Ледяная звезда
Шрифт:
Все еще с крайне скептическим выражением Айша кивнула. Муза честно попыталась внести свою лепту, но помощи от нее не было почти никакой – черноволосая фея была миниатюрной и еще более хрупкой, чем сама Блум, несмотря на худобу, в ослабленном состоянии показавшаяся мелодийке довольно тяжелой. Впрочем, Айша-то как раз прекрасно справилась и без помощи, все, что могла Муза – помочь поудобнее перехватить Блум за пояс, руки рыжеволосой феи забросив поддерживающим ее подругам на плечи.
Заверения о якобы прекрасном самочувствии ей тоже как-то не внушали доверия, но не тащить же огневку к доктору Офелии силой.
А фея ведь и не помнила, чтобы с тех пор, как у них появились энчатиксы, кто-нибудь из подруг или она сама чувствовали себя плохо! В смысле здоровья, конечно… Муза-то полагала, что теперь Целители им не нужны…
– Может, кто-то из вас слышал про эту теорию психотерапевтов, – еще тише пробормотала Блум, сев на свою кровать в освещенной только проникающим через дверной проем из гостиной светом комнате. – ну, что все конфликты между людьми происходят потому, что люди как бы на разных языках разговаривают. Называют одни вещи разными именами или разные – одинаковыми, отсюда непонимание и все такое. Вроде как собаке хвостом махать – выражение радости, а ворчать – злобы, а коту в точности до наоборот. А я вот чего не могу понять – как тогда отличить человека, с которым просто мыслишь по-разному от… просто сволочи?
– Не вижу противоречия! – в тон тихо буркнула мулатка. – Ведьмы тоже в силу своих характерных особенностей исключительно портят всем жизнь – что, кому-то должно быть легче от того, что это просто отличный от других способ взаимодействия с окружающим миром? По-моему, нет…
– Вот и, по-моему – тоже, – призналась рыжеволосая фея, растягиваясь на кровати и закрыв глаза. С легким недоумением переглянувшись, Муза и Айша на цыпочках вышли из спальни соседок.
– А ведь такое непонимание может быть и между близкими людьми… никто из которых на самом деле вовсе не сволочь! – запоздало возразила фея мелодии.
– Возможно. Но близкие и нормальные люди гнобить друг друга только из-за разночтений не станут. А посторонние… да мне нет никакого дела, какие у них мотивы и оправдания! Каждый есть то, что он делает.
– Спокойной ночи, – коснувшись кончиками пальцев ладони Айши, тихо сказала брюнеточка. – и спасибо, что выслушиваешь, когда меня переклинивает.
– Перестань, – Айша пожала плечами. – я помогла бы тебе, если бы знала – как, но эти разговоры не помогают ничем. Если для тебя это важно, я всегда готова поговорить о чем бы то ни было, просто, чтобы по-настоящему чего-то добиться, надо делать, а не рассуждать.
– Для меня это важно. Очень.
– Все будет хорошо, Муза. Ты всегда справлялась, справишься и сейчас. Спокойной ночи.
«Очень хотелось бы в это верить».
Техна уже спала, зафиксировав на лице, словно оригинальные очки, что-то вроде половинки металлического кольца, у левого виска помигивающее зеленым огоньком. Называлось изобретение гипновизор и, судя по не вполне понятным разъяснениям, помогало не то записывать свои сны, не то, наоборот, загружать и смотреть желаемые по выбору, как фильмы с микродисков. Впрочем, в исполнении самой киберфеи описание функций прибора длилось где-то сорок пять минут, но за счет понимания, как минимум, процентов пятнадцати слов и терминов, Музе удалось отфильтровать, как ей казалось, основной смысл в довольно лаконичной форме. На цыпочках прокравшись к своей кровати, девушка сгребла с покрывала «змеиный клубок» наушников и нотные черновики, переложив эту кучу на прикроватную тумбочку и мысленно пообещав себе завтра же с утра навести порядок, и тоже улеглась.
Следовало все же расспросить Блум толком, но как, когда та просто на ногах не стояла от усталости?
Разбудил девушку негромкий сам по себе хлопок, за которым, однако, последовал стук и шелест, по которому можно было интуитивно догадаться даже в полусне, что сложенные на тумбочку вещи теперь весело осыпаются на пол.
– Кико, цыц! – недовольно буркнула Муза… и окончательно проснулась от своего голоса. Техны в комнате уже не было, но, нагнувшись на пол за плеером, наушниками и бумагами, фея не обнаружила и кролика, обычно оказывающегося главным подозреваемым в мелком бытовом хулиганстве. Даже под кровать на всякий случай заглянув, не обнаружила. Пикси тоже не было – должно быть Диджит ушла вместе с Техной, а Тьюн, как это часто бывало, гостила у госпожи Дю Фор, такой же чопорной и утонченной дамы из преподавательского состава, совместно с которой уже больше года порывалась привить Музе великосветский этикет. Черноволосая девушка в упор не понимала, зачем этот «предмет» изучать в магической школе, да и любая манерность казалась ей формой обычного лицемерия, поэтому никогда в этом не блистала, но пикси была неуклонна. Особенно с тех пор, как выяснилось высокое происхождение Музы, якобы обязывающее к соответствующему поведению.
