Чтение онлайн

Лил повел плечами.

— Зачем тебе, Беанна? — спросил он.

— Раз спрашиваю, значит, надо! — огрызнулась она. — И поторопись, пока градоначальник не передумал!

Ничего не понимая, Лил тем не менее назвал недавно всплывшее в памяти имя. Поскольку драконы произошли от людей, то и язык у них остался прежним, и имена — пусть немного устаревшими, но вполне человеческими.

— Вилхе? — изумилась Беанна, и Ариана с не меньшим недоумением посмотрела на него. — «Сильная воля»?

Лил почувствовал, что краснеет. Да, значение имени было довольно-таки громким, и Лилу неожиданно стало неловко от этого. Особенно когда Беанна окинула его взглядом с ног до головы и усмехнулась, явно придумывая какую-нибудь остроту. Сносить их при Ариане с недавних пор стало совсем невыносимо. А ответить метко, но не обидеть получалось не всегда.

— Что есть, то есть, — вдруг сообщила Беанна и снова оставила их с Арианой наедине. Лил неловко посмотрел на любимую. Несмотря на последнюю ночь, он по-прежнему испытывал острое желание нравиться Ариане и не мог позволить чему-либо испортить о себе впечатление.

— Вилхе… — осторожно протянула Ариана, словно пробуя слово на вкус. — Какое хорошее имя… Беанна права, оно тебе очень подходит. Мне так тебя и называть?

Лил замотал головой и сжал Арианину руку.

— Я вырвался от дракона, потому что услышал, как ты звала меня Лилом, — горячо объяснил он. — Из твоих уст это никогда не звучало кличкой. Но, если тебе стыдно…

Ариана оборвала его нежной улыбкой, после которой подобные сомнения отпали сами собой.

Они немного обсудили странное поведение Беанны, приведшей их в дом градоначальника, пытаясь понять ее замысел, но ничего дельного не придумали и решили просто ждать ее возвращения. Долго их терпению испытываться не пришлось: Беанна вместе с мужем появились на лестнице — оба невероятно довольные и немного загадочные.

— Я стал отцом, — сообщил Эйнард, любовно поглядывая на жену. Ариана сердечно порадовалась за всю их семью, а Лил протянул товарищу руку, поздравляя.

— Я тебя тоже, — усмехнулся Эйнард, ответив рукопожатием и зачем-то хлопнув Лила по плечу. Потом снова посмотрел на жену. А та, пряча улыбку, протянула Лилу две бумаги. Первой оказалось свидетельство о рождении мальчика Вилхе с указанным в строке «мать» именем Айлин, а в строке «дата рождения» — сегодняшним числом двадцатиоднолетней давности. Лил удивленно посмотрел на Беанну, не понимая, для чего ей понадобилось выбивать у градоначальника такой документ, но она только кивнула на второй листок.

— На торжественную церемонию, правда, рассчитывать не приходится, зато все официально, — сказала она и тут же засияла от радости, подтверждая зажегшуюся в груди Лила надежду. Почти не решаясь поверить в свою догадку, он всмотрелся в едва просохшие буквы на второй бумаге, извещающие о том, что между Вилхе и Арианой был заключен брак и что доказательством того служат подписи мужа и жены. Самих подписей, однако, не было.

— На ваше усмотрение, — вдруг нахмурила красивые брови Беанна, когда Лил поднял на нее совершенно обалдевшие глаза. — Подпишете — станете считаться семьей. Ну, а если передумали…

На этом месте Ариана взвизгнула, все поняв и не в силах сдержать эмоций, и бросилась к ней на шею с поцелуями. Беанна неохотно отбивалась, краем глаза следя за реакцией Лила, словно сомневаясь в нем, а он судорожно закрутил головой в поисках пера. Пока боги не передумали, пока небо не обрушилось или еще какая напасть не настигла Армелон! Пусть всего на час, но он станет мужем Арианы! Дарованного Создателями своего личного чуда!

