Чтение онлайн

Я готовила ужин, красиво сервируя две тарелки. Может, он подумал, что я больная? Или хотел сделать фавориткой, а я как бы… отказалась. И теперь он обиделся.

— Платье должно быть готово к завтрашнему вечеру! — произнесла императрица, пока я поглядывала на стену. Может, он ждет, что я сама приду? Раньше он находил любой предлог, а сейчас просто тишина.

— Мне нужно будет еще второе платье! Сейчас я выберу, — слышала я голос за стеной. Я достала подаренный мне перстень, поглаживая его грани. Быть может, если я тайно послушаю, о чем говорят, я успокоюсь. Лучше так, чем томящая неизвестность. Тем более, я всегда хотела разведать тайные проходы. Но времени у меня обычно не было.

Я надела кольцо, понимая, что обсуждение фасона и кружев затянется до полуночи, выключила плиту и поставила еду остывать. Теперь я была хитрой и подозрительной. Жизнь во дворце давала о себе знать. Поэтому я оставляла контрольный волосок, чтобы видеть, открывалась ли кастрюлька без меня или нет.

Приложив руку к стене, я вошла в потайной коридор, видя тусклый магический свет, идущий от каких-то кристаллов.

Я прошла по коридору, вспоминая про поворот и дверь. Конечно, подслушивать нехорошо, но во дворце это просто необходимость. Даже если там другая, я постараюсь это принять.

Я дошла до нужной двери, прильнула к ней, вслушиваясь в голоса.

— Отличный выбор невесты, ваше императорское величество, — послышался голос Фруассара. — Мне кажется, что ваша матушка ее точно одобрит! Отпрянув, я почувствовала, как в груди гулко бьется сердце. Я зажмурилась, пытаясь преодолеть волнение.

— Знатная, красивая, — заметил Фруассар. — А как быть с целительницей? — Думаю, что мы оставим, — послышался голос императора. — Мне нравится ход ваших мыслей, — вздохнул Фруассар. — Что ж, надо заняться подготовкой. Вы мне столько дел поручили! — Я собираюсь навестить Академию Магии и узнать, откуда берутся эти целители! — произнес император. — Их же кто-то учит! И я хочу знать, как так получается. Что это за факультет шарлатанов! Если нужно, программу поменяют! Но это уже просто грань! О, вы решили решать, простите за каламбур, проблему на корню! И это правильно! Разумное решение! — заметил Фруассар. — Я не ожидал от вас такого рвения. Вы совершенно правы. Болеют все. И богатые и бедные, и аристократы, и крестьяне. Думаю, что вас поддержат все. Нет, ну надо же! Вы сумели найти ключ к сердцу каждого. Теперь осталось только его вставить и повернуть! Думаю, что ваш отец вами бы не гордился.

— Спасибо за комплимент, — усмехнулся Аладар. — Я не хочу повторить его судьбу. Я не хочу, чтобы моя будущая семья повторила мою судьбу. Поэтому, пожалуй, я изменю политику.

Он промолчал, а потом задумчиво добавил: — Если раньше я думал, что я делаю это все потому, что родился императором и несу ответственность, то сейчас я начинаю понимать, что в первую очередь я делаю это для своей семьи, — послышался голос Аладара. — Для матушки и будущей семьи. Дальше я слушать не смогла. Проглотив внутреннюю боль, я отшатнулась от двери.

“Как быть с целительницей!” — звенело у меня в голове, когда я бесшумно отходила от двери.

Вот, значит, какая она, императорская любовь!

Горечь заполонила всю душу, отравляя ее.

— Ничего страшного, — прошептала я, чувствуя, как иду, не задумываясь. — Зато ты знаешь правду… И можешь не питать надежд… Так даже лучше… Я очнулась, понимая, что забрела не туда! Так, а где я?

Я решила вернуться назад, видя развилку.

— Блин, — проворчала я, понимая, что заблудилась, хоть караул кричи. — Давай налево… Я свернула налево, как вдруг услышала приглушенные голоса, доносившиеся за одной из дверей. Может, я не обратила внимания. Да мало ли что обсуждают! Как вдруг поймала слово: “императрица”.

Подойдя ближе к двери, я прислушалась.

— Она наша союзница, хоть и не догадывается об этом. Ее руками мы делаем одно дело. Глупая девчонка, сама того не ведая, помогает сместить императора. Сначала она убьет императрицу. Старухе и так немного осталось. А потом, когда император отойдет от горя, он будет искать виновных. Нужно будет сделать так, чтобы все стрелки сошлись на целительнице. Вам следует осторожно намекнуть ему, что девушка действовала из-за любви к нему. Его мать была против их отношений, и хитрая девица просто избавилась от нее. И пока император отвлекся на целительницу, мы нанесем удар, — произнес мужской голос. Я похолодела. Этот разговор явно не предназначался для моих ушей.

— Да, лечение варварское. А вы не думали, что он сам ненавидит мать? И нанял сиделку, чтобы та побыстрее ее убила? Мать сильно влияет на политику и сына. Вы не думаете, что он наконец-то вырос для самостоятельного правления? — спросил второй голос. — Тогда нам нужно будет торопиться, — согласился первый голос. — Она наша союзница. Ее руками мы делаем одно дело. Глупая девчонка, сама того не ведая, помогает сместить императора. Сначала она убьет императрицу. Старухе и так немного осталось. А потом, когда император отойдет от горя, он будет искать виновных. А вот она. Вам следует напеть ему в этот момент, что девушка действовала из-за любви к нему. И пока он отвлекся на нее, мы нанесем удар. — Тогда нам нужно будет вдвойне торопиться. Скоро будет бал. И надо немного омрачить его, — заметил первый голос. — Сегодня императрица должна умереть! — Гейбор, ты знаешь, почему я ввязываюсь в это. Но… не слишком ли мы торопимся? — послышался испуганный голос. Гейбор. Гейбор… Я старалась запомнить это имя.

