Чтение онлайн

Сегодня взяла на работу Оксанку. Выдала ей жёлтую майку и поставила на кассу. Подруга в восторге. Она давно не видела вокруг столько людей. Её муженёк – Юрец (мой, кстати, одноклассник) три года держал жену взаперти, и сам же упрекал, что она сидит на его шее. Еле отпустил её ко мне работать, злой был как собака, видимо жаль было жену от кухни отрывать и повод для упрёков терять. На работу я теперь могу устроить любого. Обращайтесь знакомые. Я всесильна! Мои кадры никто кроме меня больше не собеседует. Карина пока вообще не въезжает в суть работы, только изображает бурную деятельность: ходит по залу и делает специалистам замечания: не так улыбнулся, не сиди – встань, не стой как истукан, зазывай клиентов. Специалисты не любят Карину. Это видно. А меня любят, потому что я не ругаюсь. Прямо как в школе: есть добрые и любимые учителя, а есть злые и вредные. Я и учительницей была доброй, и администратор я хороший. Меня мои специалисты даже в социальных сетях сами разыскали и в друзья подобавляли. Дети! Я открываю «Контакт» и вижу всю подноготную своих подчинённых. Вот скромная с виду Оленька Мухина выставила своё «полуголое» фото с шестом. А у вежливого Санька Кузнецова в статусе трёхэтажные маты. Я делаю вид, что работаю, а сама взламываю личные жизни своих сотрудников. Так интересно узнавать о них вещи, о которых не узнаешь на собеседовании. Такие смешные эти малолетки: всю жизнь свою напоказ выставляют, наизнанку выворачивают. Полчаса «В контакте» и я знаю о каждом всё: кто, когда расстался с парнем, кто вчера вечером пил пиво, кто какую музыку слушает, и у кого месяц назад была депрессия. Всё это читается в статусах, на стенах, на картинках аватарок. Боже, какие слова! А когда я начинала работать в школе, у меня ещё не было даже мобильника, я купила его себе с первой учительской зарплаты: большой такой, не цветной в силиконовом чехле на змейке…

Сегодня в обед мы с Наташкой ели не свёклу в столовой, а пирожки из ларёчка, она запивала их соком, а я …колой.

Да, хватит уже ерундой заниматься: зелёный чай без сахара – конечно полезен, но колы так давно хотелось. Увидела у Грачика как-то красную баночку в руке, и так захотелось этого молодёжного «пойла». Не такая уж я и старая всё-таки. Да и Наташка подметила, что я выгляжу заметно лучше и бодрее. На вечерний коктейльчик, правда, я ещё пока не рискнула, хотя Наташка предлагала. Но я снова выехала на юморе, объяснив, что перед этим мне нужно сделать ещё пару очищающих клизмочек, и ещё недельку поесть свеколки, тогда мой организм будет готов к таким дружеским посиделкам. Наташка поржала, хотя, на самом деле, она, конечно, поняла, что я пока ещё боюсь кидаться в такие крайности. Всё же дистония прибила меня хорошенько. Ещё бы, почти год каждый день готовиться к смерти. У меня, кстати, седые волосы стали появляться после этого года. Теперь красить голову приходиться чаще.

Сегодня воскресенье. Мы всей семьёй ездили в деревню к Лёшкиной бабуле. На улице последние майские деньки. Жара неимоверная. В салоне было душно. Зимой я боялась ездить с машине на дальние расстояния, сейчас страх поездок почти пропал. Сидел где-то глубоко в подсознании. Но жара и духота вытащила его оттуда наружу. Я лишь краем мысли вспомнила о том, что ехать пятьдесят километров, а у меня с собой нет нашатыря. И всё! Только об этом подумала… Меня стало накрывать. Сначала постепенно. А потом со страшной силой. Сначала я просто пила воду и мочила виски, потом лила себе на голову, выходя из машины, дальше стало хуже: начали неметь руки и ноги, потемнело в глазах, нарушился слух, охватила паника. В общем, полный набор ВСДэшника. Юлька плакала, спрашивая: «Мама, ты не умрёшь?». Свекровь, жалела Юльку и злилась на меня, но срывалась на Лёшке. «Довези нас до поворота, и вези её в город, ради бога». Лёшка довёз родителей и Юльку до поворота на село, а меня повёз прямо – в районный центр в поликлинику. По дороге я плакала, от страха и отчаяния. Я ведь думала, что дистония постепенно уходит. А она снова… Неужели баночка колы выбила из колеи мой организм? Неужели придётся начинать сначала: чай, свеколка, психолог, «всё лучше и лучше..?»

В поселковой больнице было пустынно. Дежурная врач обедала в смотровом кабинете и не желала принимать меня, не закончив свою трапезу. Я начала скандалить. Когда мне плохо, я очень скандальная особа. Я плакала и ругала их «чёртову» больницу, а муж успокаивал меня и вежливо уговаривал врача осмотреть меня поскорее. Врачиха психовала и жаловалась на свою язву. А я визжала от обиды и несправедливости, и от панической атаки, разумеется. Не будь её, я, естественно, крепче держала бы себя в руках. Всё-таки я девушка интеллигентная.

Социальные сети затянули меня, как малолетку. Мои специалисты пишут мне на стене «Лера – лучший администратор», шлют в подарки электронных плюшевых мишек и графические цветочки-переливашки. Каждое утро перед работой я вхожу в сеть и радуюсь новым друзьям, предложениям поиграть в забавную рыбалку или построить город. Я стараюсь соблюдать дистанцию и не отвечать специалистам на их детские развлекашечки, но порой не выдерживаю и нет-нет, да сражусь с Грачиком в гоночки.

