Чтение онлайн

— Нет никакого плана.

— Джулс, скажи ей, что ей нужен план. Дело серьезное.

— Что бы ты сделала?

— Для начала ты будешь держать своего мужчину в изнеможении, ну, знаешь, давать ему регулярно.

— Ну да. Мы часто занимаемся сексом.

— Конечно, занимаетесь. — Пэм похлопывает меня по колену. — Насколько он искусен? Не сердись и не обижайся, я счастлива с Линком, но просто хочу сказать, что Ист чертовски сексуален, и мне всегда было интересно, каков он в роли любовника. — Она ухмыляется и толкает меня коленом. Мое лицо окрашивается в десять оттенков красного. — Поделись с классом. Мы все здесь друзья. Я расскажу тебе о Линке.

Я не хочу ранить чувства Пэм, но последнее, что хочу знать о Линке, — это насколько он хорош в постели. Парень, как и его жена, страшен.

— Ист феноменален. Он всегда следит за тем, чтобы я первая получила удовольствие, прежде чем получит свое.

— Он у тебя первый?

— Пэм, прекрати допрашивать бедную девочку.

— Ты права, сестренка. Мне жаль, Уилла Мэй, но ты знаешь, что все еще можешь рассказать мне, если захочешь. — То, как она смотрит на меня, когда говорит это, заставляет меня смеяться. Она выглядит такой серьезной.

Джаспер начинает плакать в своей кроватке.

— Он, наверное, проголодался.

— Давай я его покормлю. — Пэм вскакивает.

— Давай.

— Мне, наверное, пора. Нужно зайти в магазин за продуктами, и я до сих пор не знаю, что подарить Истону на Рождество.

— Легче легкого, — говорит Пэм. — То, что он не покупает для себя. Носки, нижнее белье, новые футболки, деньги на мотоцикл. Минет. Анал. — Она пожимает плечами, и Джулс начинает смеяться.

— Ну спасибо тебе. Я собираюсь идти, если вы, ребята, не хотите пойти со мной в торговый центр?

— Возьми Джулс с собой, а я заберу ребенка к себе домой.

— Ты всегда хочешь забрать его с собой. — Джулс усмехается. — Я только спущусь и расскажу Роану о своих планах.

Я прощаюсь с сумасшедшей Пэм. Пока Джулс идет в тату-салон, чтобы поговорить с Роаном, я завожу джип, чтобы он прогрелся, и звоню Исту.

— Привет, милый, — приветствую его, как только он отвечает. — Звоню узнать, что ты хочешь сегодня на ужин, и сообщить тебе, что я еду в торговый центр с Джулс.

— Все, что ты хочешь, я не против. Купи какие-нибудь сексуальные стринги.

— Есть еще какие-нибудь пожелания?

— Главное, хорошо проведи время. Увидимся вечером. — Ист заканчивает разговор, а я кладу телефон на колени, раздумывая над тем, что написать Энди, чтобы узнать, не хочет ли она прийти завтра и помочь мне украсить дом к Рождеству. Двери со стороны пассажира и со стороны заднего водителя открываются одновременно, и двое мужчин в масках садятся в мою машину.

Мой палец нажимает на кнопку вызова, чтобы повторно набрать Исту.

— Не будь дурой. — Мужчина со стороны пассажира выхватывает мобильник, прежде чем я успеваю пошевелиться. Мужчина позади меня прижимает что-то к моему затылку, и я могу только догадываться, что это пистолет. Пульс стучит в моих ушах, и я пытаюсь дышать.

— Езжай к своей матери, — инструктирует второй мужчина.

Я слишком напугана, чтобы задавать вопросы или пытаться бежать.

Глава 25

Уилла Мэй

Пока я веду машину, мужчина на пассажирском сиденье кому-то звонит.

— Да, она у меня. Мы скоро будем там.

Что за хрень. Это моя мать их подговорила? Что, черт возьми, происходит? Я хочу задать вопросы, но боюсь, что одно неверное слово или движение может вывести ублюдков из себя. До маминого дома ехать недолго. Я ставлю джип на парковку и глушу двигатель. Чувак, сидящий сзади, выходит из машины и открывает дверь со стороны водителя.

— Не вздумай делать глупости. Я тебя пристрелю. Вылезай и иди к передней двери. Я серьезно. Если побежишь, то умрешь.

Слезы грозят пролиться, но я сдерживаю их. Я должна быть сильной ради моего ребенка. Ради Иста.

Я выхожу и делаю то, что мне говорят. Оба мужчины идут по обе стороны от меня, провожая меня до входной двери. Мужчина справа от меня не стучит, он открывает дверь и втаскивает меня внутрь. Я ахаю и прижимаю ладонь ко рту, когда вижу свою мать на коленях, связанную по рукам и ногам за спиной и с кляпом во рту, а Линн стоит над ней с пистолетом в руках.

— О, хорошо. Смотри, Алекса. Твоя дрянная дочь все-таки добилась своего. Яблоко от яблони недалеко упало. Вы обе трахались с мужчинами, которые вам не принадлежали.

— Ты сумасшедшая, — слова срываются с языка, а затем меня наотмашь бьют по лицу с громким звуком, эхом разлетающимся по комнате. Моя голова дергается в сторону, и я чувствую вкус крови на губах.

— Тебе никто не разрешал говорить, — рычит мне в ухо злобный голос.

— Свяжи ее. Как мать, — требует Линн.

— После того как мы получим наши деньги. Мы уже убрали того парня для тебя.

— Когда вся работа будет сделана. А теперь заткнись и делай то, за что я тебе плачу.

О. Боже мой. Боже. Они собираются убить нас.

— Мы хотим половину сейчас.

— Я заплачу, как только вы закончите работу.

— Нам нужно увидеть деньги.

— Ты все испортил. Никель почти рассказал Исту о ребенке, — шипит она. — Теперь выполни приказ и не облажайся на этот раз, и я дам тебе премию.

— Ист никогда не простит тебе, если ты причинишь вред ребенку, которого я ношу.

— По-моему, я сказала тебе заткнуть рот этой сучке, — рявкает Линн.

Один из мужчин хватает меня за челюсть с большей силой, чем нужно, и стискивает. Я сжимаю губы вместе, когда он пытается засунуть свои пальцы мне в рот, и кусаю его изо всех сил, отказываясь отпускать, даже когда чувствую вкус крови. Я молюсь, чтобы он не был болен, но сейчас не могу об этом беспокоиться. Кулак врезается мне в грудь, и я открываю рот, падая на колени и держась за живот.

— К черту все. — Я поднимаю голову, и второй мужчина наставляет на меня пистолет.

— Нет, дурак. Еще нет. Нам нужно, чтобы все выглядело так, будто ее мать убила ее, а потом покончила с собой.

— Какого черта ей это делать?

— Потому что у Алексы первым был Ист, и она ревнует, что он с Уиллой Мэй. А когда они умрут и уберутся с моего пути, он будет жить дальше со мной и моим ребенком.

Они начинают спорить.

— Думал, что эта сука — проблема для другой леди.

— Да, но это уберет их обоих с дороги.

Я смотрю на маму и замечаю, что она делает какие-то странные движения руками над острым углом на торцевом столике. Я упала, когда мне было три года, и рассекла бровь об этот столик. Мама тихо выплевывает кляп. Я гляжу на мужчин, когда один из них хватает меня и начинает связывать мои руки скотчем.