Чтение онлайн

При слове ‘диссертация’, что-то в моей памяти всколыхнулось, но я так и не вспомнила, что именно. Тем более что меня отвлек вопрос метра:

– И что, тебя даже совести не мучает?

– С чего бы это?
– удивилась я.
– Такими недостатками не страдаю!

– Эх, бессовестная, - вздохнул маг, - а Алеку теперь придется весь ход экспериментов начать с самого начала.

Что-то во мне сонно приоткрыло один глаз и сладко зевнуло. ‘Совесть просыпается’, - подумала я и завозилась.

– Все-таки есть она у тебя, - удовлетворенно улыбнулся маг.
– С Алеком все же нужно будет поговорить, ты же не забыла о своем обещании помочь мне? Гарантирую, что разрывать тебя на части, как он того хотел, не будет. Поостыл чуть-чуть.

– Может завтра?
– трусливо предложила я мэтру.
– Устала я сегодня.

– Бежишь от ответственности?
– предположил маг, я надула губки.
– Ладно, не обижайся. Отдыхай, а мне нужно еще поработать.

Мэтр встал, поклонился Найдин и направился к выходу, и тут я вспомнила:

– А второй вопрос? У вас же было два вопроса. Первый про змей, а второй?

Мэтр Влас повернулся уже стоя у двери и держась за ручку. Сумрачно посмотрел на меня и сказал:

– Вряд ли ты знаешь ответ на мой вопрос, но я все же задам его тебе. Скажи, как тебе удалось выжить, находясь в эпицентре огненного безумия? Без защиты, без знаний как управлять столь яростным огнем? Как, Василика?

Я задумалась, действительно, как я смогла выжить? Умных мыслей не было, был только один вопрос: ‘Как?’

– Я не перестаю благодарить Небеса за то, что сохранили тебе жизнь, Василика. Как же я им благодарен за это.

Мэтр вышел, а по моему лицу текли слезы. Кажется, совесть проснулась окончательно.

Вечером заходил мэтр Утан, чтобы проверить мое здоровье, и сказал, что завтра можно будет снять повязку. Пошутил по поводу моей лысины, но тут же заверил меня, что ресницы и волосы на голове отрастут - мэтр позаботился о том, чтобы волосяные луковицы восстановились полностью. Ну а чтобы волосы росли побыстрее - это уже к мэтру Власу и его алхимическим составам.

Тяжело вздохнула - перспектива не радовала. Мэтр Влас сердиться на меня, Алек готов разорвать на части. Он кстати ни разу не навестил меня, что наводит на определенные мысли…

Пока мэтр Утан осматривал меня, спросила, что за изменения произошли во мне. Ответ меня не обрадовал и даже напугал. Так как становление Дара во мне шло полным ходом, уже достоверно было известно, что я маг - четырехстихийник с уровнем повелителя, однако из-за случившегося произошел перекос в сторону огненной стихии. Остальные три сильно ослабли и есть вероятность, что я совсем могу потерять способность к ним. Все станет известно через пару дней, когда восстановится резерв, и мне можно будет колдовать.

Новости не утешительные, но… сделанного не воротишь.

На следующий день ближе к обеду с меня наконец-то сняли повязку. На это торжественное мероприятие собрались все. И мэтр Влас оторвался от своих важных государственных дел, и Найдин была, и Эми с мисс Маринэ присутствовали. Все с нетерпением ждали, когда я смогу открыть глаза. Только… Алек опять не пришел.

– Еще минуточку, - говорил мэтр Утан и колдовал надо мной.

Он кстати пах как заправский некромант - студеной зимней ночью с тихими нотками березового сока. Весьма приятный запах, но меня отталкивал холод, который был неотъемлемой частью его магии и сущности. Неужели и Эми когда-нибудь будет ощущаться так же?

Другое дело мэтр Влас. Он ощущался как неистовое море, где штормовой ветер поднимает гигантские волны. Хоть я никогда не видела море и штор, я точно знала, что именно запах бушующего моря исходит от мэтра. Река или озеро не подходит для передачи той мощи, которую изучает этот человек. Захватывающий головокружительный аромат, который так и хочется вдыхать.

– Ну, теперь можешь открыть глаза, - раздался надо мной голос мэтра.

Я открыла и тут же закрыла их снова. Яркий слепящий свет резал глаза. Подождала с минуту и повторила попытку - в этот раз я не зажмурилась, но часто заморгала. По щекам потекли слезы и я смахнула их ладонью.

– Это пройдет, - послышался задумчивый голос мэтра Утана.

– Не думаю, - точно так же ответил мэтр Влас.

– Да что не так?
– Забеспокоилась я и потребовала, - дайте зеркало.

Эми молча протянула мне зеркало на длиной ручке.

Первое что бросилось в глаза - моя полнейшая лысость. Но это меня не беспокоило, я свыклась с этим обстоятельством. Второе - глаза. Они поменяли цвет. Глубокие шоколадные озера - так когда-то прокомментировал цвет моих глаз Алек. Теперь же они были яркие и желтые, как расплавленное золото. Не хватает только вертикального зрачка для полного драконьего взгляда.

– Это точно пройдет?
– Спросила Найдин.

– Я не уверен, - ответил мэтр Влас.

Мэтр Утан в полной тишине продолжил осмотр. Закончив, сказал, что можно потихонечку вставать с кровати и делать непродолжительные прогулки. Переутомляться мне было строго-настрого запрещено.

Мэтры в задумчивости вышли. Я растеряно смотрела на дам, они также потрясенно разглядывали мои глаза. Но тут Эми произнесла, утешая:

– Не огорчайся, Лика. У тебя особенный взгляд - ведь такого цвета глаз нет ни у кого.

Мысль об уникальности моих глаз понравилась и я взглянула на ситуацию по-другому.

Проснулась в районе четырех часов пополудни. В комнате никого не было - Эми хотела пойти к засевшему в библиотеке мэтру Утану, Найдин и мисс Маринэ должны прогуливаться по саду. Мне лежать тоже не особенно хотелось - хотелось встать и размять косточки. Как же давно я не стояла на ногах. Проверим-ка не разучилась ли ходить.

Встала, держать за спинку кровати. Голова кружилась, ноги еле держали, но я все равно сделала первый неуверенный шаг, затем второй и третий. Ноги окрепли и я, пошатываясь, дошла до двери, вышла в коридор.

Спутая босыми ногами по ковровой дорожке, думала о хлебе насущном. Уж очень кушать хотелось. Да, обед был три часа назад и я, должна признаться, съела немало - три взрослые порции. По этому поводу вышел даже небольшой скандал - ни Найдин, ни слуга, накрывавший на стол, не поверили, что я могу съесть третью порцию. Я разревелась и ревела до тех пор, пока мне не принесли требуемое. Я съела все и даже с трудом отказалась от облизывания тарелки - не хотелось еще больше позориться перед Найдин.