Чтение онлайн

На самом же деле Алексей не давал о себе знать уже давно. Елена воображала самые страшные картины, теряла аппетит и сон. Ей ужасно хотелось нарушить данное слово и связаться любыми путями с Парфеновым. Однако тревога за мужа и воспоминание об убийственно-мрачном взгляде полицейского удерживали ее от этого шага. Елена отвлекалась на поиски новой работы, но именно в этот день она с утра весь день находилась дома. Настроение паршивое. Более того, приходилось изо всех сил сдерживать чувства, чтобы не дать отчаянию охватить ее. Телефон молчал. Елена неотрывно думала о муже, пыталась представить, где он может быть, и неизменно в ее мыслях возникало что-то мрачное, охваченное тревожным туманом. Она не находила себе места, и в то же время у нее не было ни сил, ни желания куда-то идти.

Виной всему был визит, который нанес ей накануне вечером странный человек по фамилии Мордовцев. Он застал ее врасплох, когда Елена принимала душ. Неожиданный звонок в дверь встряхнул ее, точно удар током. Молодая женщина с трудом удержалась, чтобы прямо из ванны не броситься открывать. Воображение нарисовало, конечно же, Алексея, измученного, одинокого, нуждающегося в помощи.

Но на пороге стоял незнакомый полноватый человек в темном костюме. У него были веселые глазки, пухлые губы и солидный бархатный голос. Он умело им пользовался, и уже через минуту Елена испытывала к нему полное доверие.

– Адвокат Мордовцев, – представился гость. – Пришел вот с вами пообщаться. Поддержать, так сказать, в трудную минуту… Ведь наше название происходит от латинского адвокатус, что значит – призывать на помощь. Услышав такой призыв, я поспешил, и вот я здесь. Где нам удобнее будет поговорить?

Елена никого не призывала, но тем не менее провела Мордовцева в комнату и даже предложила чаю.

– Воздержусь, – покачал головой гость. – После шести не принимаю даже воды. Жесткий режим. Борюсь с излишним весом, знаете ли. Сегодняшний тренд – человек спортивного склада, подтянутый, энергичный, с жемчужными зубами. Тот, кто не вписывается в соответствующие стандарты, проигрывает и в деловом отношении. Мелочей не существует.

Он так заморочил Елене голову, что она уже ни секунды не сомневалась в добрых намерениях этого располагающего к себе человека. Правда, она не могла никак взять в толк, откуда он прознал о ее бедах, но Мордовцев не давал ей сосредоточиться и все болтал и болтал.

– У вас благородная профессия, – неожиданно объявил ей адвокат. – Вы тоже спешите на помощь людям. И в снег, и в зной, так сказать… Забывая о собственных невзгодах. И как это прискорбно, что подобная самоотверженность еще не оценена по достоинству. Стыд и позор, если работа врача и учителя в стране не оценена по достоинству. Я вижу, вы живете небогато…

– Откуда же взяться богатству, – удивилась Елена. – В роду наследных принцев не было. Ни у меня, ни у мужа. Ну и вообще, проблемы…

– М-да, проблемы! – подхватил Мордовцев, и взгляд его затуманило. – Собственно, о ваших проблемах я и пришел поговорить. Наслышан, наслышан, Елена Игоревна! И от души сочувствую! Но наша профессия – это не эфемерные чувства, а вполне конкретные мероприятия, и вот ими мы и займемся. Только давайте условимся сразу – вы мне всемерно помогаете, иначе положительного результата просто не будет. Лады?

Елена не возражала, хотя не вполне понимала, чего от нее хотят. Но Мордовцев быстро прояснил свою позицию.

– Елена Игоревна, признайтесь откровенно, – сказал он проникновенно, кладя ей на ладонь свою пухлую горячую руку, – вам известно, где сейчас находится ваш муж?

Получив отрицательный ответ, адвокат огорчился.

– Главное условие, Елена Игоревна, – заметил он, – это полное доверие между защитником и клиентом. В противном случае я просто не смогу плодотворно работать!

