Чтение онлайн

Только теперь я поняла, что на прошлой планете вместе со мной скорее всего отсыпался и капитан. Ну да, во все тяжкие это не о нем. И теперь тоже испытывает несвойственный ему голод. Контроль за режимом дня взяла на себя Ной-я, а теперь она несколько дезориентирована, вот и пошел настоящий мужчина добывать пропитание сам.

— А в темноте то чего?

— Знаешь, Ледания, я тут почитал, что для активации всех функций, необходимо присутствие ответственного лица.

— М-м-м, хорошо, значит приготовить ничего не сможем, но холодильник же открывается?

— Я не могу его найти, — сообщил Домовой.

А я тут же представила, что он может даже не знает, как он выглядит.

— Так, держись за меня, — сейчас все будет.

Через двадцать минут мы дискуссировали на тему, где будем есть добытое, у меня или у него.

Победила все же его каюта, особенно после того, как он намекнул на наличие кофеварки и коллекции кофе.

У меня правда промелькнула мысль о том, что в любой момент Ной-я может очнуться, и устроить фейерверк феромонов, но все же пошла. Сама и в каюту капитана.

Не знаю, может продвинутые существа изменили систему вентиляции и кондиционирования, поставили фильтры, которые отфильтровывали все не нужное. Но в каюте Домового пахло чем-то строго индивидуальным. Именно капитанским.

Мы сгрузили добытое на тумбочку, с кофейным аппаратом и я принялась мастерить бутерброды.

Домовой, по мере возможности помогал. Правда пришлось показать, как правильно отодрать пленку с копченной колбасы, которая была словно впрессована в палку.

— Не знал, что это так трудно! — проронил он, когда его усилия увенчались успехом.

— Ты никогда ничего не готовил?

— Нет! — капитан легко признался в том, что в нашем мире считается признаком либо великой лени, либо высокого статуса.

Мы устроились в мягких креслах возле изящного журнального столика, который я заставила тарелками с бутербродами и нарезкой.

— На моей родной планете еду производят специальные заводы, и она доставляется пневмодоставкой. Выбрал, вбил заказ и минут через пять — десять получил заказанное.

— Удобно, — согласилась я, запивая первый бутерброд кофе.

Он с удовольствием вгрызся в сэндвич с колбасой, сыром, и еще сверху он прикрыл его ломтиком груши, которую я настрогала слайсами.

— Но не так вкусно, как ваша еда! — ответил он, прожевав остатки.

— Наша?

— О, да! Когда меня назначили капитаном этого судна, то в состав команды включили землянина. Ной-я тестировала всех, и только за ней оставался окончательный выбор. С точки зрения целесообразности все места в экипаже были заняты, но она снова и снова твердила, что он не совершенен.

— А почему вы слушали ее?

— Потому что в обмен на информацию, которую она подарила нашему миру, она попросила содействия в решении одной очень сложной и практически нерешаемой проблемы. То, чем она поделилась было настолько значимым для безопасности нашего мира, что объединенное правительство Содружества безоговорочно выполнило свою часть соглашения.

— Значит изначально корабль был исследовательским?

Я давно насытилась, да и капитан, отодвинул тарелку с остатками позднего пиршества от себя подальше.

Мне было уютно сидеть в кресле. Интересно слушать капитана, а еще испытывать чисто эстетическое удовольствие от созерцания красивого мужчины.

— Да, Ной-я искала лекарство.

— А землянин?

— А у землянина оказалась самая невероятная фантазия. Ной-я все время твердила, что только невероятная фантазия может помочь найти средство для исцеления.

— Да, точно, Кра говорил, что такую установку им дали, когда им пришлось покинуть собственный мир.

— Вот тогда на нашем корабле и появилась кухня. Потому что землянин был поваром и напрочь отказался тыкать кнопки синтезатора. В общем и с фантазией, и с едой у нас с тех пор был полный порядок.

— А с лекарством?

Домовой смотрел на меня таким взглядом, обволакивающим что ли. Я тут же представила мысли сытого мужчины. И слегка покраснела, потому что мое тело тоже расслабилось в удобном кресле настолько, что в своих фантазиях я уже перешла в его спальню и расположилась на кровати. Но также удобнее слушать, оправдывалась сама перед собой.

— Ледания, я тебе нравлюсь?

Если я и ожидала какого-то вопроса от капитана, то только не этого.

Я почувствовала, как краснею. Я села прямо, не в силах отвести взгляда от его глаз. Понимая, что ответить все равно придется, искала самые правильные слова. Затягивая паузу.

— Почему ты спрашиваешь? — поступила как самая настоящая еврейка.

— Может потому, что ты мне нравишься?

Меня обдало чем-то горячим и пряным, вспомнился многочлен, накарканный Зумом, и сама концепция, напугала и заставила ответить: «Вы мне очень нравитесь, как капитан!»

Прямо почувствовала, как искры над столиком заскакали.

Он улыбнулся. Так, что у меня голова закружилась и я обнаружила, что с гормонами у меня все в порядке. Хочется проверить. И кровать, и концепцию многочлена, и собственное либидо оттестировать по десятибалльной шкале.

— Хорошее начало, не находишь? — он продолжал смотреть на меня, и я поняла, что если я прямо сейчас не уйду, то конец у меня тоже будет в этой самой каюте.

— Я пойду, поздно уже?!

— Я благодарю тебя за то, что ты не дала мне погибнуть от голода! — капитан чуть переместил свой взгляд на остатки нашего пиршества, — думаю, что это останется нашей маленькой тайной?

«Ледания, о чем ты думаешь», — попыталась одернуть саму себя, и мысли, которые тут же нарисовали размер этой маленькой тайны.

— Обращайся, — хохотнула, немного истерично, — только в следующий раз едим у меня, — а сама тут же нарисовала в уме голубоглазого свидетеля и предохранителя в одном лице.

— Обязательно воспользуюсь приглашением, — мне поцеловали кончики пальцев и проводили до двери каюты.

— А-а-а, — кричала я беззвучно, лежа в своей постели, — кажется мне нравится капитан и без воздействия сигмы. — Прямо очень-очень. Но Трампин тоже нравится. Он так целуется! И тут же вспомнила губы капитана. И мозг принялся строить план для сравнения двух поцелуев. Трампина и Домового. С тем и заснула.