Лекарские сказы
Шрифт:
20
Немного зловония в ленту. Забрел на прием капрал-резервист, ставший пассивным петухом вероятно в результате пережитого в детстве домашнего насилия (не осуди!). Он ведет невменяемый образ жизни: находит случайных партнеров в самых злополучных районах Монреаля и не использует защитных методов. Закономерно, он давно принимает превентивное антиспидовое лекарство, а его семейный врач тестирует дяденьку на всевозможные венерические инфекции раз в три месяца.
Сегодня припожаловал к нам, с очередною гнойной анальною течкой (из пятой точки). Он уверен, что так проявляется хламидийный ректит (венерическая инфекция прямой кишки), коим болел неоднократно.
Анализы получены мною из всех возможных физиологических отверстий. В результате подтверждается хламидийная инфекция причинного места, вдобавок к гонорее горла. Больной возмущен: «Как такое возможно? Я не занимаюсь этим посредством рта!». Я отрешенно пожимаю плечами: «Почем мне знать? Может, диссиминированная гонорея?». Твое возмущение, голубчик, дела не меняет – все равно получишь свою дозу сефтриаксона внутримышечно, только сперва дополнительный анализ возьмем – на резистентность твоего микроба к антибиотику. Отправляю отчет в отдел общественноопасных заболеваний – пускай поиском всех твоих 6 партнеров за последние 2 месяца сами разбираются.
21
Дотянул курсант до последнего, пока скрывать невозможно стало. Начиналось заболевание с полгода назад с немного учащенного стула с кровяным ободочком; а по прошествии шести месяцев уже бегает каждый час – испражняется кровью. В течение тридцати-минутного приема в моем кабинете успел еще раз отпроситься в уборную.
По анализам – глубокой анемии пока нет, но упорно торгуюсь с координатором приемника о немедленной доставке в больничку. В конце концов оборона прорвана – курсантик транспортирован на консультацию к гастроэнтерологу. И прямиком из внебольничного кабинета специалиста, доставлен в отделение на срочную колоноскопию. Крон в тяжелейшей степени!
Теперь пускается в ход тяжелая артиллерия – внутривенные кортикостероиды. С последующим переводом на регулярные иньекции биопрепарата, угнетающего распоясавшийся иммунитет, аттакующий собственные ткани. Лечение, похоже, на долгие годы.
Вечно мне выпадает доля горевестника: оповещаю курсанта о решении высшей мединстанции об отчислении из армии. Парень не спорит: успел осознать тяжесть болезни. Хотя и не скачет от радости, разумеется. Принимает удар достойно.
22
В кабинете плачет взрослый здоровый мужик, стесняясь своих слез. Ненавязчиво подсовываю салфетки, гляжу с участием. Первым делом – выяснить, нет ли суицидальных помыслов. Он много лет назад служил в Афгане, а теперь вот американские вояки с позором отбыли из феодальной страны, бросив всех и вся на произвол талибам.
В прошлом парень, было дело, подавал на канадскую иммиграцию для афганского переводчика, к которому привязался сердечно. И даже преуспел в данном мероприятии. Но афганец через полгода убыл из Канады обратно: скучал по семье. Теперь переводчик написал по электронной почте, что талибы захватили кишлак, и скоро ему конец. Потом перестал выходить на связь.
Кошмары былых лет приходят во снах, нет просвета. «Сколько там осталось верных людей, поверивших нам...», – переживает больной.
23
Этот резервист требует экстренного увольнения из армии. Он гневается на всю систему. Он груб, вызывающ и беспрестанно матерится, несмотря на мои увещевания. «Факи» сыплются мне на голову, что горох с перезрелого куста.
У него любопытная предистория – в 16 лет мама выставила за порог за неподобающее поведение, затем до 22 лет парень скитался по улицам и ночевал под мостами. Ни разу не задерживался дольше 3 месяцев на одном рабочем месте. Сталкивался с наркотиками, но стезя наркомана его миновала. Одумавшись, подал заявление а армию. Будучи в отменной физической форме, без труда сдал входные тесты на выносливость.
