Чтение онлайн

Ситуация на Юпитере-5 существенно отличалась от той, что была на Ио. Там все, как туристы, любовались достопримечательностями и ахали при виде красот неба - здесь их интересовал только ремонт, все прочее отпало. Люди знали, что в случае неудачи, посадка на Амальтею только отсрочит неминуемую гибель...

Было понятно, что обычный космический корабль не долетит до Юпитера-5, а другого аграв-корабля не существует и не будет существовать по крайней мере год. И если ремонт не даст результатов - времени на любование будет предостаточно.

И все же зрелище - найдись хоть один зритель - было прекрасным.

До Юпитера, казалось, ничего не стоило дотянуться рукой. В момент посадки он был почти полным, на сверкающем блюде уместилось бы десять тысяч Лун, не меньше.

Амальтея облетала Юпитер за 12 часов, и видимые спутники перемещались по небосклону втрое быстрее, чем на Ио. То же происходило со звездами и со всем прочим, кроме застывшего Юпитера, одной стороной неизменно обращенного к спутнику.

Через пять часов взошло Солнце, оно было точно таким же, как на Ио, но помчалось к Юпитеру с утроенной скоростью и устроило затмение в сотню раз более великое и ужасное.

Однако никто не наблюдал затмения, ни в первый раз, ни во второй за время их пребывания на Юпитере-5, никто не обратил на него внимания. Ни у кого не было времени. Никому даже мысль такая в голову не пришла...

Пэннер сел и посмотрел вокруг мутным взором. Веки его вспухли и покраснели. Говорил он хриплым шепотом.

– Ладно. Все по местам. Холостой прогон.

Пэннер не спал сорок часов. Остальные работали посменно, один Пэннер не спал и не ел.

Бигмен, который во время ремонта что-то подносил, уносил, снимал показания приборов и дергал рычаги, когда его просили, - теперь остался без дела. Угрюмый, он бродил по кораблю в поисках Лакки, пока не нашел его у Донахью у пульта управления.

По пояс голый, Лакки вытирался большим пуховым полотенцем. Увидев Бигмена, он поспешил обрадовать друга.

– Бигмен! Корабль полетит! Мы вскоре взлетим!

– Но ведь это всего лишь холостой прогон, Лакки.

– Корабль полетит, говорю тебе! Джим Пэннер сотворил чудо!

Донахью, собрав всю свою волю, выпалил:

– Советник Старр, это вы спасли мой корабль!

– О нет, господин Директор. Если кто-то и заслуживает похвалы, так это Пэннер. С помощью медной проволоки и клея он заставил-таки работать это чудовище.

– Но вы повели корабль на Юпитер-5, в то время, как остальные тряслись от страха! Представ перед военным судом, я подробно опишу этот случай.

– А вот как раз этого-то делать и не следует. Как член Совета, я должен избегать рекламы. Что же касается официального отчета, то все это время командиром оставались вы. Мои действия упомянуты не будут.

– Это невозможно. Я никогда не позволю, чтобы меня превозносили за то, чего я не совершал.

– Вам придется потерпеть. Это - приказ. И давайте-ка оставим эти разговоры о военном суде!

Донахью принял героическую позу.

– Меня необходимо отдать под суд! Вы неоднократно говорили мне о сирианских агентах! Я пренебрег этой опасностью - в результате чего на вверенном мне корабле произошла диверсия!

– Здесь и моя вина, - возразил Лакки.
– Я был на борту корабля и не предотвратил беды... Кстати, если нам удастся обнаружить диверсанта, вопроса о суде даже не возникнет.

– Диверсант, конечно же, - робот, о котором вы меня предупреждали... Как я был слеп!

– Боюсь, директор, что вы еще не окончательно прозрели. Он не робот.

– Нет?
– Донахью опять ничего не понимал.

– Робот не пошел бы на такое. Ведь мы едва не погибли! А это уже нарушение Первого Закона.

– Ну, а если он не знал, что причиняет вред?

– Все, находящиеся на борту "Адрастеи", не исключая гуманоида, прекрасно понимают, что такое аграв для корабля. Как бы то ни было, а теперь установление личности диверсанта будет делом пустячным.

– Как это?!

– Ну подумайте сами. Если человек совершает такую серьезную диверсию, то он должен быть либо сумасшедшим, либо жутким фанатиком, чтобы оставаться на корабле.

– Логично.

– После нашего взлета с Ио люки не открывались. Иначе мы сразу почувствовали бы спад давления. Это означает, что диверсант остался на Ио. Он и сейчас там, если не улетел.

– Каким образом? Кроме нашего, туда не доберется ни один корабль!

– Ни один - наш...

Глаза Донахью на мгновенье расширились.

– А также ни один сирианский!

– Вы уверены в этом?

– Да, уверен.
– Донахью нахмурился.
– Постойте... Но ведь прежде, чем мы покинули Ио, мы произвели поверку! Каждый доложил о своем присутствии!

– Значит, все на борту?

– Полагаю, что да.

– Хорошо, - сказал Лакки.
– Во время прогона все должны быть на своих местах, не так ли? И местонахождение каждого четко фиксируется? Вызовите-ка Пэннера и спросите, не пропустил ли он кого-нибудь...

Донахью нажал на клавишу.

Голос Пэннера был голосом безмерно уставшего человека.

– Я как раз собирался связаться с вами, сэр. Прогон закончен. Все в порядке. Можно взлетать. Надеюсь, нам повезет, и эти штуки развалятся уже на Юпитере-9.

– Отлично. Ваша работа будет оценена по достоинству, Пэннер. Кстати, все ли на своих местах?

Лицо Пэннера сразу напряглось.

– Нет, сэр. Я собирался сказать вам об этом. Мы не можем найти Саммерса.

– Рэд Саммерс?
– подпрыгнул Бигмен.
– Снова этот грязный тип? Лакки...

– Минуточку, Бигмен, - остановил его Лакки.
– Доктор Пэннер, вы хотите сказать, что Саммерса нет в его каюте?

– Нет нигде. Если бы это не было исключено, я бы сказал, что его нет на борту.

– Благодарю вас.
– Лакки прервал связь.
– Ну, командир?

– Послушай, Лакки!
– Бигмен не мог молчать.
– Помнишь, однажды я рассказал тебе о встрече с Саммерсом у машинного отделения? Что он мог делать внизу?

– Теперь мы знаем - что...
– вздохнул Лакки.