Ласточки из стали
Шрифт:
Лориэль добралась до дома, когда уже начинало темнеть. Ее встретила Мири.
– Что-то ты задержалась.
– Столько всего нового… - Лориэль потерла нос. – Чувствую себя первоклашкой в школе.
– А хорошее чувство, надо сказать.
– Кто бы спорил.
– Идем, матушка так и знала, что задержишься. Мы только садимся ужинать.
За столом все собрались. Лориэль поцеловала дочек и села рядом. Ее коммуникатор подал сигнал. Она посмотрела сообщение и застыла.
– Что случилось? – спросила матушка.
– Навигатор мой ответила. Ничего не понимаю…
– Чего ответила?
– Прилетаю через два дня. Не встречай. Живу в общаге завода, там и встретимся. Ничего не понимаю, я ей сразу предложила у нас пожить какое-то время.
Дети уставились на маму и хлопали глазками.
– Домашняя ты, потому и не понимаешь, - хмыкнула матушка. – Девка-то твоя, поди, с приюта?
– Так и есть.
– Вот тебе и ответ. У нее отродясь ничего не было, живет в коробке два на два шага. А тут наши хоромы. Ну, для нее хоромы. Я тетушку Газу в гости по-соседски года три года зазывала, еле уговорила и то, только когда дочь ее приехала. Непривычные они в чужие дома ходить. Так что не лезь, девка сама разберется. Поговори, предложи еще раз, но тихо. У приютских свои тараканы между ушей.
– Ладно… - Лориэль вздохнула. – Попробую.
Семейный ужин выдался тихим, малышню, как они не морщили носики, уложить спать в их комнате. Большие уже, не нужно каждый день с мамой спать. И даже взяли обещание, что не прибегут ночью. Фили сделала вид, что обиделась, но пару покусываний за ушко и малявка повеселела.
Лориэль уснула тяжело, но проснулась бодрой. После пробежки с удивлением заметила перед домом машину Шази. Старшая сестра спешно собиралась в путь. По кислому лицу Данми было понятно, что ее оставляют на перевоспитание.
– Ты куда это? – спросила Лориэль у сестры.
– Срочно на работу вызвали. Дней пять и постараюсь вернутся, - Шази запихнула сумку в машину и хлопнула дверью. – Девку мою не пугай сильно.
– А лупить-то ее можно?
– Лори… - Шази скривилась.
– А как еще воспитывать? Пару раз в нос и все, самая послушная дочь в галактике!
– Лориэль развела руками.
– Руки под хвост и держим! – Шази дотянулась и как в детстве коснулась пальцем носа младшей сестренки.
– Вот правда… Как не лупить?
– Это уже думай, родная. Голова тебе зачем? Ушки носить? Все, бывай. Люблю!
Они обнялись, Шази помахала дочери, запрыгнула в машину и умчалась. Данми опустила ушки и спряталась дома в самом безопасном месте – на кухне рядом с бабушкой.
После завтрака Лориэль расцеловала дочерей и поехала на завод. На контрольном пункте знакомая уже дежурная. Лориэль протянула ей карту, но та помотала головой.
– Не нужно, кандар. Ваше предписание подтвердили. Личную карту к терминалу и проходите, - пояснила дежурная.
Терминал допуска и правда счастливо пискнул, Лориэль толкнула поручень и прошла на территорию завода. Она еще с ворот видела, что внутри уже кипит жизнь. Она посмотрела на часах – ровно восемь, но на пропускном пункте никого из рабочих уже нет, они все внутри.
У входа в главный корпус на длинной видавшей виды стремянке на высоте второго этажа вилял знакомый хвост с желтым пятнистым мехом. Биби колдовала с камерой наблюдения. Она помахала Лориэль:
– Одну минутку, я сейчас закончу и провожу.
По рации ответили, что картинка есть и Биби ловко как десантница съехала по стремянке вниз.
– Добрых дел! – сказала она, широко улыбаясь, и спрятала какой-то инструмент в карман.
В знакомой комнате вокруг мастера собрались инженеры. Тут уже всецело обсуждали наработки и замечания, инженеры прям жаждали послушать боевого пилота. Попозже в столовой они сели с мастером за отдельный стол к пилотам. Мастер представила ее всем. Традиция завода – пилоты-испытатели сидят отдельно от инженеров.
– Это не в том смысле, что мы тут особенные или самые важные, а в том, что каждая группа сейчас может обсудить именно свои вопросы. Мы не мешаем техникам продумывать свои задачи, они не мешают нам, - пояснила мастер. – Работает, надо сказать.
– Так я тут вроде лишняя тогда, - улыбнулась Лориэль.
– Как сказать! – Хирондель с хитрецой посмотрела на свою соседку слева.
Соседка была чуть моложе мастера, с темным мехом с мрачными темными пятнами, с очень живыми и яркими светло-голубыми глазами, в серой робе пилота-испытателя. Сейчас она широко улыбалась. К ней, как к старшему пилоту, все обращались не иначе, как тетушка Ниларэль.
– Мы тут до ночи обсуждали твой прыжок на аномалиях. Даже думали, как для простоты назвать – «Стрела Иволги», «Маневр Лориэль», - сказала тетушка, не пряча улыбку.
Лориэль аж поперхнулась.
– Вот и мы так подумали – обойдешься! – засмеялась мастер Хирондель.
– И как в итоге назвали? – спросила Лориэль, когда прокашлялась.
– Прыжок Ласточки. Сегодня никто этот маневр повторить не может, ни одна машина. Только мы, - сказала мастер. – И вот что, я тут подумала… У тетушки через час облет машины, летите вместе. Ты там хвасталась, что хвостом машину чуешь? Вот и пробуй, посмотри. Потом расскажешь. Только наблюдателем, уж извини. За управление пустить не имею права при всем желании.
– Я понимаю, - кивнула Лориэль.
К полету нашли новую летную форму, ее же потом по традиции подпишут именем пилота и положат в отдельный ящик на хранение. На всякий случай. Тоже традиция. Так интенданты рассказали. Надежда, что пилот когда-нибудь вернется.
– Готова? – спросила Ниларэль.
– Всегда, - ответила Лориэль.
Они вскочила в машину и выехали из ангара на летное поле к «ласточке», вокруг которой копошились техники с кучей оборудования. Навигатор уже сидела в кабине и горячо спорила с наземными службами. Она сразу пожаловалась, крикнув наружу:
– Тетушка! Опять они ветер по высотам не передали! Я, вот… - она показала личный планшет. – Из сети данные беру!
– Маршрут чистый? – спросила Ниларэль.
– Так точно, все готово.
Тетушка пролезла в кабину и села на свое место. Лориэль полезла следом, но задержалась на ступеньках. А ведь действительно удобно, очень удобно. Пусть ступеньки выглядят узкими, но нога на них не скользит, а поручень сам лезет в руку.
– Тетушка, к системам могу подключиться? – спросила Лориэль.