Легенды Раэнора
Шрифт:
– Еще бы! Эти нищие должны быть довольны уже тем, что их оставили в покое, – пробурчал Ворондил.
– Не говори так! – нахмурился Балтар.
– Это правда! – поддержал Ворондила Диор.
– Вы не смеете так говорить! Ведь и ваши предки пришли когда-то в Раэнор искать убежища. Никто не упрекал их в бедности, наоборот, им помогли! – не уступал Балтар.
– Ты защищаешь их потому, что твои родители поселились здесь каких-то тридцать лет назад, – процедил Ворондил.
– Довольно! – прервала их спор Элен. Советники нехотя уступили.
– И все же, госпожа, я выскажусь! – вновь поднялся со своего места Ворондил, начальник стражи Дол-Раэна. – Сегодня я вновь столкнулся с грубостью и нахальством двергов.
При этих словах все советники, до того занятые своими думами, прислушались.
– Госпожа, это уж слишком! Ты должна наказать Дарка.
– Но за что?
– Я не прошу для себя ни привилегий, ни почестей, но требую, чтобы меня уважали. А дверг оскорбил меня! И если не наказать его за это, наглость его, да и всех его сородичей, возрастет непомерно.
– Да что же случилось? – Элен обеспокоилась не на шутку. Стычки между людьми и двергами происходили и до этого, слишком уж разными были их привычки и обычаи. Да и ненависть к их собратьям, жившая в душе бежавших от войн и разорения людей, была на удивление живуча.
– Я был сегодня на Северной галерее, когда навстречу мне показался Дарк. Он шел вразвалку, словно был хозяином дворца, а вокруг толпились зеваки. Не знаю, что их в нем привлекает – то ли его доблесть, то ли уродство. Когда он поравнялся со мной, я потребовал, чтобы он вежливо поклонился. Нет, не мне, а сану советника, являющегося твоим представителем, княгиня. Ведь, проявляя неуважение к нам, тем самым проявляют неуважение к тебе, согласись!
– Да, несомненно. И что он ответил? – спросила Элен.
– Мне стыдно за него! В ответ на мои мягкие увещевания он оглядел меня с ног до головы, громко, развязно захохотал во все горло, а потом плюнул мне под ноги!
При этих словах советники заговорили все разом. Слышались возмущенные возгласы:
– Как он посмел!
– Оскорбить Совет!
– Негодяй!
Княгиня с удивлением обнаружила, что эта история никого не оставила равнодушным. Только что все они были друг другу чуть ли не врагами, но стоило задеть одного из них, как все забыли о разногласиях, вновь едины и полны решимости добиться правосудия и уважения к себе.
– Хорошо, я поговорю с Дарком.
– Нет, княгиня, ты должна не просто поговорить, ты должна наказать его. Пойми, унижая нас, он тем самым унизил и тебя на глазах у твоих подданных.
– Он напрасно сделал это, – нахмурилась Элен.
– Вот именно, госпожа! – поддержал Ворондила Мэллор. – Сегодня они плюют под ноги нам, завтра захотят плюнуть под ноги тебе. Кто знает, не захочется ли им большего!
– Ну нет, Мэллор. – Однако в голосе Элен послышалось сомнение.
– Ты зря им так доверяешь. Настали времена, когда за такое слепое доверие можно дорого заплатить. Отдать всю военную власть и мощь в руки одного народа неразумно. Стоит кому-нибудь из двергов попытаться выйти из повиновения, и усмирять их будет некому. Госпожа, подумай.
– Но до сих пор этого не случалось!
– До сих пор – да, но кто поручится, что этого не произойдет и впредь? – спросил Ворондил.
– Так было всегда! Обычай этот установил еще мой отец, да и потом не было нужды менять его.
– Не было, госпожа, но теперь иное время.
– Почему иное?
– Мир меняется, меняемся мы, и кто знает, не меняются ли дверги, а вместе с тем и их мысли.
– Это неубедительно.
– Буду откровеннее. – Мэллор склонил голову, на миг замолк, а потом решительно сказал: – Госпожа, и наши отношения с южным соседом меняются, но далеко не в лучшую сторону. Тебе это прекрасно известно. Возможно, вскоре морнийцам покажется, что мы слишком самостоятельны, слишком свободны, и тогда они попытаются это изменить. Согласись, при таком положении вещей дверги вновь станут слугами старого хозяина. Мы окажемся беззащитны перед врагом.
– То, что ты говоришь, невозможно! – Элен вдруг почувствовала, как закружилась голова.
– Отчего? Нет, госпожа, нужно иметь мужество признать, что это так. Нет ничего вечного. Мы долго жили в мире, но это не значит, что так мы будем жить всегда.
– Я не думала об этом, – растерянно сказала Элен.
– А мы думали и думаем постоянно, ведь на то мы и советники! Госпожа, ты не должна расстраиваться. – Голос Мэллора стал еще более мягок, в нем слышалось сочувствие. – Если не уверен в старых друзьях, нужно искать новых. Поэтому посольства – наша главная забота теперь.
– И есть что-то обнадеживающее?
– Есть, госпожа. Куртанэ прислал к тебе своих людей. Они прибыли сегодня днем и рвутся на прием.
– Куртанэ? Странно. Давненько я не слыхала о нем. Что ему от нас нужно?
– Не знаю. Глава посольства настаивает на встрече с тобой.
– Чем его мы не устроили? – пробурчал Ворондил.
– Видимо, на это у него есть причины, – возразил Мэллор.
– Куртанэ – глава Совета Запада, великий мудрец. К каждому его слову прислушиваются. Друзей ему не занимать, отчего же он шлет посольство в маленький Раэнор, чем может быь полезен ему союз с нами?
– К чему гадать, госпожа! Прими посла, и все станет ясно.
– Прямо сейчас? – удивилась княгиня.
Мэллор был настойчив:
– А почему бы и нет? Он ждет.
– Хорошо, я снова последую твоему совету. Пригласите послов Куртанэ.
Тотчас сидевший с краю Таргон встал и быстро вышел. Пока длилось ожидание, Элен размышляла, чем же заинтересовала она мудреца, но так ничего и не придумала. Дверь вновь отворилась, вошел Таргон, а следом за ним показался высокий смуглый человек, одетый в черное, с четырехконечной белой звездой – знаком Куртанэ на груди. Отстранив Таргона, он твердым шагом прошел прямо к трону. Не дойдя до него двух шагов, посол остановился, почтительно поклонился и, лишь дождавшись ответного мягкого кивка головой и приветливой улыбки княгини, заговорил:
– Прекрасную владычицу Раэнора приветствует Куртанэ Мудрый! Да простит княгиня мою смелость, но если она при такой ослепительной красоте еще и столь же мудра, то она является воистину редчайшим и драгоценнейшим чудом. Мой господин предупреждал меня об этом, но, честно говоря, я не ожидал, что слова будут куда беднее действительности!
– Твоя любезность делает честь и тебе, и твоему господину, – ответила княгиня. – Но довольно о моей красоте. К делу. О чем хочет говорить со мной великий Мудрец?
– Согласен, княгиня, поговорим о деле. Куртанэ хочет предложить тебе свою дружбу и помощь. Не удивляйся. Здесь, в твоем прекрасном Раэноре, достойном своей госпожи, можно жить, не замечая ни бега времени, ни опасностей, нависающих над миром.
Элен перебила посла:
– Странно, что Куртанэ Мудрый, всегда интересовавшийся лишь собственной мудростью, вдруг изменил себе, оторвал взгляд от древних свитков, помогающих понять прошлое, и направил его на мир, задумавшись над будущим. Откуда такая перемена?