Легат Пелагий
Шрифт:
— Сюда! — прошептал Кот, ныряя в какой-то люк. Крутая лестница уводила вниз, в темноту. Во след за Саладином со страшной скоростью ринулся Тиан Обержин, за ним спускался Робин, поддерживавший Бабушку, которая уже порядком выбилась из сил. Лестница уводила все дальше, они спускались, держась за шаткие перила и стараясь не провалиться вниз. Наконец, лестница закончилась. Кот соскочил с последней ступеньки на что-то твердое и попытался оглядеться. В кромешной темноте даже острое кошачье зрение разобрало лишь неясные очертания каких-то тюков, ящиков и бочек.
— Мы в трюме! — объявил Саладин. — Располагайтесь со всеми удобствами!
Усталая Бабушка в изнеможении опустилась на какой-то сундук. Ей вспомнился старый стишок:
Когда бы взялся я за ум, Я б закопался в темный трюм, Уселся б посреди тюков, Поплыл бы в даль и был таков!Глава 14
Потянулись длинные, скучные дни, не отличимые от столь же длинных и скучных ночей. В трюме все время было одинаково темно. Кот отыскал ящик сальных свечей, но Бабушка разрешала зажигать их только в самом дальнем углу, чтобы случайно не привлечь внимание какого-нибудь сарацина. Съестных припасов под рукой оказалось множество. Бочки с водой и солониной соседствовали с мешками с рисом, который, правда, негде было варить. Имбирь и фиги перемежались с амфорами масла, а перец и пряности — с сухарями и изюмом. Из всех этих продуктов Тиан Обержин готовил изысканные холодные завтраки, обеды и ужины. Единственное неудобство было от отсутствия тарелок и вилок.
Спальные места были оборудованы Бабушкой с обычной обстоятельностью. Каждый получил роскошное ложе на сложенных стопкой персидских коврах, с шелковыми подушками и бархатными одеялами. Все это было взято из сарацинских запасов, хранившихся в трюме.
Роясь в сундуках и ящиках, нагроможденных повсюду, Робин нашел великолепную астролябию и таблицы фаз луны. Коту попалось несколько дамасских сабель и четыре острых ятагана. Бабушке тоже посчастливилось сделать ценную находку. В поисках мыла она наткнулась на ларчик полный жемчуга! И все-таки самое ценное открытие совершил, сам того не желая, Тиан Обержин.
Однажды он подошел к Коту с каким-то рулоном и спросил неуверенным голосом:
— Мсье Саладин, могу ли я позволить себе использовать этот пергамент вместо скатерти?
— Сейчас посмотрим! — сказал Кот и развернул находку повара. Сразу же глаза его расширились от восхищения:
— Это же карта! — воскликнул он. — Великолепная старинная карта Средиземноморья!
— И к тому же, — заметил подошедший к ним Робин, — это не арабская карта. Смотрите на латинские надписи!
Он вдруг заметил рисунок, украшавший левый верхний угол карты: два всадника в доспехах, скачущие на одной лошади.
— Это же печать тампилеров! — вскричал Робин.
— Здесь, на сарацинском корабле? — не поверил Кот.
— Да! И тут что-то еще написано по поводу владельца карты, — проговорил Робин, пытаясь разобрать готические буквы. — Путевой документ Гийома из Шартра, смиренного пилигрима.
— Гийом Шартрский? — вскричал Кот. — Это же Магистр тамплиеров!
— Тот самый, мертвую руку которого мы нашли в Эксмуте!
— Значит, карта досталась сарацинам вместе с прочими трофеями, после разгрома под Мансурой, — высказал предположение Кот. — Посмотрим, есть ли на ней еще записи.
— Есть! И много! — радостно сказал Робин. — Все поля исписаны мелким почерком. Только разобрать его будет непросто…
От расшифровки записей на карте Робина и Кота оторвало только настоятельное приглашение к столу. Вместо скатерти Тиану Обержину пришлось использовать кашемировую шаль, найденную в одном из тюков. За едой Кот то и дело заглядывал в карту, за что даже получил замечание от Бабушки.
— Если все время отвлекаться, может случиться несварение желудка! — строго сказала она.
Тем не менее, когда был подан десерт из меда, изюма и грецких орехов, Кот уже успел перевести одну удивительную фразу: «В пустыне под Аскалоном сокровище было возложено на верблюдов».
— Какое сокровище? — спросил Робин, дожевывая десерт.
— Ну разумеется, сокровище тамплиеров! — с важным видом ответил Кот. — Я уже научился читать готические буквы и сейчас вам все переведу!
Робин и Бабушка устроились поудобнее и приготовились слушать.
— «Малый крест указывает на старую сокровищницу в Святой земле…» — читал Кот.
— Вот он, Малый крест, — нашел Робин на карте. — Где-то между Яффой и Капернаумом… Может, это замок Крак?
— Слушайте дальше, — продолжал Кот. — «После вторжения Саладина Капитул постановил укрыть золото в Аскалоне. Но по пути туда братья услышали, что крепость пала. В пустыне под Аскалоном…»
— Про верблюдов мы знаем, вот это место на карте! — перебил Робин. — Здесь пунктирная линия от Малого креста поворачивает и ведет на север, к Акре.
— Имей терпение! — назидательно сказал Кот. «Караван прибыл к замку Паломника. Капитул принял предложение короля Ричарда укрыть сокровище в Англии. Был нанят когг „Орел Бремена“…»
— «Бременский орел»? — тут уже даже Бабушка вскочила с места и стала заглядывать через плечо Кота.
— «Лазутчик ассасинов был на корабле. Английские братья укрыли Сокровище в надежном замке в Корнуэлле. Лазутчик проник в тайну Сокровищницы, но не смог овладеть золотом.»
— Здесь наверняка говориться о нашем Загадочном замке! — воскликнул Робин.
— Зато больше, к сожалению, здесь почти ничего не говорится, — проворчал Кот. — Вот последняя фраза: «Вчера он виделся с Легатом.»
— И это все? — разочарованно спросил Робин.
— Все! — подтвердил Кот.
— Какой же мы можем сделать из этого вывод?
— Совершенно очевидный, — важно сказал Кот, — Гийом Шартрский предчувствовал скорую гибель и хотел передать своему преемнику тайну Сокровища тамплиеров, а также предупредить об опасности, которая грозит ему. Могу предположить, что Легат Пелагий, узнав о кладе тамплиеров, пытался заставить Магистра Гийома передать ему это золото. А когда Гийом отказался, он был убит асассином!
— Но ведь Сокровище так и осталось в Загадочном замке!
— Видно что-то помешало асассинам и Легату овладеть им. Но не исключено, что кто-то из их потомков до сих пор охотится за кладом! — мрачно сказал Кот.
— И эти кто-то — наши разбойники с волкодавами! — заключила Бабушка. — Я уверена, что они съели несчастного Бумберга! На такую жестокость способны только ассасины!
— Но кто же был этот лазутчик? Может быть, это горбун, который убил Гийома Шартрского и шейха Ас Саббаха? — спросил Робин.