Чтение онлайн

– Вперед!
– сказала я Лоренцу, и мы вместе вошли.

Когда я открыла глаза, мне показалось, что у меня что-то со зрением. Почему я стояла в антикварном магазине господина Лилиенштейна?

К моему удивлению Лоренц начал визжать, как будто встретил поп-звезду.

Я хаотично оглядывалась вокруг, чтобы найти причину его бурных эмоций. И теперь я ее тоже увидела.

За большим столом сидели собственной персоной Константин Кронворт, рядом с ним господин Лилиенштейн, Парэльсус и Ким Гёрнер, хозяин «Гостиной Шенефельде».

– Эм...- запнулась я, поняв, что мы помешали деликатной встрече. Но меня наверное не услышали, потому что Лоренц продолжал непрерывно визжать.

Когда ему пришлось сделать вдох, вдруг стало тихо, и четверо господ передо мной похоже тоже пришли в себя.

– Ну кто еще, кроме Сельмы Каспари, - вздохнул Парэльсус.

– Я тебе сразу сказал, что это дело с дверью недостаточно безопасно, - ответил Константин Кронворт, пытаясь через мое плечо разглядеть, не привела ли я подкрепление.

– Спокойно, господа, дверь была надежной, - вставил слово Ким Гёрнер.

– Не была, - ответила я совершенно спокойно.
– Адмирал тоже идёт по вашему следу. Думаю, он считает вас Красным Мстителем.

– Меня?
– удивился Парэлсус, проводя рукой по лохматым, белоснежным волосам.

Константин Кронворт начал хихикать.

– Тут он не по адресу, - он вновь захихикал.

– Ах, значит Красный Мститель это вы, - предположила я и посмотрела на него более внимательно.

Пропорции подходили, да и небольшой животик тоже явно указывал на него. Константин Кроворт подавился смехом и втянул живот, как будто догадался о моих мыслях.

Его реакция красноречиво подтвердила, что я права. Значит это он Красный Мститель, но зачем ему натягивать на себя красный костюм? Он ведь любимец Объединённого Магического Союза, и ему нет нужды бороться за свободу слова?

– Давайте помедленнее. Что вы вообще здесь делаете?
– напористо спросил Ким Гёрнер.

– Я хочу поговорить с Парэлсусом, но он уже весь год избегает меня. Кроме того, у меня было подозрение, что он сотрудничает с палатой сенаторов. Мы следим за ним уже какое-то время, чтобы выяснить, что он от нас скрывает.

– От вас скрываю? С каких пор я должен перед вами отчитываться?
– фыркнул Парэлсус.

Но я проигнорировала его негодование.

– Мне нужна информация из палаты сенаторов. С Виллибальдом Вернером что-то не так.

– Палата сенаторов!
– выкрикнул Парэлсус.
– Это всё в прошлом, моих Гройзель-крыс обнаружили, абсолютно всех. Мне вообще больше ничего не удаётся разузнать. Пришлось даже выехать из моего подвала.

– А это зачем?
– спросила я в замешательстве.

– Потому что больше нигде небезопасно, разве не понимаешь? За мной наблюдают и следят. Палата сенаторов преследует меня. Я живут теперь в Шёнефельде, там легче скрыться.

– Но вы ведь принимаете участие в исследовательском проекте?

– Да, - захихикал он.
– Палате сенаторов не терпится узнать, как работает МУП и как я создам универсальное мировое знание. Они построили в медиатеке огромную лабораторию. Больше всего им хотелось бы, чтобы я немедленно сделал для них доступными все умы магов. Но они ничего от меня не дождутся, - он скрестил руки на груди, как сердитый ребёнок.

– Значит вы не объединились с палатой сенаторов?
– озадаченно спросила я.

Неужели мои предположения действительно были настолько ошибочными?

– Я?
– Парэлсус укоризненно посмотрел на меня.
– Эти бюрократы ничего от меня не узнают. Профессор Эспндорм настояла на том, чтобы я принял участие в проекте, потому что он принесёт свежие денежки в кассу Тенненбоде. В конце концов, с каждым годом число студентов уже долгое время сокращается. Но честно говоря, я взялся за новую тему, а проект МУП 2.0 продвигается с тех пор медленно. Надеюсь когда-нибудь палата сенаторов потеряет ко мне интерес. Вот так всё просто.

– А что вы делаете здесь?
– спросила я в изумлении глядя на Парэлсуса.
– Вы планируете вместе следующую миссию Красного Мстителя? Но, собственно, зачем?
– я повернулась к Константину Конворту.
– Разве у вас недостаточно объектов искусства? Ваши читатели ждут от вас новых книг, - сказала я.

В этот момент Лоренц пришёл в себя и подошёл к столу.

– То, что я смог с вами встретиться, для меня большая честь, - заикался он, восторженно глядя на Константина Кронворта.
– Когда вы снова начнёте оформлять фасад Теннебоде? С тех пор, как ваше искусство не сопровождает меня каждый день, моя жизнь совсем померкла.

Лоернц дал волю своему патетическому вдохновению, в то время, как Константин Кронворт смотрел на него со странной смесью неверия и сдержанности.

Но он не относился к Лоренцу, как к сумасшедшему поклоннику. Вместо этого выражение его круглого лица, медленно и неудержимо, становилось всё серьёзнее, чем дольше Лоренц говорил о чёрной дыре, которая образовалась в его жизни из-за паузы в артистической карьере Константина Кронворта.

– Вот видите, - внезапно вздохнул он не менее патетично, чем Лоренц, и отбросил свои жидкие, светлые волосы назад.
– Я нужен моим фанатам, я их свет и солнце.

– Тогда возвращайтесь наконец к нам!
– умолял Лоренц.
– Я знаю, что сейчас у вас творческий кризис, но он закончится.

– Творческий кризис?
– Константин Кронворт чуть ли ни выплюнул это слово. – У меня нет никакого творческого кризиса, я всегда креативен, круглосуточно. Палата сенаторов запретила выпускать мой том стихов, - он страдальчески закрыл глаза.

Потом снова распахнул их и посмотрел на нас горящим страстью взглядом.

– Палата сенаторов запретила меня, - красноречиво сказала он.

– Что?
– я испуганно уставилась на мужчин. Но все кивнули, подтверждая его слова.

– Я слишком критически настроен по отношению к обществу и режиму, - с мрачным видом продолжил Константин Кронворт.
– Мне больше нельзя ничего делать, они повсюду распространяют слух, что у меня кризис. При этом они не дают мне работать и угрожают послать в Хаебрам, если я нарушу запреты на выступление и публикацию. Какая наглость

– Это фатально, - испуганно пробормотал Лоренц и повернулся ко мне.
– Мы должны помочь ему.