Чтение онлайн

Растерянный боярин позволил себе ту шкатулку на шею повесить и бороду закрыть. А закрыли её на защёлочку и ключик Олельку отдали. Вот потеха была!

Особенно тогда, когда принесли печёного вепря, а к нему лебедей, жаренных в яблоках, и целое блюдо поджаристых жаворонков. Весь стол себя не помнил от смеха, желая увидеть, как боярин будет со своей шкатулочкой есть.

Теперь только боярин смекнул, в какую попал беду, и хотя очень хотелось есть, не ел, а лишь, насупившись, глядел, как исчезают все эти лакомства. Но хуже всего было то, что он и пить не мог, а ему так хотелось попробовать роскошной македонской мальвазии!

Дома ещё полбеды – там он как-то приловчится. Но как же теперь быть? Всю жизнь с этой коробкой ходить? Это ведь и боярыню не поцелуешь! Вот горе-то!

А за столом веселье, какого давно не было.

– Что вам, друг мой, еда не по вкусу? – допытывался король. – Попробуйте-ка вот этого лебедя, которого я поймал. Тает во рту. Даже жевать не нужно.

Король говорит, а все чуть не лопаются со смеху. Наконец боярин не вытерпел и позвал Олелька.

– Слушай, я хочу свою бороду назад выкупить.

Он это сказал тихонечко, а Олелько – на весь стол:

– Слыхали? Боярин Струмило хочет выкупить свою бороду! Посоветуйте мне, панове, какую цену назначить!

Ну, тут посыпались советы со всех сторон. Всего и не перечислить, что выкрикивали находчивые гости. Наконец Олелько согласился:

– Дадите тысячу золотых – борода ваша.

Боярину в зобу дыханье спёрло. Ничего себе сделочка! Да за такие деньги сколько бы он жеребцов купить мог!

– Восемьсот! – выпалил боярин.

– Ну, знайте моё сердце доброе, – согласился Олелько, – идёт!

И вот так боярин вернул свою бороду назад, а королевский шут заработал кучу денег.

Говорят, нигде нет таких хитроумных женщин, как во Львове. Но Олелько плевать на это хотел.

Король подарил Олельку очень красивый плащ, и тот любил гордо прогуливаться в нём по городу. Проходя мимо дома тысяцкого, Олелько увидал в окне его молодую жену.

– Какой у тебя роскошный плащ! – восхитилась женщина.

– Ещё бы, мне его подарил сам король. Но если ты позволишь себя поцеловать, я тебе отдам этот плащ.

– Шутишь! – не поверила та.

– Отчего же шучу? Целуй да забирай.

Молодица глянула направо, налево, высунулась в окно и чмокнула шута в губы. Потом сорвала с его плеч плащ и исчезла.

Но Олелько и не думал так легко отдавать плащ. Он позвал её и попросил воды. Молодая женщина подала ему воды в глиняной кружке. Шут напился и разбил кружку об землю. После этого он уселся на завалинке и стал ждать хозяина. Когда тысяцкий вернулся домой, то крайне удивился, увидев у дома Олелька.

– Ты чего тут сидишь? У тебя ко мне дело?

– Да нет. Просто я проходил мимо вашего дома и попросил напиться. Ваша жена подала мне воды, но я упустил кружку и разбил. Тогда она забрала у меня плащ, подаренный королём.

– Зачем?

– В залог.

– Что за глупости! Чёрт с ней, с этой кружкой. Эй, Настя! А ну-ка верни Олельку плащ! За какую-то дурацкую кружку плащ забрать! Да ещё и у кого – у королевского шута! Хочешь, чтоб над нами весь двор смеялся?

Вот так Олелько и вернул свой плащ.

После смерти короля Данила на престол сел молодой король Лев. Олелько в ту пору уже состарился, и для него начались тяжёлые времена. Жил он с женой бедно, а пойти снова скоморошничать при королевском дворе в преклонном возрасте уже не представлялось возможным.

Как-то утром сидели они с женой у печи да горевали, а в доме – ни рисового зёрнышка, ни маковой росинки.

– А ведь на нашей свадьбе сам король гулял! – вздыхала его жена.

– И вино рекой лилось! Целых два быка запекли! – облизнулся Олелько.

– Вряд ли ещё перед смертью так хорошо наедимся.

Упоминание о смерти пронеслось бабочкой в голове Олелька и закружилось вихрем.

– Есть! – шлёпнул он себя ладонью по голове.

– Что есть? – удивилась жена.

– Способ, как деньги достать! Пойду к королю и скажу, что ты умерла, а денег на похороны нет. Пусть даст мне сто талеров. Что ты на это скажешь?

– Ну если иначе никак, то пусть так. Только ж ты плачь да убивайся, а то не поверят тебе.

– Вот горе-то. Что-что, а плакать я не умею. Всю жизнь только то и делал, что смешил кого-то.

– А вот сейчас научился, – сказала жена и внезапно бросила пеплом прямо мужу в глаза.

Олелько вскрикнул и бросился к воде. Когда он наконец промыл глаза, они были красными, как свёкла, и слезились.

– Ну, теперь мне и самой плакать хочется, как только взгляну на тебя, – сказала жена, и старый шут поплёлся в королевский замок.

Всю дорогу тёр он глаза и носом шмыгал. Когда наконец он предстал перед королём, который как раз осматривал на конюшне жеребцов, вид у него был донельзя жалкий.

– О, кто к нам пришёл! – воскликнул король. – А что ты такой заплаканный? Что за горе у тебя?

– О, ваше высочество! Такое горе! Такое горе! Жена моя, царство ей небесное, умерла, а мне не за что ни похоронить её, ни поминки устроить.

– Да что ты говоришь? – покачал головой король. – Горе у тебя и впрямь большое. Одним сочувствием я тебе не помогу, зато могу денег дать. Сто талеров хватит?

– Ой, хватит, пан, хватит.

Взял Олелько деньги, пришёл домой, а жена и говорит:

– Послушай, благоверный. Если тебе удалось, то и мне удастся. Пойду-ка я к королеве Констанции и скажу, что ты умер, должна и она меня пожалеть.

Олельку эта идея понравилась, и он согласился.

Женщина пришла в королевский замок, рыдая так, что все псы во дворе заскулили. От горя она рвала на себе волосы. Констанция подстригала во дворе розы. Она не знала жены Олелька, но служанки объяснили ей, кто это. Королева сочувственно выслушала историю смерти Олелька и сама прослезилась.