Чтение онлайн

Разгорелся спор, В конце концов решили действовать так: к цели подходить под нижней кромкой облаков, затем подниматься в облака и бомбить уже оттуда, ориентируясь по времени.

И вот мы в воздухе. Немного не по себе. Саша по голосу определила мое состояние, как только я обратилась к ней по переговорному аппарату.

– Не волнуйся, Марина, - успокоила она меня. - Контрольный ориентир надежный, не пропустим. Цель-то не новая, путь до нее штурманами выверен до секунды. В расчетах ошибиться не можем. Ну, а если сомнения какие, вынырнем из облаков, оглядимся еще раз.

– Хорошо, - согласилась я.

– Ты только скорость выдерживай. Ну, а я постараюсь бомбы сбросить точно по назначению!

Минут через пятнадцать под нами тускло заблестела река - Нарев. Это и был наш контрольный ориентир - цель совсем рядом, за рекой противник. Я ввела самолет в облака и стала набирать высоту. Точно из глубокого погреба, в лицо пахнуло холодом и сыростью.

– Как дела, Саша?

– Приготовься, до цели меньше минуты.

Мерно, чуть глуше обычного рокотал мотор. Навстречу ползла липкая, промозглая мгла, оседая на лице холодными каплями. Капли медленно скатывались по щекам, попадали за воротник и разбегались по телу ледяными мурашками. Я недовольно ворчала.

– Ты что? - удивленно спросила Саша.

– Да так, капли за воротник попадают. Ну, сколько до цели?

– Подходим. Сейчас сброшу первые бомбы.

Через несколько секунд машину слегка качнуло. Я перегнулась через борт, чутко вслушиваясь. Пробив толщу облаков, к нам донеслись приглушенные звуки разрывов.

– Смотри. Если прожекторы зажгутся, значит, попали, тогда можно сбросить и остальные бомбы, - передала Саша.

– А если не зажгутся? - спросила я.

– Тогда придется выйти под нижнюю кролику и повторить маневр.

Но повторять не пришлось. Внизу под нами забегали отсветы прожекторных лучей, затараторили зенитки. Хорошо! Значит, наши бомбы попали в цель. Самолет вновь качнуло - Саша сбросила оставшиеся бомбы.

Первая бомбежка вслепую из облаков удалась, и с тех пор мы стали применять ее довольно часто...

Вторая половина февраля победного сорок пятого года застала нас в небольшом городке Слупе. Весна еще только шествовала с далеких берегов Атлантики. Но дыхание ее уже чувствовалось.

Внезапно наступила оттепель. Аэродром раскис до такой степени, что шасси самолетов увязали в грунте, у моторов не хватало сил оторвать машину от земли. Приходилось вытаскивать машины на руках. Вытянешь - а через минуту самолет снова засел в жидкой грязи.

Нужно было что-то придумать. По предложению подполковника Бершанской и инженер-капитана Озерковой решили построить деревянный настил для взлетно-посадочной площадки. И полк снова начал действовать.

С оттепелью пришла непогода. То сутками моросил надоедливый мелкий дождь, то сыпал мокрый снег. Летать приходилось на высоте 400-500 метров. В этих условиях ничего не стоило сбить наши тихоходные По-2 просто из крупнокалиберных пулеметов. И нередко самолеты возвращались из полетов с изрешеченными плоскостями. Техники латали их на скорую руку. Скоро крылья многих машин стали походить на лоскутные одеяла.

Помню, мы с Сашей возвратились из опасного полете. А могли и не вернуться - крылья машины сплошь были иссечены пулями, а мы только дивились, как это ни одна не угодила в мотор, или в летчицу, или в штурмана. Можно представить состояние после такой переделки! Но у Саши хватило выдержки, чтобы еще пошутить, после того как она осмотрела внимательнейшим образом нашу "ласточку" и пощупала каждую дырку в ее крыльях. Мы обе пришли к выводу, что выскочили из переделки весьма удачно, раз не придется перетягивать плоскости. Этого в полку боялись больше всего: ведь при этой операции летчик и штурман оставались безлошадными и какое-то время сидели без дела.

Вскоре мы с Сашей чуть было не попали в такое неприятное положение. Мы бомбили тогда вражеские позиции в районе Нойенбурга. Мощная облачность не позволяла подняться выше 400 метров. Дул сильный ветер. Крупный липкий снег залеплял козырек кабины.

– Земля почти не просматривается. Ну и погодка! - ворчала всю дорогу Саша. - Как ориентироваться прикажешь?

– Ничего, Саша, не волнуйся, - пошутила я, - фашисты выручат, подскажут. Как начнут палить пулеметы - вот тебе и ориентиры.

И в самом деле - на подходе к цели враг встретил нас сильнейшим огнем крупнокалиберных пулеметов.

– Хороши ориентиры, - со злостью бросила Саша. - Я бы лучше сама цель поискала, чем такими подсказками пользоваться...

Обстрел был мощным. За шумом моторов я, конечно, не могла слышать, как с сухим треском пулеметные очереди пропарывали перкаль плоскостей, но обостренное за годы войны чутье позволяло безошибочно определять эти моменты. Несколько пуль чиркнуло по козырьку кабины штурмана, и на нем появилась трещина. В переговорном аппарате послышался голос Саши.

– Тьфу, черт, - обругала она кого-то.

– Что-то случилось?

– Высотомер разбили, паразиты!

Чтобы уйти от огня, пришлось ввести самолет в облака, а через минуту мы вывалились из них - и в самое время. На фоне потемневшего снега, прямо под нами, извилистой лентой тянулись окопы.

Саша отбомбилась и дала курс а сторону родного аэродрома. Добрались мы благополучно. Но когда Маша Щелканова, старший техник эскадрильи, оглядела нашу машину, то лишь руками развела:

– Ну и отделали вас... На плоскостях и так уж заплата на заплате, а теперь и вовсе живого места нет.

– Неужели перетягивать? - испугалась Саша.

– Посмотрим... Может, обойдется и на этот раз.

И обошлось.

К концу февраля войска 2-го Белорусского фронта были уже недалеко от берегов Балтийского моря. В эти дни в полк пришла радостная весть. Девяти нашим лучшим летчицам и штурманам присвоили звание Героя Советского Союза, орденами и медалями была отмечена большая группа девушек. Сашу Акимову и меня наградили орденом Красного Знамени...

Хочу вспомнить еще один наш с Сашей полет. Она его помнит очень хорошо.

* * *

12 марта 1945 года нам было поручено подыскать площадку для перебазирования полка. До наступления темноты оставалось около двух часов, поэтому мы не стали медлить, хотя погода оставляла желать лучшего. В районе Торуня, когда большая часть пути оставалась уже позади, мы попали под обстрел зенитной артиллерии. Но продолжали держать курс в сторону Данцига. И снова попали под огонь.

В это время снегопад усилился, а мотор начал вдруг давать перебои. Кругом леса, болота, нужно садиться, а куда?