* * *

О том, что он проиграл, градоначальник понял еще до объявления голосования по делу напавшего на людей дракона. Единственным способом оправдать подсудимого, несмотря на прописанное в законе наказание, было единогласное восстание представителей всех семей против такого решения. Никогда раньше не случалось среди армелонцев подобной сплоченности. Но никогда ведь и дракон еще не вставал на защиту города. Не рисковал своей жизнью, чтобы спасти людей от смертельной болезни. И не превращался в человека ради женщины.

Градоначальник еще зачитывал список обвинений в адрес дракона, а уже видел в глазах собравшихся в полуразрушенном здании суда сограждан непонимание и возмущение подобными нападками на спасителя Армелона. Кто-то даже пытался выкрикнуть с места свои нелицеприятные соображения в адрес затеявшего весь этот цирк градоначальника, но тут же был усмирен. Градоначальник напомнил, что действует исключительно в рамках закона, а потому обязан привлечь к ответственности дракона, совершившего нападение на людей, пусть даже эти люди были их общими врагами.

— Только Лил больше не дракон, — усмехнулась Беанна, и ее голос эхом отразился от стен, приведя в смятение армелонцев. Со всех сторон послышался шепот: сначала недоверчивый, потом изумленный и, наконец, радостный. Но градоначальник, сжав зубы, заметил, что в момент совершения преступления подсудимый был драконом, а потому подлежит привлечению к ответственности, и продолжил исполнять возложенную на него обязанность. В конце концов, он давал Лилу возможность спасти свою шкуру, и, коль скоро тот ей не воспользовался, пусть терпит. Никто никогда не упрекал главу Армелона в несоблюдении закона. Не будет этого и сегодня, пусть хоть сама Божественная Триада спустится с неба и потребует прекратить судебное разбирательство.

Однако, когда он расписал все причиненные ящером разрушения и те опасности, что таило в себе преображение Лила, и предложил проголосовать за казнь путем побиения камнями, ни одной руки не поднялось вверх. Армелонцы смотрели на своего градоначальника угрюмо, разочарованно, не желая участвовать в этом абсурде. Все они явно только и ждали вопроса о помиловании, чтобы решить не стоящую выеденного яйца проблему и разойтись по своим делам. Но градоначальник выдержал паузу, рассчитывая, что кто-нибудь передумает и согласится раз и навсегда покончить с драконом. Одного голоса было бы достаточно, и, если бы глава города имел право высказывать в суде свое мнение, этот день стал бы последним в жизни дракона. Но, являясь судьей, градоначальник был лишен такой возможности, а потому только пронзал ястребиным взглядом своих сограждан, оттягивая заключительную часть слушания.

Если бы кто-то спросил, ненавидел ли он Лила, градоначальник не смог бы правдиво ответить «да». Он не хуже других понимал, сколь много сделал бывший дракон для его города и где были бы сейчас армелонцы, не вмешайся Лил в самые тяжелые времена. Но, когда дело касалось закона, исключений для градоначальника не существовало. Он посвятил служению ему всю свою жизнь и считал себя его воплощением. И то, что происходило сейчас, просто не укладывалось у него в голове. И потому он упорно продолжал процесс, надеясь, что рано или поздно все разрешится и станет как прежде.

— Кто возьмет на себя смелость заступиться за подсудимого и пойти против веками писанных законов? — чуть дрогнувшим голосом спросил наконец градоначальник и увидел, как Риана тут же выступила вперед.

— Я! — твердо сказала она. — Он мой муж!

По бывшему залу торжественных собраний снова разнесся удивленный гул, но его прервал звонкий голос Беанны, по непонятной причине присутствовавшей на суде вместо Эйнарда.

— И я! — заявила она. — Он мой брат и брат моего мужа!

Градоначальник усмехнулся сестринскому единодушию, но тут же осекся, увидев следующего защитника.