Чтение онлайн

Внезапно он вспомнил грустную улыбку на лице Никс во время их короткого разговора.

Нельзя иметь и то, и другое. Достижение Вершины предполагает выбор.

Что ты выберешь?

Поздравляем! Вы достигли необходимых квалификаций для конденсации Великой Судьбы! Пожалуйста, выберите Великий Путь из представленных ниже вариантов и следуйте ему, пока он будет вести вас вперёд:

(Великая Судьба: Миф Альфа-Космоса), (Великая Судьба: Рендидли Гостхаунд – Химера Мойр), (Великая Судьба: Временной Странник и Культиватор Чудес), (Великая Судьба! (Внимание, это частичная Великая Судьба)

Лёгкое прикосновение воли выбрало последний, искажённый вариант в уведомлении. Путь с тремя образами слился, чтобы стать третьей Истиной. Ужасный Гомункул снова рассмеялся, ударяя кулаком по темпоральному барьеру с такой силой, что его ладонь треснула. Одновременно в Пространстве Души Рендидли произошло изменение, когда он начал закладывать основу для своего последнего чуда.

Его Ядро Небытия вращалось, извергая свою мощную полупрозрачную Небытие. Он создал пространство из двух секций, разделённых мощным барьером-асимптотой. Области стали отражением друг друга, с тонкими венами значимости, создающими взаимодействие между ними. Вверху — изящная клетка проявленной Гравировки, линии написанного Эфира для усиления и подпитки. Внизу Рендидли закрутил плотный водоворот своей глубочайшей значимости, своего рода основу, которая усиливала бы и заземляла то, что будет создано внутри.

Каркас из Эфира для размещения и проявления Вечности. Бассейн чистой Небытия для стабилизации и питания Истины. Эти две энергии работали в унисон, питаясь через асимптоту, чтобы влиять друг на друга, конденсировать Великую Судьбу и Покаяние.

Давление на него становилось всё более интенсивным. Менее сильные существа просто лопнули бы. Но в этом внутреннем святилище его души его Эфир и Небытие оставались невозмутимыми. Он полировал и вырезал быстрыми движениями, формируя внутреннее святилище своего чуда. Клетка стала блестящей и светящейся. Бассейн был настолько глубоким, что казался бездонным.

Когда Рендидли поднял руку для очередного удара, эти маленькие вращающиеся луны вокруг томов сместились. Они разошлись к внешней стороне темпорального вихря, вращаясь вокруг целого, а не отдельных источников.

Но что было наиболее опасно, они начали крутиться с злобным намерением. Итак, пока Рендидли пытался нанести очередной удар, одна луна пронеслась мимо и с хрустом врезалась в локтевой сустав его правой руки. Он зашипел от боли, заметив, как вторая светящаяся луна изогнулась, чтобы раздробить его челюсть. Он вовремя отдёрнул голову—

Он вдавился чуть глубже в последний барьер Пайна, прежде чем отскочить; поскольку большая часть его мышечной силы сопротивлялась темпоральным силам, у него не было много энергии, чтобы тратить её на этого другого противника. Так что вместо того, чтобы задеть подбородок, луна врезалась прямо в скулу Рэндидли. Глаз на той стороне его лица лопнул.

Певица Отсутствия издала ещё один яростный визг, когда усилия Рендидли по направлению всех этих Истин пошатнулись от удара. Рендидли моргнул, а затем сплюнул в сторону окровавленный и разбитый зуб. Тёплая жизненная энергия хлынула через его шею и быстро начала заживлять рану. Но даже это небольшое отвлечение означало, что он мог лишь терпеть, пока растущий вихрь продвигался ещё немного вперёд.

Он потерял немного пространства, вот так, с его святилищем, едва находящимся в сносном состоянии.

Однако Ужасный Гомункул не потерял своего преимущества. Он внимательно изучал наступающую силу, сохраняя ухмылку.

