Чтение онлайн

Почему-то голос певца показался мне знакомым. Я всё-таки оторвала взгляд от тарелки и столкнулась со знакомыми глазами. Это был Шекспирниэль. Бард весело подмигнул мне, продолжая петь.

Меня громом поразило осознание того, что это и есть баллада, которую он обещал написать в мою честь!

Генри пока что куда-то отошёл. Ну и отлично, иначе он наверняка прибил бы поэта за такую песенку.

Закончив петь, Шекспирниэль вычурно поклонился. Ему кинули монеты, а бард, будучи магом, что-то сделал, благодаря чему деньги блестящей серебро-золотистой рекой потекли ему в мешочек. Зрители зааплодировали, радуясь такому фокусу.

– Спасибо, дамы и господа, – крикнул он, направляясь в мою сторону.

Я сначала попробовала сесть так, будто мест больше нет, но не смогла захватить собою скамейку, стоящую по другую сторону стола. Насупилась. Как только поэт сел напротив, я спросила:

– Случайна ли эта встреча?

– Также случайна, как вторжение гросок, – невозмутимо ответил Шекспирниэль. – Как дела у моей музы?

– В целом всё отлично, – осторожно ответила я, откусывая кусочек хлеба и всячески намекая, что не собираюсь ни о чём разговаривать с ним.

Однако бард это проигнорировал, притворно удивившись моему ответу. Его брови выразительно взлетели на середину лба.

– Отлично? И как же всё может быть отлично, если ты живёшь бок о бок с чудовищем?

Мне с самого начала казалось, что Генри и Шекспирниэль недолюбливают друг друга. Поэт в своей балладе полил моего учителя отборными помоями! Это меня как минимум возмутило. Но то, что теперь нахальный певец пытается заставить меня поверить, будто мой учитель – ужаснейший человек, порядком бесит!

– Прекрати так говорить о Генри, – мрачно приказала я.

– О Генри? – Его заклинило что ли? Почему Шекспирниэль постоянно всё переспрашивает? Однако теперь он мелодично рассмеялся, будто я взболтнула что-то очень глупое. – Бедняжка Вивьен. Ты даже не знаешь его настоящего имени.

– Что ты несёшь?

– Ты мне не веришь? А насколько хорошо ты знаешь своего учителя? Как по-твоему, на столько вопросов о себе он отвечает правду? А сколько твоих вопросов он вообще оставил без ответа? – Слова барда били меня не хуже ножа, хотя взгляд поэта был полон искреннего сочувствия.

– И что ты об этом вообще можешь знать? – как можно безразличнее фыркнула я. – Будто вы с ним так тесно общались.

– Было дело. Однако я знаю его лучше кого-либо на этом свете. Лучше любого его ученика или его друга. Поэтому я его враг. Мне жаль тебя, Вивьен. Очень жаль, поэтому я тебя предупреждаю. – Он наклонился ближе, теперь я чувствовала запах его дешёвых духов. – Беги от Генри так далеко, как только сможешь.

Я раздражённо фыркнула. Давненько Генри советовал мне бежать от Шекспирниэля как можно дальше.

– Никуда я не побегу!

– Почему ты мне не веришь? Он опасен!

– Ещё более идиотских доводов не смог придумать? Он единственный согласился меня обучать, я его уже полгода знаю! Жила с ним под одной крышей и сражалась против умертвий и гросок бок о бок. А ты вдруг заявляешь, что я должна слушаться тебя – того, кого вообще не знаю, – бросать всё и бежать?

Шекспирниэль выглядел так, будто разговаривал с настоящей идиоткой и ему разговор уже порядком поднадоел. Если бы я могла, мои глаза выжгли бы в поэте две дыры.

– Вивьен, – почти простонал бард, растирая руками лицо и нервно оборачиваясь. Он явно искал взглядом моего учителя, но Элтон пока что не приходил. – Если хочешь, можешь даже бежать со мной. Твой учитель действительно может использовать тебя в своих целях, которые тебе могут не понравиться. Да что там! Это перерастёт в глобальную катастрофу! Я рассказал бы тебе, но не здесь и не сейчас.

Они даже одинаково предупреждают друг о друге. «Этот прохвост тебя использует в чём угодно, а ты даже и не поймёшь», – сказал мне тогда учитель.

Генри действительно мало что рассказывал о себе. Все намекали, что в прошлом он был не самым хорошим человеком. Но что плохого мне сделал этот некромант? Ничего. А что хорошего? Буквально подобрал с улицы, дал кров, защищал и обучал. Более того, я понимаю, что успела привязаться к нему. Понимаю, что мне нравится быть рядом с ним. Его дом кажется родным, а сам Генри – самым близким мне человеком. Даже если он и совершал что-то неправильное, я бы его простила. Жаль, что некромант этого не понимает, либо считает, что такое даже я не способна принять.

Что же ты сделал, Генри Элтон? Кем же ты был?

И вообще-то глупая ситуация! Шекспирниэль ещё меньше заслуживает доверия, чем Генри. Хотя…

– И как тогда зовут моего учителя? – полюбопытствовала я таким тоном, словно спросила о погоде.

– Тебе это имя должно быть знакомо, – протянул бард. – Я тебе не скажу, потому что пока нет гарантий, что ты не сдашь меня своему учителю. Я жив, поскольку храню его секреты лучше любого сейфа, но если ты пойдёшь со мной, я тебе всё расскажу. Итак, каково твоё решение?

Прежнее. Сбежать всегда успею, а вот полноценно вернуть потерянное доверие невозможно.

– Не хочу больше ничего слышать, – отрезала я.

Терпение барда иссякло. Шекспирниэль хватил рукой по столу, желая накричать на меня, но в последний момент закрыл рот и расстроенно покачал головой. Я хотела, чтобы он ушёл как можно скорее. И ещё очень хотела забыть этот бредовый разговор, потому что поэту всё-таки удалось посеять в моей голове семя сомнений.

Ведь не просто так Генри о чём-то умалчивает.

Бард процедил:

– Тогда надеюсь, что он не возьмётся за старое.

– Заткнись.

Мой учитель как раз вошёл в таверну. Его взгляд тут же выхватил мой столик и сидящего рядом со мной поэта. На миг я увидела в глазах Генри панику, но потом она сменилась гневом. Некромант быстро приблизился к нам и угрожающе навис над Шекспирниэлем.

– Тебе очень надоело жить, я посмотрю?

– Твоя ученица очень тебе предана, – поджал губы бард, по-видимому, даже не собираясь скрывать, что пытался настроить меня против Элтона. – Представляешь, я рассказываю, какое ты чудовище, а она не соглашается тебя бросать.