Да и не стали бы ни Тьюн, ни Диджи ничего ронять!
Свесившись с кровати и еще раз собрав разбросанные вещи в более-менее компактную кучу, девушка разогнулась, собираясь вернуть их на место, но только теперь заметила на поверхности тумбочки какой-то странный конверт. Единственным опознавательным знаком было ее собственное имя со старательностью пятилетнего ребенка выведенное печатными буквами, а внутри…
Из общежития Муза вылетела, проигнорировав «доброе утро» кого-то из соседок и на ходу натягивая первую подвернувшуюся одежду – если бы не привычка бросать ее на спинку кресла, где брючки и яркий кардиган первым делом бросились в глаза, стоило вскочить с кровати, наверное, могла вообще про них забыть, вылетев на улицу в ночнушке и тапочках. Впрочем, едва переступив порог, все равно изменила форму, широко распахнув крылья, и вихрем пронеслась над припорошенными ночным снегопадом верхушками окрестного лесопарка, потом над потемневшими водами озера и, наконец, едва не смахнув с балкончиков небоскребов студгородка все наиболее легкое из оставленного там хлама. Только когда дома поредели, пропуская к стоящему немного особняком на окраине города миниатюрному псевдо-замку, покрытому сегодня снегом, словно праздничный пирог сахарной пудрой, фея немного снизила скорость. Совсем немного.
– Не желаешь объясниться?! – весьма оригинально поприветствовала она взъерошенную сонно хлопающую глазищами Дарси. И болезненно поморщилась, коснувшись кончиками тонких пальцев виска. На левой скуле у нее Муза разглядела ссадину.
– Изыди, психопатка, – тоже проявив редкостную вежливость, пробормотала темная ведьма. Фея в бешенстве заскрипела зубами, встретившись с полным непонимания взглядом – вряд ли даже у этой особы получилось бы прикидываться столь виртуозно, кажется, Муза и правда подняла ее, не позволив окончательно проснуться. – что ты вообще несешь?
Брюнетка яростно швырнула в нее вскрытым конвертом. От удара фотокарточки, запечатлевшие Дарси в компании Ривена, разлетелись во все стороны. Ведьма слегка отшатнулась.
– Ну и что это? – в заторможенном состоянии и с слегка помятой физиономией изобразить особо ядовитый скептицизм не получилось, хотя все возможные усилия были приложены.
– Я, в общем-то, и спрашиваю, что это! – рявкнула Муза. Оконные стекла за бархатистыми черными шторами жалобно задрожали, а Дарси снова болезненно сморщилась. Какое-то время ведьма заторможено всматривалась в один из снимков, судя по выражению лица, пытаясь вспомнить, почему изображенные там люди кажется смутно знакомыми. – Ну!
– Не нукай, не запрягла. Бетти! Что вчера было?!
Из-за ее левого плеча выпорхнула помесь крупной пикси и летучей мыши.
– Вчера был девятнадцатый день Тритона, пятница! – бодро отбарабанило существо писклявым на грани ультразвука голоском, заставив Дарси в очередной раз скривиться.
– Спасибо большое! – с сочащейся сарказмом горячностью поблагодарила ведьма. – Но я вообще-то спрашивала, что вчера происходило!
– Тогда так и следовало сформулировать запрос, мистрис! Вчера… ох, для систематизации событий по всем мирам понадобится некоторое время. Вчера на Земле режиссер И. Страффи, которого критики уже называют «итальянским Миядзаки», объявил о начале съемок продолжения всемирно известного сериала, с которого, как многие знают, началось его восхождение в кинематографе! – по-дикторски бодро затараторила Бетти. – Напоминаем, что главным сценаристом назначена победительница международного конкурса идей для продолжения истории из России, пока известная исключительно по псевдониму Саламандра, а художественным дизайнером – другая россиянка, Альмарексия. Продюсеры выражают надежду, что международное сотрудничество поможет обеспечить свежее веяние и оригинальность в многолетний проект. Напомним, что, по крайне скудным прогнозам, на первый план в следующем сезоне сериала будут выдвинуты персонажи, ранее остававшиеся…
Фея и ведьма в поразительно единодушном шоке уставились на «мышку». Запал Музы почти полностью испарился от такого возмутительного игнора, хотя, направляясь сюда, она была уверена, что готова придушить Дарси, даже не позволяя себя отвлечь болтовней! Но черная пикси, кажется, оказалась под стать хозяйке – кому угодно в два счета мозги заморочит!
– Чего-чего? Какой еще Страффи? Причем тут вообще какой-то сериал?! – наконец слегка деревянным голосом осведомилась ведьма. Бетти пискнула, испуганно выпучив огромные вишневые глазищи и даже слегка шлепнув себя крошечной ладошкой по губам.