Ледяная звезда
Шрифт:
Правда, одно несомненно – ни у кого из подруг любимый человек не обладал таким скверным и эксцентричным характером, как Ривен! Девушка признавала, что ее собственный темперамент – тоже не клубника со сливками, но… от обиды это слабо защищало. – Слушай, Ривен всегда был хамом и параноиком, раньше тебя это не слишком смущало. Только не говори, что пребывала в плену якобы любимого «всеми женщинами» заблуждения, что перевоспитаешь его и заставишь измениться! Во-первых, речь о взрослом человеке, во-вторых… тебе не кажется, что изменившийся, пусть даже и к лучшему – не будет уже в полной мере тем, кого полюбила когда-то? Людям, конечно, свойственно меняться, но должен же быть… не знаю, костяк личности, позволяющий при этом оставаться собой. Ты себе представляешь Ривена в роли галантного джентльмена?
Муза издала полувсхлип-полухихиканье сквозь слезы.
– Вот именно! – наставительно одобрила реакцию подруга.
– Когда речь идет о чувствах… по крайней мере, о моих, я ни в чем ни капельки не сомневаюсь. Я люблю его и больше всего хотела бы всегда быть рядом. Но это ведь не все, верно? Как только я задумываюсь о наших отношениях, о каких-то перспективах – получается, что мы не понимаем друг друга, постоянно ссоримся, а еще он совершенно не может мне доверять! Считает поводом для скандала, если я просто улыбнусь на чью-нибудь шутку, заболтаюсь с кем-нибудь дольше положенного, да просто взгляд задержу… все это же ровным счетом ничего не значит! Но парни – ладно. Даже в чем-то лестно… наверное, должно быть лестно. Можно и потерпеть, я сама не особенно склонна любезничать с малознакомыми людьми, даже наоборот. Но последнее время мне кажется, что ему неприятны все эти новости о моем происхождении из высшего круга Гармонии, и мое участие в предстоящем турнире за титул Маэстро – тоже. Он не говорил об этом, но начинает вести себя нервно каждый раз, когда разговор этого касается. То есть, если его это действительно беспокоит – хотя я не понимаю, почему?! – я не против снять свою кандидатуру. Шансов победить все равно мало, сохранить отношения было бы важнее… но что, если я опять поняла его неправильно и дело в чем-то еще? При такой несдержанности он как-то ухитряется быть демонски скрытным, когда дело касается чувств!
Айша промолчала, да и вопроса к ней в пламенной речи черноволосой феи, пожалуй, не было. Если кого-то и стоило спрашивать, то точно не Айшу.
– Что же… кажется, на Карнавал мы теперь обе идем в одиночестве!
– Хочешь, я тебя приглашу? – коснувшись острого подбородка подруги, задорно подмигнула мулатка. – Серьезно! На Андросе довольно строгие нравы, несовершеннолетним девчонкам запрещено близко общаться с мужчинами – кроме отца и братьев, конечно – у нас на всех праздниках одни девочки танцевали. Соответственно, друг с другом, так что некоторый опыт у меня есть.
– Я подумаю, – слабо улыбнувшись, с притворным кокетством пообещала Муза. Айша театрально прижала к груди ладонь и широко распахнула странные для темнокожей островитянки аквамариновые глаза, кажется, подражая слегка наигранной галантности Санстара. – ладно, спасибо… мне уже гораздо лучше…
«Хотя ясности разговор, конечно, не прибавил ни на грош!» – но, наверное, ей просто требовалось, чтобы кто-то выслушал. Еще пару лет назад Муза ни одному человеку не решилась бы по-настоящему излить душу.
Несмотря на довольно позднее время – подавляющее большинство учениц Алфеи уже мирно спали в своих комнатах – в коридоре послышались шаги, заставившие обеих девушек озадаченно навострить ушки. Определенно, никому из учениц и даже преподавателей, как стало пости сразу ясно, эти шаги принадлежать не могли – напоминали скорее мерные удары молотом…
– Прям статуя командора! – настороженно шепнула Муза. Как правило, в Алфее даже в не слишком мирные времена было довольно безопасно, но… поневоле испугаешься чего-то, чего совершенно не понимаешь.
Наверное, Айше это тоже показалось подозрительным. Потому что принцесса Андроса с обычной своей манерой, если и опасаться чего-то, то тем более уверенно переть вперед, решительно заглядывая страхам в лицо, высвободилась из объятий подруги и, резко встав, широко распахнула дверь в полутемный коридор.