Что ж, если этот ублюдок хочет игнорировать реальность, я могу поступить так же. Со всем этим искажённым временем, держу пари, испорченные мысленные эксперименты особенно эффективны. Знаешь, нужно преодолеть половину расстояния, прежде чем можно будет преодолеть всё.

Если ты, Лаплас, ограничен половинами—

У меня есть почти бесконечное количество времени, чтобы довести до совершенства этот эмоциональный эффект и отполировать святилище.

Глава 2428

Даже имея некую стратегию, Рендидли не располагал большим количеством времени для её реализации. Его губы дрогнули.

Единственный плюс того, что Лаплас полностью молчит, — это то, что чудовище не отпускает никаких каламбуров со временем

Рендидли почувствовал, как его тело сжимается, пока колонна продолжала двигаться вперёд. Ещё одно из его рёбер сломалось, выпустив костные осколки в его внутренние органы. Его челюсть была сжата до предела, настолько сильно, что зубы могли бы слипнуться, как магматическая порода. Он изучил временные потоки и быстро доработал свою идею до рабочего решения.

Заманить Лапласа в Парадокс Зенона. Даже если Вечность в конечном итоге пробьётся вперёд, это даст Рендидли шанс.

Его Мойры зашевелились, наконец обнаружив возможность проявить свои способности. Они протянули руки и начали создавать закручивающиеся временные вихри своими длинными пальцами. Органические узоры стали закручиваться вокруг его тела, даже когда его сжимало во всё меньшее и меньшее пространство между фолиантами и барьером Пайна.

Быстро сплетая, Рендидли создал базовую форму. Мировое состояние-образ Лапласа дёргало собранные им бродячие нити, но Рендидли мог сопротивляться лишь настолько. На протяжении большей части своего опыта с Нексусом Рендидли обладал превосходной способностью манипулировать энергией по сравнению со сверстниками. Недавно это проявилось как вихрь кинетической энергии, движущийся вперёд, наполовину разрушительная аура, наполовину мобильная батарея, которую можно было использовать в любой момент для усиления его способностей.

Однако сила Вечности полностью обнулила эту способность. Рендидли едва удавалось удерживать энергию в своём теле в равновесии под постоянным трением времени о его кожу. При этом, поддерживая свои образы, любая существенная корректировка энергии была невозможна.

Но теперь два его образа достигли (Вершины), ожидая, пока третий образ завершит его (Истину) . Так он мог полностью посвятить свою энергию натягиванию и подталкиванию временного вихря в выгодное положение. Он постепенно расставлял мельчайшие детали, чтобы они встали на свои места.

Четыре фолианта Лапласа преодолели половину расстояния от начальной точки до последнего барьера из трупа Пайна. Рендидли дёрнул пальцем, сплетая временной узел, чтобы добавить парадоксу дополнительной силы. Когда он немедленно начал расплетаться даже с подкреплением, он наполнил соединение своей плотной значимостью.

Его (Нить) зашипела, но выдержала.

Фолианты продвинулись ещё немного. Тиски вокруг его груди сжались, его грудная клетка хрустнула и осела на органы. Барьер позади него снова слегка поддался, не желая позволять ему продвигаться дальше, но даже он не мог соперничать с грубой силой Вечности. Рендидли задрожал и сплюнул кровь на временную волну перед собой.

Рамка пульсировала светом. Бассейн углубился, став мутным в глубине.

Он изогнул и покрутил палец. Когда фолианты преодолели следующую половину расстояния, воздух вокруг них исказился. Рендидли оскалил зубы, используя все сломанные потоки времени против этой толстой змеи. Окружающее пространство продолжало дрожать, пока два его других образа продолжали свои собственные столкновения. Ситуация не совсем стабилизировалась, но этого было бы достаточно, чтобы получить преимущество.

Глаза Рендидли начали светиться. Его работа в Святилище ускорилась. Теперь у него было несколько секунд, чтобы поразмыслить над (Ужасным Гомункулом) и формой, которую он примет. И ему понадобилась лишь доля секунды, чтобы увидеть (Путь) вперёд — образ продолжит развиваться, но важным был