Латышские народные сказки
Шрифт:
Как птицы зверей победили
— Эвон, какой у синицы дворец!
А медведь отвечает:
— Да какой же это дворец, так, халупа какая-то!
Услыхала это синица, страсть как обиделась и созвала всех, кто летать умеет, войну зверям объявить. Волк с медведем согласились: где же птицам против зверей выстоять!
Вот приходит медведь к зверям и говорит, чтобы назавтра готовились к бою. Выбрали вожаком лису и уговорились, что ежели она оближет свою спину, тогда всем бежать.
Подслушала это сова и передала птицам. На другой день сошлись звери и птицы сражаться. А шершень возьми да и укуси лису в спину. Скорчилась лиса от боли и облизала больное место. Увидели это звери и давай бог ноги: так ведь договорились.
Так птицы зверей и одолели. А медведю пришлось при всех птицах у синички прощенья просить.
Медведь и мышь
— Отпусти ты меня… И я тебе как-нибудь в беде помогу.
Посмеялся медведь над такой помощницей и отпустил мышку.
Вот однажды запутался медведь в охотничьих сетях. Рвался, рвался — никак не выпутаться! Тут прибежала мышка, перегрызла петлю и помогла медведю освободиться.
Волк и баран
— Ты меня теперь не ешь: я мал, худ… Ты обожди: я подрасту, будет тебе добыча пожирней.
— Ладно, — согласился волк, — пожалуй, твоя правда. Я тебя вынесу из лесу к стаду. Живи, нагуливай жир. Но смотри сдержи слово.
— Сдержу, — обещался барашек, и волк вынес его из чащи.
Через некоторое время встречает волк барана.
— Ну, сдержишь слово? — спрашивает волк.
— Сдержу, — отвечает баран. — Да что тебе в том, если разорвешь меня? Клыки увязнут. Я вот что придумал: видишь пригорок за кустарником? Я взберусь на него, а ты встань у подножья и разинь пасть. Я разбегусь — и прямо тебе в брюхо через глотку проскочу. И мне легче, и тебе лучше.
Согласился волк, и пошли они к пригорку. Взобрался баран наверх, а волк внизу дожидается. Кричит баран с пригорка:
— А ну-ка раскрой пасть пошире, чтоб мне легче было помирать!
Раскрыл волк пасть до самых до ушей. Помчался баран вихрем с пригорка и стукнул волка рогами прямо по лбу, да так, что с ног его сбил. Перескочил баран через волка — и давай бог ноги!
Очухался волк, поднялся, отряхнулся и говорит:
— Недурен был баран, да только велик не в меру.
Пес и волк
Случилось однажды, что хозяин рассердился на всех четверых батраков. Погнал он петуха Птицына на чердак, кота Мурлыку — на печь, пса Цапая кормить перестал, а волка Дикого в хлев загнал.
Но Дикой, не будь трусом, говорит:
— Коли так, то выплати мне жалованье сполна.
А хозяин раскалил камень да как смажет Дикого по губам, приговаривая:
— Вот тебе жалованье! Вот тебе жалованье!..
Спалил горячий камень Дикому всю бороду, поэтому-то у волка морда и по сей день какая-то ржавая да опаленная. Очень обиделся Дикой за такую несправедливость. Бросил он хозяина и зажил в лесу своим домом.
Вскоре пришел Цапай навестить старого дружка и сетует: хозяин-де одной мякиной кормит. Дикой и говорит:
— Знаешь что? Иди домой и рычи: «Как пса кормят, так пес и лает… Как пса кормят, так пес и лает…»
Пришел Цапай домой и зарычал: «Как пса кормят, так пес и лает… Как пса кормят, так пес и лает…»
Хозяин услышал и пуще осерчал. Говорит:
— Коли Цапай, на одной мякине сидя, без толку тявкает, что же будет при доброй еде? С сего дня и вовсе кормить перестану.
Пошел опять Цапай к Дикому, душу изливать. А у Дикого добрый совет наготове. Он говорит:
— Слышь, соседушка: завтра хозяйская дочка выйдет на опушку овец пасти. Я выскочу из лесу и схвачу овечку. Девчонка, понятное дело, тебя в погоню пошлет. А ты знай — будь себе на уме: бечь — беги, да так, словно душа еле-еле в теле держится. Оступиться даже можешь разок-другой. А коли спросит хозяин, почему не нагнал, отвечай: «Дикой-то отъелся, в силу вошел, а я на мякине сижу, куда уж мне за ним поспеть…» Увидишь, что получится.
Так Цапай и сделал. И ведь прав оказался Дикой! Рассказала дочка хозяину, что волк ягненка унес, а тот сейчас:
— Почему Цапая вдогонку не послала?
— Как не посылать, отец, послала! Да где уж нашему тощему пустохлёбу за таким силачом угнаться? Пока этот шаг ступит, тот пяток пробежит.
— Твоя правда, дочка! Поди сюда, Цапай, на вот, поешь жирной кашки. Буду тебя теперь в сытости держать.
Утром Цапай в лес пошел, к Дикому.
— Слышь, браток, ты меня на верную дорогу вывел, не знаю, как тебя и благодарить… Я вот что надумал: в воскресенье у нас в доме свадьбу играют. Так ты приходи, покуда гости будут в церкви; забирайся в свинарник, чтобы тебя никто не приметил, а уж я тебя попотчую! Чего-чего, а блинов наедимся вволю.
Ладно. В воскресенье Дикой тут как тут, забрался в свинарник. Цапай остался за домом присматривать, как положено старшему работнику. Подговорил он кота Мурлыку и петуха Птицына, чтобы смотрели сквозь пальцы: он, мол, старого дружка Дикого малость попотчевать хочет, а хозяин-то ведь Дикого с того раза крепко невзлюбил, потому-де тайком это делать надобно…
Поставил Цапай Дикому горшок с мясом, поставил второй… Нацедил пива кувшин, нацедил второй. Дикой все уплел и говорит:
— Скоро гости из церкви домой воротятся. Поднеси-ка, Цапай, еще пивца.