Броня готова? — спросила Кара, бросая последний ящик с припасами в грузовой отсек.

— Да. Паранджи в портале. Маски активны. — Юля прислонилась к стене и зевнула. — Уверена, что мы не потеряемся?

— С нашим браслетом? У нас больше документов, чем у самой королевы, — отозвалась Ла Риса, нажав активацию.

Корабль вспыхнул в ночи. И в этот момент на Ла Рису нахлынуло ощущение, что кто-то смотрит. Чужое. Знакомое. Сильное.

Но никто из мужчин не появился. Даже Гриф. Они остались на земле, смотрели снизу вверх, будто… отпускали любимых женщин в бой.