— Хватит ныть. Другого шанса может и не быть, — заметил Гейбор. — Эй, а где наш дорогой друг? — Я тут, — послышался знакомый голос Абермарля. Неужели и он. — Как пирожные? — спросил Гейбор. — Она отказалась их есть, — в голосе Абермарля послышалась досада. — Она теперь ест только то, что готовит эта девчонка.

Проклятый Дуремар! Значит, вот как ты лечишь! Вот почему скончался отец императора! Это все ты! Ты — один из заговорщиков! — Это осложняет дело, — задумчиво произнес голос. — А как твои настойки? Она их пьет? — Нет! — заметил Абермарль. — Она попробовала чуть-чуть, сказала, что там сахар, и перестала их принимать! А новую без сахара я еще не сварил! — Тогда придется действовать по-старинке. Тем более, что охраны возле комнаты императрицы нет. — Да, но она теперь может передвигаться! — возразил голос. — На коляске! — Да, но для этого нужны слуги! Кто-то должен посадить императрицу в кресло. А у этой сил не хватит, — произнес Гейбор. — Ладно, давайте думать… Я отошла от двери, боясь издать хоть какой-то шорох. Мамочки! Как я удачно зашла!

Надо как-то сказать об этом императрице… Но как? Я даже не знаю, где нахожусь?

Я посмотрела на свой передник и стала отрывать от него ткань, бросив лоскуток возле двери. Я, не жалея рук, драла передник, бросая белые кусочки ткани на каждом повороте. Спустя несколько минут, когда я совсем отчаялась, я услышала знакомый голос императрицы, которая прощалась со швеями.

Я влетела в ее комнату в тот момент, когда дверь за швеями закрылась.

— Ваше императорское величество! — зашлась я, задыхаясь от волнения. — Ты как это сделала? — спросила императрица, а я поняла, что вышла через стену, а не из своей комнаты. — Долго объяснять, — прошептала я. — Нет, уж постарайся объяснить! — в ее голосе послышался гнев. — Мой сын дал тебе это кольцо? — Да, дал, — кивнула я, глядя на коляску. — И после этого ты утверждаешь, что ты с ним не видишься! Лгунья! — произнесла императрица, а я бросилась к коляске и подкатила ее к кровати так близко, как только могла. Теперь мне нужно будет снять ее и посадить в коляску. — Он дал мне его для того, чтобы я могла вас защитить! И спасти! Он дал мне кольцо, чтобы я смогла в любой момент увезти вас от опасности и спрятать! Он доверяет мне! — огрызнулась я, понимая, что время идет, а она должна это услышать. Скинув с ее ног одеяло, я попыталась взять ее на руки, но получила ожесточенное сопротивление.

— Ты что творишь! — сопротивлялась императрица, пытаясь ударить меня веером. — В таком виде я никуда не поеду! Даже не смей! Хочешь, чтобы потом все обсуждали, что императрица катается в коляске в одной рубашке, как выжившая из ума старуха. — Обещаю! Вас никто не увидит. Но… Вам нужно это слышать! Умоляю! — прошептала я, напрягая все свои силы.

Я с трудом усадила ее в коляску, накрыла ее ноги пледом и встала за ее спиной, толкая коляску в сторону стены. Положив руку на стену, я открыла проход, вкатывая в него коляску. Откуда во мне взялись силы — черт его знает! Но я смотрела на свои ориентиры и толкала коляску в сторону нужной комнаты. — Потише, я вас умоляю. Они могут нас услышать, — прошептала я, видя заветную дверь. Я подкатила коляску, прислушиваясь.

Тишина.

Неужели они ушли? Неужели я зря сюда привела императрицу?

Я чувствовала, что не успела. Они ушли. И теперь я выгляжу в глазах императрицы дурой!

Но когда я взялась за ручку коляски, я услышала покашливание.

— Нам нужно будет действовать сегодня, — послышался приглушенный дверью голос. У меня прямо от сердца отлегло. Они еще не закончили. — Завтра должна облететь новость о том, что императрица умерла от рук ее целительницы. — Тогда целительницу тоже придется убить! — послышался голос в ответ. — Гейбор? — задохнулась императрица, тоже прислушиваясь. Кажется, она забыла о своем возмущении. — Вот мерзавец! Я вытащила его и его семью из долговой ямы, я даровала ему должность, а он… — Предлагаю отравить еду, — послышался голос Абермарля. — Раз с пирожными не получилось, то отравим кастрюли… Я знаю, что для императрицы готовят отдельно… — Абермарль! — скрипнула зубами императрица. Вид у нее был такой, словно ей только что дали пощечину. — И ты! Ах ты мерзавец! — Целительницу однозначно нужно убирать! — произнес Гейбор. — Император ведь собирается даровать ей титул и жениться на ней! Вопреки воле матери! Он собирается объявить об этом на балу! — Да, но только до бала он не доживет, — вздохнул Гейбор. — А ты чего молчишь? Предложения будут? Я же сказал, что вы меня в это втянули, — послышался голос. — Я сделаю всё, как и обещал, но… — Эсквин? Правильно. Ты всегда был трусом. И даже сейчас трусишь. Интересно, что тебе пообещали? — со злостью прошептала императрица, которая, видимо, знала по голосам всех министров. Я смотрела на то, как она внимательно слушает.