Чтение онлайн

– Почему прабабушка за любовь свою не боролась?

– Кто сказал, что не боролась? Ещё как боролась, только все её мечты прахом пошли. Оскар не собирался возвращаться. Наверное, правда, та рыжая ведьмой была. Приворожила его к себе накрепко, так что никогда не разделить. Оскар с ней ручным становился. А другим, по-прежнему, спуску не давал. Наоборот. Когда рыжая вместе с ним стала появляться, в обществе, он ещё более жестоким стал. Готов был до последней капли крови свою избранницу защищать.

Грех же Бренды не в прелюбодеянии. Совсем не в нём. До конца жизни она простить не смогла себе другого поступка. Это ведь она Оскара вместе с его ведьмой убила...

На несколько минут в кабинете установилась звенящая тишина. Стелла немигающим взглядом смотрела на бабушку, ожидая, что та признается, сказав, что это был розыгрыш. Но Виржиния ничего не опровергала, ведь, с самого начала говорила правду.

– Как же так?
– прошептала Стелла пораженно.

– А вот так. Не смогла она Оскара своего цветочку отдать.

– Цветочку?

– Девушку ту звали... Не помню уже, как звали. Но есть в природе цветок такой.

– Понятно, - вздохнула Стелла, все ещё пребывая в шоке от открывшихся перед ней семейных тайн.

– Медальон этот, который ты нашла, мальчишке тому принадлежал. Бренда его украла. На память забрала. Много раз выбросить порывалась, да рука не поднялась. Хотя, может, и зря...

– Почему?

– Думаю, если бы выбросила вещь, сны кошмарные мучить перестали бы. Всю жизнь Оскар являлся моей матери во снах. Время шло, а он не менялся. Такой же молодой, насмешливый, дерзкий. Каким она его запомнила. Обещал, что и на том свете её найдет, чтобы отомстить, и на этом спокойно жить не даст. Сдержал обещание...

– О чём ты?

– Знаешь, как прабабушка твоя умерла?

– Нет.

– Свечу горящую на кровать свою опрокинула, и сгорела. Правда, я сомневаюсь, что сама она эту свечу зажгла. Скорее всего, это он.

– Кто?

– Оскар.

– Но он же мертв!

– А душа не упокоилась. Мести требовала. Бренда ведь тоже их с той девушкой-цветком в конюшне заперла и подожгла. Они тоже умирали в огне.

Стелла закрыла рот рукой.

– Только им тогда по семнадцать было, - вздохнув, добавила Виржиния.
– А прабабушка твоя почти до девяноста лет дожила...

Сейчас, мучаясь от головных болей, буквально до сумасшествия доводящих, невыносимых, Стелла вспоминала разговор с бабушкой.

Все части истории складывались у неё в единое изображение, цепляясь друг за друга, как кусочки мозаики...

Влюбленные из легенды - Эдельвейс и Оскар. Третья сторона любовного треугольника - Бренда Уорен. Парочка из современного 'Роузтауна' - Оливер и Оливия. Она - заключительное звено в цепочке. История хотела пойти по тому же кругу. Снова блондин с зелеными глазами, рыжеволосая ведьма и она, потомок Бренды... Потому-то так отчаянно тянуло к Оливеру, потому в душе полыхала ненависть к Оливии.

Оказавшись на территории острова, Стелла как будто потеряла часть себя. Тело осталось прежним, а вот душа подверглась изменениям. Не её собственная душа руководила всеми поступками, это были желания Бренды. За столько лет она так и не смирилась, не смогла простить любовь Оскара к другому человеку, не к ней.

Стелла чувствовала себя ужасно. К горлу то и дело подкатывала тошнота, пот крупными каплями стекал со лба, а кости словно выкручивало. От этой адской боли хотелось кричать безвестным голосом, но девушка лишь прикусывала губу и сильнее стискивала в пальцах простыню, грозясь вот-вот разорвать тонкую ткань. Соленый вкус с примесью железа появился на кончике языка, и Стелла поняла, что прокусила губу...

Вновь подступила тошнота.

– Бренда, за что?!
– заорала девушка.
– Это твоя проклятая любовь так на меня подействовала. Не хочет он быть с тобой, так отпусти его. Отпусти!

Она закашлялась. Нужно было подняться с кровати и добраться до туалета. Хоть как-нибудь, держась за стенку, но добраться, только бы...

Претворить план в жизнь не удалось. Желудок скрутил спазм и единственное, что девушка успела - свеситься с кровати. Её тут же стошнило. Рвало долго и мучительно... По щекам текли слезы. Сама же Стелла, словно в вакууме находилась. Её по-прежнему, преследовали видения Бренды. Её чувства. Её мысли.

Почему так происходит, девушка не догадывалась.

В какой-то момент перед глазами потемнело; она провалилась в черноту...

* * *

– Стелла!
– раздался негодующий голос над ухом.

Девушка с трудом открыла глаза и сфокусировала взгляд на собеседнице. Рядом с кроватью стояла Ванда с туфлей в руках.

– Что надо?
– прохрипела Стелла.

– Ты наблевала в мои лучшие туфли, - визгливо заявила девушка.
– Что с тобой? Доползти до ванной не смогла? И где только нажраться успела?

Ванда надула губы, показывая всю степень своего недовольства.

– Подойди сюда, - попросила Стелла.

Близняшка нахмурилась, прикидывая, чего от нее хотят, но всё-таки подошла ближе.

– Наклонись, а то мне говорить больно.

– Эй, с тобой всё в порядке?

– Видишь, мне плохо, курица ты бестолковая?!
– рявкнула Стелла.
– Если бы я могла дойти до туалета, - дошла. Но я не смогла!

Она откинулась на подушки и снова закрыла глаза, чувствуя всё ту же тупую боль в висках. Так как будто молоточки стучали.

Нынешнее состояние не шло в сравнение с тем, что было вечером. Если тогда Стелла чувствовала себя в аду, сейчас едва ли не райское блаженство испытывала

Бренда завладела её разумом ненадолго. Ровно до заката, как и в случае с остальными призраками. Оскар и Эдельвейс благополучно освободились, проклятие Бренды оказалось разрушенным. За это проклятие и последовала расплата. И платить по счетам пришлось Стелле. Именно она мучилась от ужасной боли. Она как будто сгорала заживо. Металась в лихорадке по постели, чувствуя, как приближается огонь, который вот-вот поглотит её.

В дверь осторожно постучали.

– Войдите, - крикнула Ванда.

Недовольно наморщив нос, она подхватила испорченные туфли и засунула их в пакет, который планировала выбросить.

На пороге комнаты обнаружилась Элинор. Увидев соседку, Стелла не поверила глазам. Но Элинор была самой настоящей, никуда исчезать не собиралась. Наоборот, подошла ближе и поставила на тумбочку чашку с дымящимся напитком. На вид он был ярко-зеленым, а по запаху напоминал яблоко. Что не избавило Стеллу от сомнений. Яблочный компот, как вариант, не рассматривался. Если только в него не добавили ударную дозу красителя.