Чтение онлайн

В темной угрозе смыкаясь вдали;

Вниз, к распростершимся горным корням,

Где пытка и мука скользят по камням,

Где нечисть кишит, где пылают огни,

Они в глубину опускались одни.

Обернулись на арки они полусвет,

Вдали она меркнет, и вот ее нет;

Грохот из кузниц теперь нарастал,

И ветер пылающий с ревом взлетал,

И паром зловонным все щели дышали.

Как тролли, фигуры резные стояли,

Они из породы оттесаны горной,

Словно насмешка над смертною формой;

Огромны они, словно стражи гробниц,

У всех поворотов угроза их лиц

В факелов свете неровном видна.

Здесь молотов грохот с вершины до дна,

Здесь словно бы камень о камень гранят;

Здесь издали снизу бессильно кричат

Средь вечного звона железных цепей

Пленники в муке бескрайней своей.

Хриплый и громкий послышался смех

Тех, кто себя ненавидит и всех;

И хриплое пение тут зазвучало,

Что души, как будто мечами, пронзало.

Отблеск алеет в раскрытых дверях

Огня, отраженного в медных полах,

А арки наверх, громоздясь, поднимались

Во мрак неизведанный, своды вздымались,

Окутаны дымом клубящимся, паром,

Пронзают их молнии ярким ударом.

В Моргота мрачный чертог, где держал

Пир он и жизни людей выпивал

Как кровь, тут они, спотыкаясь, вошли;

Дым затуманил их взор у земли.

Колонны ужасной опорой вставали,

Земные покровы они подпирали,

Искусною были покрыты резьбой,

Словно кошмары ночною порой;

Они поднимались стволами дерев,

В отчаянье корни свои уперев,

Тень от них - смерть, и проклятье - плоды,

Их ветви, как змеи, сплелись от беды.

Под ними, с мечами построившись в ряд,

Там Моргота черные орды стоят:

Огонь на клинках и на меди щитов,

Красное поле, как свежая кровь.

Под огромной колонною, тьмой вознесен,

Мрачный виднеется Моргота трон,

На полу умирающих тени видны:

Подножье его и добыча войны.

Его страшные слуги сидели при нем,

Балроги, облик их полон огнем,

Их волосы - пламя, их руки алы;

Волками свирепыми полны полы.

Над адской толпой, возвышаясь, сияли

Светом холодной и чистой печали

Те Сильмарилы, алмазы судьбы,

Что сжаты в короне кровавой борьбы.

Смотрите! Сквозь двери огромный провал

Кто-то внезапною тенью вбежал;

И Берен вздохнул - он один там лежал,

К камню прижавшись, неслышно дышал;

Взлетела летучая мышь в тишине

К огромным ветвям, что растут в вышине,

Средь дыма и пара взлетала она.

И, словно на грани у мрачного сна,

Едва ощутимая тень поднялась,

И тут беспокойством она пробралась,

Беду предвещая, и словно бы рок

Во мраке в толпе бесконечной потек,

Смех с голосами затихли в одну

Напряженную медленно тут тишину.

Сомнения тьма и бесформенный страх

Были теперь в их ужасных горах,

Все возрастая, в сердцах они тут

Услышали трубы, что громко поют

О забытых богах. Тогда Моргот сказал

И громом тотчас тишину разорвал:

– Тень, опускайся! Нельзя обмануть

Взор мой! И тщетно желать ускользнуть

От твоего Повелителя глаз.

Никто мой оспорить не смеет приказ.

Надежду с побегом едва ли найдет

Тот, кто незванно в ворота войдет.

Стой! Пока крылья не сжег тебе гнев,

Ты, что кружишься, те крылья надев,

Без мыши летучей внутри! Опустись!

И вот, над короной железною вниз

Кружась и во тьме содрогаясь, мала,

Берен увидел, сложила крыла

И перед троном упала она -

Слабая тень, беззащитна, одна.

Лишь Моргот великий туда заглянул

Темнеющим взглядом, он силы вернул,

Прижался к земле, заливал ныне пот

Шкуру его, но он тихо ползет

Под трона немыслимой той темнотой,

У ног его тени глубокой, густой.

Сказала Тинувиэль, голос дрожал,

Пронзительно он тишину разорвал:

– Меня привело лишь законное дело;

От Саурона твердынь я летела,

Чтоб Таур-ну-Фуина тень миновать,

Перед твоим мощным троном предстать!

– Твое имя, ты, пташка, здесь имени нет!

Саурон присылал уже новость в ответ

Недавно совсем. Так зачем ему ныне?

Зачем бы тебя он послал по пустыне?

– Я Турингветиль, и, взлетая, крылом

Тени бросаю на лике слепом

Тусклой луны обреченной земли,

Дрожащего Белерианда вдали.

– Обманщица ты, и не сможешь, поверь,

Мой взор обмануть. Так оставь же теперь

Обманную форму, одежду свою,

Стань в своем облике в руку мою!

И медленно преобразилась фигура:

Мыши летучей нечистая шкура

Освободилась и медленно пала.

Раскрытая аду, она там стояла.

И тьмою качались у тоненьких плеч

Волосы, смог ее плотно облечь

Плащ ее темный, и светом ночным

Волшебное платье мерцало под ним.

Видением страшным, преддверием сна

Тихо под своды проникла волна

Ароматов цветочных эльфийских, летя

Из долины эльфийской, где капли дождя

Сквозь воздух вечерный звенят серебром;

И жадно глядели, столпившись кругом,

Голодные твари, рожденные тьмой.

Руки подняв, со склоненной главой,

Она тихо запела, в напеве простом

Тема дремоты, охваченной сном,

И больше заклятий в ней были глубины,

Чем были когда-то у древней лощины