Сегодня в друзьях у этого самого Грачика увидела своего бывшего ученика…

Игорю Смирнову было пятнадцать, когда я работала в школе. Паренёк был влюблён в меня. Причём это было очень заметно, хотя мальчик был более чем скромный, и я не понимала, что Игорёк Смирнов – милый, большеглазый блондинчик, делает у нас в списках трудных подростков?

Он ходил за мной тихой тенью, порой помогал мне донести до кабинета стопку учебников, а иногда просто садился напротив и смотрел своими огромными зелёными глазами. В них была сильнейшая робость и застенчивость, но одновременно с этим его глазах таилось какое-то откровенное бесстыдство. Я даже не знаю, каким образом эти вещи могли сочетаться в одном взгляде. Я под ним терялась, как школьница и не знала куда деваться, естественно о какой-то связи с учеником я даже подумать не могла, хотя мне было чертовски приятно внимание Смирнова. Именно его внимание, а ведь нравилась я, многим ученикам.

Так вот, теперь скромному обаяшечке Игорю Смирнову, оказывается, уже двадцать лет. На фото он с обнажённым торсом в позе Ван Дамма. Мышцы на руках и пресс впечатляют до дрожи: ни прибавить, ни убавить – идеальное телосложение юного Апполона. Взгляд тот же – странно грустный, немного воинственный (всё же на фото Игорёк вошёл в образ грозного бойца), и в тоже время застенчивый. Под этим взглядом я неожиданно для себя снова растерялась, а душе почему-то стало легко и весело. Совершенно не понимая, зачем делаю это, я написала своему бывшему ученику, который ещё несколько лет тому назад обращался ко мне на Вы, легкомысленное сообщение: «Привет, Игорь, совсем ты стал взрослый мальчик, после того как школу закончил». Сумбурная такая фраза, но в неё вместилось всё: и моё восхищение его внешностью – «взрослый мальчик», и стирание возрастных границ – «привет», и напоминание о том, кто я такая – «школа» (на тот случай, если Смирнов забыл меня, в чём я, конечно, сомневаюсь). Спустя минуту я, кусая кулаки, поражалась своей беспечности, но было уже поздно – сообщение отправилось…

Игорь не был в онлайне, а мне нужно было уходить домой. Я не дождалась ответа, и теперь почему-то весь вечер думаю только об этом. А зайти в интернет дома мне почему-то стыдно. Даже не пойму, почему. Ведь я ни сделала ничего плохого. Но я всем нутром чувствую, что Игорь что-то ответил. И почему-то это меня сильно волнует, радует, и ещё даже не знаю что…

Точно! Ещё у меня сегодня вечером, впервые за долгое время, нет приступа дистонии. И даже, когда я вспоминаю о возможности приступа, волна паники на меня не накатывает…

На работу неслась, как на крыльях. Вчера вечером всё же вошла в интернет через телефон, когда Лёшка уснул. Тайно под одеялом, как шпион, просмотрела входящие сообщения. Их было два. Первое: «Привет. А мы знакомы?» (У меня на аватарке только мои глаза, причём в чёрно-белом цвете, не удивительно, что он меня не узнал). Трясущимися руками открыла второе, отправленное через две минуты: «Привет, давно не виделись, я сразу и не понял, кто это, как же я рад, что снова увидел эти глазки».

Если бы не ночь, и не спящие Лёшка с Юлькой в комнате, я бы завизжала от восторга! У меня нет слов! Какой-то бред, сон, глупость! Наглость, панибратство, нелепый флирт! Но ведь, этот флирт мне, чёрт возьми, приятен! Всё, «снесло башню», как выражается Наташка! Как же давно мне не сносило башню. В последний раз – лет в шестнадцать, когда влюбилась в Лёшку и готова была идти за ним на край света. Боже мой, неужели это когда-то было!

Сегодня я только физически присутствовала в детском центре. Все мои мысли были там – в контакте. Я искала любую возможность, чтобы войти в сеть, Игорь весь день был онлайн, словно ждал меня. Он рассказал мне, что окончил училище, что в данный момент нигде не работает, поведал, что все эти годы мечтал найти меня, зачем-то написал мне свой номер телефона, а в конце дня просто поразил меня верхом наглости: «Хочешь, я тебе секрет открою?» – спросил он, и после моего «Хочу», написал: «Я д… к». Я долго гадала, что это значит. Кроме слова «Дурачок» мне в голову ничего не приходило. Да, и очень похоже, что парнишка дурачок, сразу таким напором писать начал, столько комплиментов, столько откровений. А ведь он меня Валерия Леонидовна звал! О, Боже! И я дурочка. Полная идиотка! Что я творю! Кажется, я переобщалась с молодыми и «живыми». Жизнь и юность забили во мне ключом! Не по возрасту мне уже так вести себя! Да ну его к чёрту этот возраст! Мне сейчас так легко и хорошо, как не было уже много лет!

А «д-к», как выяснилось, означало «девственник»…

Ужааас! Зачем мне эта информация?! Смирнов точно дурачок! Какое мне дело до половой жизни бывшего ученика?! Срочно выбрасываю это из головы! Боже! Не получается! Он девственник! Я могу стать его первой девушкой! Я буду для него всю жизнь воплощением женщины! О чём я думаю?! Да, врёт он всё! Не может он быть девственником при таком обаянии в двадцать лет! Или не врёт?! О чём я думаю?! Что со мной?! Спать, Лера, срочно спать. Голову под кран с холодной водой и спать!