– И правда – статуя! – на миг замерев на пороге к Музе спиной, потрясенно констатировала она. И тут же, торопливо перешагнув порог, сама скрылась в коридоре. – Блум! Что случилось?
Фея гармонии тоже вскочила, торопливо вытирая лицо тыльной стороной ладони.
Как вскоре выяснилось, метания туда-обратно были явно излишними. Действительно чем-то напоминающий скульптуру драгоценный голем, довольно бережно для столь неуклюжего с виду существа держащий на руках их рыжеволосую подружку, абсолютно точно не имел враждебных намерений, но и торопливости появление эскорта из взволнованных девушек ему явно не прибавило – с тихим каменным поскрипыванием и тяжелым буханьем шагов (странно даже, что никто, кроме них, не выглянул в коридор, посмотреть, в чем дело) ожившее изваяние прошествовало как раз в их гостиную, где аккуратно посадил Блум в одно из кресел, после чего так же неспешно развернулся и с элегантностью небольшого танка попер обратно.
– Спасибо, Стоундор! – слабым голосом пробормотала ему в широкую спину рыжеволосая девушка. – С изъявлениями благодарности в адрес Вашей госпожи, уж простите, повременю, пока не знаю, не поступит ли завтра в полицию заявления, что из ее номера пропала серебряная ложка от фамильного сервиза, а никто, кроме нищей выскочки-стипендиатки, уж точно не додумался бы стащить… или еще что-нибудь в этом роде.
Ненадолго остановившись, голем повернул голову и какое-то время изучал Блум непроницаемыми глазами-кристаллами. Насколько Муза знала, каменные создания все понимали и были вполне разумными – не считая полного повиновения создателю – но разговаривать почему-то никогда не умели, оттого общаться с ними, как с людьми, было немного странно.
– Блум, да что произошло? – с нажимом повторила вопрос Айша. – Ты на зомби похожа!
Откинувшись на спинку кресла, огненная фея услало закрыла глаза, подняв иссиня-бледное лицо к потолку.
– Все уже в порядке. Почти полном… завтра загляну к доктору Офелии, только завтра, сил уже нет, да и спят все, наверное…
Офелия преподавала на третьем курсе целительство и одновременно исполняла функции школьного лекаря.
– Блум! – еще раз строго воззвала Айша. – Сейчас же! Если эта кикимора хоть что-то тебе сделала, я ее лично в ближайшем болоте притоплю!
В утоплении Диаспро, как Айша когда-то не без смущения призналась, у нее тоже был некоторый опыт. Когда ей было лет тринадцать, на Андрос прибыла делегация с Эраклиона, в которой оказался не только король, но и четырнадцатилетний принц Скай, а так же, уже формально принятая в семью леди Ди. Видимо, у джемиллийской принцессы уже тогда наличествовала некоторая неприязнь к рыжеволосым девчонкам, Айша точно и не помнила, из-за чего разгорелся конфликт, только то, как фарфоровая куколка во всеуслышание назвала подругу Айши – Энн, как раз рыженькую и голубоглазую, «ведьмой», за что возмущенная островитянка, не сдержавшись, ее толкнула, не рассчитав силы и уронив гостью во внутренний залив двора – довольно глубокий в то время года. На Андросе все жители плавать учились раньше, чем ходить, поэтому и принцессе в голову придти не могло, что ее ровесница, вроде бы, совершенно здоровая физически, может держаться в воде не лучше булыжника… впрочем, наряд Диаспро, расшитый драгметаллами и камнями, и неплохого пловца утянул бы на дно! Скандала между королевствами удалось избежать, но от родителей Айше влетело за недостойное принцессы поведение по полной программе. Иногда она даже думала, что как раз после того случая отец и решил отослать Энн с ее якобы «дурным влиянием» – о судьбе своей подруги детства Айша так до сих пор ничего и не знала.
– Нет, – не открывая глаз, Блум слабо усмехнулась. – пока похоже на то, что как раз наоборот… На меня опять шлепнулась с карниза сосулька, представляете? Хотя, конечно, второй раз еще не тенденция…
– За ведьмами должны следить, ты знаешь, – не слишком уверенно возразила Айша. – ты уверена, что стоит ждать утра? Может, нам позвать госпожу Офелию сюда, что-то мне не нравится твое состояние…
– Если бы ты видела мое состояние еще полчаса назад, понимала бы, что сейчас оно просто замечательное. Устала просто… не поможете мне в комнату пройти? Боюсь разбудить Флору, а она уж точно начнет суетиться – как-то неохота быть подопытным материалом в ее Целительской практике.