– Но я на самом деле не знаю, где Алеша! – растерянно сказала молодая женщина. – Все это так ужасно. Мне так хочется, чтобы этот кошмар поскорее закончился, но я не знаю, что делать.

– Я знаю! – заявил Мордовцев. – Нужно перевести ситуацию в правовую плоскость. Это первое условие. Я не могу осуществлять свою деятельность, пока подзащитный пребывает в своем нынешнем статусе. Преступник, объявленный в розыск, – это, знаете ли…

– Он ни в чем не виноват, – робко напомнила Елена.

– Мы должны громко заявить об этом! – с энтузиазмом воскликнул Мордовцев. – Но только после того, как ваш муж выйдет из тени. Сейчас ни о каком доверии к нам и речи быть не может, вы же понимаете. Мы должны выстроить систему защиты – мы все. Поэтому мы должны встретиться и сесть, как говорится, за круглый стол.

– Но что же я могу сделать? – робко спросила Елена. – У меня нет связи с мужем. Я не знаю, где он прячется. Не у родственников точно – я уже всех обзвонила. И потом… Все так неожиданно… Вот вы адвокат. Я не представляю, сколько могут стоить услуги адвоката…

– Не об этом нужно думать, золотко мое! – с пафосом воскликнул Мордовцев. – Человеческая судьба решается. Это стоит любых денег.

– У нас нет любых, – сказала Елена. – Наверное, вы зря беспокоитесь.

– Я не в том смысле, – отмахнулся как от надоедливой мухи адвокат. – Я не деру с клиентов три шкуры. А вам тем более готов сделать значительную скидку. От вас требуется только одно – пойти мне навстречу. Вы готовы?

– Я готова, но я не знаю, где муж, – просто ответила Елена.

Они еще какое-то время переливали из пустого в порожнее, причем у Елены окрепло ощущение, что настойчивый гость ей абсолютно не поверил. Уходя, он еще раз сказал ворчливым тоном:

– Как только свяжетесь с мужем, тут же дайте мне знать. Просто позвоните в коллегию адвокатов и спросите Мордовцева. Не тяните – как только получите информацию, сразу вперед!

Он ушел, оставив Елену в еще большем недоумении. К счастью, поздно вечером ей позвонил Парфенов, чтобы узнать, как дела. Узнав о визите адвоката, он расспросил о подробностях разговора и посоветовал контактов с незнакомыми людьми не поддерживать.

– Исходя даже из того факта, что под личиной адвоката, работника социальной службы или даже полицейского может скрываться банальный мошенник, вам следует быть осмотрительнее, – сказал он. – Не открывайте дверь кому попало. А на советы этого Мордовцева плюньте с высокой колокольни. Это наверняка какой-то провокатор. Сидите тихо. Все будет в порядке. Я скоро к вам зайду.

Но дальше все пошло наперекосяк, будто Елену кто-то сглазил. Правда, она послушалась совета Парфенова и весь следующий день решила провести дома, быть настороже и никому не открывать. Однако вести себя благоразумно удалось примерно до одиннадцати часов дня, когда зазвонил дверной звонок. Елена осторожно приблизилась к двери и, вспомнив, что ее собирался навестить Парфенов, посмотрела в глазок. Тут же сердце ее учащенно забилось, потому что за дверью стоял муж! Она поспешно отперла замок. Алексей ввалился в прихожую, исхудавший и не слишком хорошо выбритый, с ошалелыми глазами. Тут же у порога они принялись обниматься. Из глаз Елены хлынули слезы.

– Не плачь, не плачь! – забормотал Веденеев, неловко пытаясь вытереть супруге щеки ладонью. – Все хорошо. А я все это время у соседа был. Скучал страшно! Ты рядом, а увидеть нельзя. Парфенов запретил. Боже, какой я был дурак! Я так тебя мучил!.. Да черт бы со всей этой работой! Пускай подавятся! Только теперь, наверное, поздно… Скажи, как ты? Парфенов говорил, что к тебе приходил какой-то тип…

– Да, но это неважно…

– Это очень важно! Если тебе будет грозить опасность, позвони мне обязательно! Я тут же буду рядом!