И вот теперь, продержавшись на плаву в армии в течение года и заимев постоянную девушку, ожидающую ребенка, угодил в историю. Взломали его аккаунт инстаграмма, и туда выложили обличительную информацию, обвиняющую его в инцесте с младшей сестрой и изнасиловании еще одной девушки. Парень признает «частичную» правдивость публикации, в отношении сестры.
Удалить аккаунт не удавалось, пароли блокированы. Ему пришлось обращаться в полицию. Сдуру рассказал об эпизоде начальству, требуя помощи. Начальство напряглось: репутация армии блюдется строго. Хлопчик запсиховал, что его теперь уволят, на нервах повел себя неадекватно. Начальство еще пуще напряглось – у рекрутов боевое оружие, а тут такие психи. Парень, решив, что его отвергают (а отвержения на терпят обладатели пограничного расстройства личности) – требует немедленного увольнения по медицинским показаниям. Медпоказаний – с гулькин нос, но придираюсь, что не спит и не ест уже с неделю. По-хорошему, дать бы ему время подумать, но и в самом деле кто знает, как он себя поведет, имея доступ к оружию и кипя гневом на всех и вся.
Собирается ехать к бабушке с дедушкой (они согласились принять его в дом), но и о них он имеет мало что сказать доброго. Не знаю, знакомо ли ему чувство благодарности. Мне он лишь слегка надменно кивает, когда оповещаю, что оставляю ему прежний медицинский статус: вдруг передумает и решит вернуться в армию. На этом наши пути расходятся.
Глава 4: ПРОСТО О СЛОЖНОМ
1
Отлетела к Богу многострадальная душенька. Целомудренная девочка 19 лет после года борьбы со смертельным недугом, дочь знакомых. Запущенный рак яичников – вынутая год назад опухоль достигала 12 кг. В прошлом врачи после операции отпустили девушку на все четыре стороны – никаких химио или последующих проверок. История из медицины США. А вы говорите, только у нас головотяпство...
2
Потрясающий случаи обсессивно-компульсивного расстройства. Моя пациентка панически боится случайно положить в сумочку для ланча своего сынишки любой продукт, потенциально способный спровоцировать аллергию у одноклассников. Накануне проверяет содержимое сумки по несколько раз, но на следующий день, гонимая болезнью, приезжает в школу с внеочередной проверкой, не доверяя себе.
А вот этот случай более распространен – больная не в состоянии уйти из дому, возвращаясь многократно для проверки закрытой двери. Да точно ли закрыта? Тревожность растет, гонит обратно. Даже с полдороги возвращалась.
Ее подруга по несчастью боится наезжать на «лежачих полицейских» - всякий раз, переезжая бамп, ей чудится, что переехала живого ребенка. В ужасе возвращается назад, чтобы удостовериться, что это не так... А потом еще раз, и еще раз возвращается... До бесконечности.
Данной жертве болезни я выписываю длительную нетрудоспособность. Трудясь в больничном отделении старшей медсестрой, она проверяет и перепроверяет предписания лекарств, назначенные дозировки, вводимые растворы. Не веря собственным глазам, возвращается к записям вновь и вновь в течение целого дня, и это занимает большую часть времени на работе, не оставляя шанса выполнить прочие обязанности. Убыв домой, систематически названивает вечерней смене, заставляя их вновь перепроверить дозы в медсестринских журналах. Не может толком заснуть, прокручивая проверки в голове и опасаясь пропущенной ошибки. Дело дошло до того, что бедолага не может ничем иным заниматься, как вхолостую проверять бесконечно одни и те же предписания.
А эта женщина – тратит часы, намывая и так уже распухшие руки, опасаясь микробов. А вот еще одна чудит: не может наступать на «неправильные» плитки пола, перепрыгивая через них. Если случайно наступит – должна непременно дважды постучать по стене, предотвращая «неприятности».
Не забавно только самим болящим – все это проявления тревожности, пожирающие драгоценное время и удручающие жизнь. Что ж, будем лечить.
3
Госпитализированная ветхая старушка с функцией выброса левого желудочка еле тянущей на 10 процентов, едва дышит на ладан. У нее длинный список сопутствующих заболеваний. Старушечка – из эльфоподобных созданий хрупкого вида и почти невесомая.