Легальная дурь
Шрифт:
– Ну, в общем, я подумал, что не стоит сразу беспокоить всю эту ораву, – Парфенов махнул рукой. – Толку от них… Каждый под себя гребет. Наши заботы им не интересны. А мне главное – соседа из тюряги вызволить. Такая у меня сверхзадача. Ну и попутно второго соседа на его место отправить. Это уже в качестве бонуса. Такие вот у меня планы. Ничего глобального, все в пределах одного подъезда.
Дронов скептически хмыкнул.
– И решить эти проблемы я хочу сам, – продолжил Парфенов. – Хватит тебя подставлять. И так уже перебор.
– Да не парьтесь, Алексей Сергеевич, – сказал Дронов. – Если бы я не хотел…
– Да все понятно, – поморщился Парфенов. – Только если объективно, мне-то уже все по барабану, а тебе еще служить и служить. Еще много чего впереди. Ты и не знаешь, что там впереди. Может, там такое… Не стоит сразу ставить на себе крест. Ну, в общем, ты понимаешь.
– Впереди то ли есть, то ли нет, – отозвался Дронов. – А вам сегодня помощь нужна. Сами меня учили – спина должна быть прикрыта. Вот я вам ее и прикрою.
– Тоже правильно, – вздохнул Парфенов. – Это называется, научил на свою голову. Ладно, поехали!
– Где встанем? Вдруг кому-то не понравится, что мы торчим под его окнами? Тут, кажется, не принято оставлять машину на проезжей части. Могут заинтересоваться.
– Ничего, в этом случае я найду, что сказать, – пообещал капитан. – Живо отобью интерес. Поехали.
Они спустились с холма, проехали мимо дома с бордовой крышей и через полсотни метров остановили машину. Рядом располагался участок, огороженный живой изгородью, с двухэтажным строением в глубине. Возле крыльца резвилась большая черная собака. Людей видно не было. На появление постороннего автомобиля никто не прореагировал.
– Расслабься, – сказал Парфенов, поглядывая назад. – Здесь живут люди, которым все по барабану. Шкура как у носорога. Начинают чесаться, только если к ним лезут непосредственно в карман. О чем думаешь?
– Да ни о чем, – неохотно сказал Михаил. – Страшновато, если честно. Персоны все-таки…
– Персоны, – кивнул Парфенов и добавил с чувством: – Мать их…
Неожиданно в зеркале заднего вида появилось яркое пятно. На вершине холма возник вишневого цвета автомобиль и быстро понесся вниз к поселку. Парфенов сжал плечо напарника. Дронов вывернул шею и напряженно уставился на приближающуюся машину.
– Едет! – почему-то шепотом произнес Парфенов. – Едет, сукин сын! Ну, держись, Мишка!
Темно-вишневый «Фольксваген» въехал на улицу поселка, притормозил возле дома с бордовой крышей и свернул во двор. Было видно, как он подкатывает к крыльцу, и из него выходит Тарантино в сером плаще под пояс. Захлопнув дверцу, мужчина быстро огляделся по сторонам и взбежал на крыльцо. В правой руке он держал невзрачный полиэтиленовый пакет.
– Все! Теперь ноги в руки, и вперед! – скомандовал капитан, резко открывая дверцу автомобиля.
Следом за ним выскочил из машины и Дронов. Доставая на ходу пистолеты, они побежали вдоль живой изгороди к дому Варламовой.
– Поверишь ли, – выдохнул на бегу Парфенов, – как увижу этого поганца, так руки чешутся придушить его на месте! Такую вот личную неприязнь испытываю к этому клоуну, каюсь…
Дронов не ответил. Он был сосредоточен и слегка бледен. Видимо, не слишком спокойно было у него на душе. Но капитан был уверен, что назад он уже не повернет – так же, как и в тот раз, когда пришлось стукнуть свою машину.
Они промчались через двор, взлетели на крыльцо. Дверь была открыта. Они проникли внутрь. Внизу никого. Тихо потрескивал камин.
– Наверх! – почти беззвучно скомандовал Парфенов, и они побежали по лестнице на второй этаж, стараясь не грохотать каблуками.
В какой из комнат дочка Варламова принимала Тарантино, капитан не знал, а потому наверху разошелся с напарником, и они принялись обследовать комнаты по обе стороны коридора. Неожиданно из-за самой дальней двери донеслись возбужденные голоса. Парфенов прибавил шагу и бросился туда. Голос ненавистного Тарантино он узнал сразу. Женский был ему незнаком, но интонации показались ему истеричными. Парфенов подбежал к самой двери и остановился.
– Нет бабла – нет товара, – довольно громко заявил невидимый Тарантино. – Ты девочка деловая. У тебя свой бизнес, должна понимать.
– Говорю, отдам! – с надрывом ответила «девочка». – Что за дела? Ты мне не веришь?
– Хочешь откровенно? – с холодной издевкой спросил Тарантино. – Я нарикам вообще не верю. А тебе тем более. Разговор с вами может быть только один – бабки вперед.
– Да ты понимаешь, с кем говоришь, сволочь?! Я дочь мэра! Я отцу скажу – он тебя в порошок сотрет!
– Ну да, скажи, – спокойно отозвался Тарантино. – Папа, я тут на иглу подсела, а плохой дядя мне героин в долг не дает… Так, что ли? Скажи, я не возражаю. Обрадуй папу!
Парфенов оглянулся и увидел в глубине коридора Дронова. Он поманил его рукой и опять повернулся к двери.
В переговорах наступила короткая пауза. Видимо, дочка переваривала сказанное. А потом опять заговорил Тарантино.
– Ты давай решай, что делать! – покровительственно сказал он. – У меня времени нет с тобой тут торговаться. Нет так нет. Тогда я пошел. Только я точно знаю, что бабки у тебя имеются. Просто нужно иметь мужество с ними расстаться, детка! Ваша порода привыкла, конечно, что все на халяву, но моего бизнеса это не касается. С моего бизнеса даже полиция кормится. Поэтому я долгов не прощаю. Так будешь платить?
– Да подавись, скотина! – каким-то усталым голосом ответила Варламова. – Вон твои бабки, под подушкой, слева… Порошок давай!
– Сейчас, – с воодушевлением произнес Тарантино. – Сейчас – только взгляну, что тут у нас…
Послышались шаги, легкий шум, шелест полиэтилена. А потом Тарантино объявил совсем веселым тоном:
– Ну вот, другое дело! А то денег у нее сейчас нет! Когда это у вас денег не было? Держи свою отраву, наслаждайся!
– Стоять! – зло выкрикнула Варламова. – Я должна посмотреть, что ты мне принес. Вдруг это фуфло какое…
«Пора!» – подумал Парфенов и шагнул через порог.
– Руки! – угрожающе крикнул он, поднимая пистолет. – Всем оставаться на месте! Стреляю без предупреждения!
Он одним взглядом охватил небольшую комнату и две фигуры в ней – женскую возле столика, на котором были разбросаны пакетики с белым порошком, и мужскую, расположившуюся на диване. В тот момент, когда Парфенов ворвался внутрь, Варламова с нетерпением перебирала полученный товар, проверяя, не обманул ли ее нахальный гость, а Тарантино с дивана наблюдал за ней, брезгливо выпятив нижнюю губу. При этом он засовывал в карман последнюю пачку денег. Они были слишком заняты своими делами, и Парфенов свалился на них как снег на голову.