Чтение онлайн

— О… — лицо Мэдди немного опускается, она напрягается. — Это очень мило с твоей стороны, но тебе не нужно этого делать.

— Я хочу. К тому же, ты сегодня выручила Тая. Ужин — это минимум, что я могу сделать.

— Ну, дело в том, что у меня ужин с кое-кем…

Её слова врезаются в меня как грузовик. Она идёт на свидание с кем-то? Я всё неправильно понял? После всего этого сексуального напряжения, флирта, намёков — у неё парень?

Вдруг я чувствую себя полным идиотом. Мне даже в голову не пришло спросить об этом, а теперь я так сильно завязался на девушке, которая оказывается ещё более недосягаемой, чем я думал.

Внутри щемит ревность, и это только разозлило меня ещё больше. Мне не следует чувствовать столько ревности. Мне не следует быть таким собственником. Мне не следует чувствовать столько всего по отношению к Мэдди. И с этим нужно завязать. Она — всё воплощение запретного, и мне нужно взять себя в руки, прежде чем устрою настоящую катастрофу. Прежде чем забуду саму основу наших отношений.

Работа. Контракт.

— Всё в порядке. Пошли, Тай. Пора идти внутрь.

— Ещё десять минут!

— Нет, сейчас! — кричу, сжав челюсть. — У Мэдди свидание, а мне нужно поработать.

— Роман, это не…

— Лучше иди готовиться, — перебиваю её. — Наверняка ты теперь ещё больше отстаёшь от графика после того, как мы заставили тебя залезть в бассейн. Хорошо провести время. Увидимся завтра.

Мэдди щурится на меня, её недоумение быстро сменяется злостью. — Ты знаешь, что ты не можешь…

— Пока, Мэдди! — Тай вылезает из бассейна, прежде чем она успевает закончить.

Она глотает то, что хотела сказать, и поворачивается к нему. — Пока, дружок. Увидимся позже.

Я раздражённо разворачиваюсь и направляюсь в дом, чтобы не сделать из себя ещё большего идиота.

МЭДИСОН

— Так, типа как личный врач? — Джейк поднимает глаза от меню и сканирует его. Мы бывали в этом ресторане не меньше десятка раз за его визиты, и оно не изменилось, но он всегда делает вид, что может попробовать что-то другое.

— Да, наверное, — я кусаю внутреннюю сторону щеки, глядя на лёд, тающий в моей маргарите. Сначала идея показалась хорошей, но добавлять текилу к уже бушующим эмоциям — не лучшая мысль.

Никто в мире никогда не влиял на меня так, как Роман. Никто никогда не злил меня так сильно. Никто никогда не выводил из себя так, как он. И, кроме пары случайных прикосновений и проницательных взглядов, мы ни черта не сделали.

Я хотела полностью избежать темы о нём сегодня вечером, но должна была знать, что Джейк захочет узнать о моей новой работе. Я опустила все детали, потому что брат — последний человек, которому я хочу рассказывать, что работаю на — и безумно влюблена в — крутого мафиози.

Это совершенно не в моём характере, и, честно говоря, он мог бы попытаться отправить меня в психушку, если бы знал правду.

— Хмм, — он сжимает губы, откладывая меню. — Думаю, я возьму лосося на этот раз.

Как всегда.

Предсказуемость — видимо, семейная черта. Мы с Джейком, а также наш брат Лукас — все одинаковы в этом плане.

Ни один из нас не проходил через подростковый бунт, но, наверное, потому что у нас никогда не было времени. Расти в тени нашего отца, одного из самых известных хирургов-травматологов в мире, а потом рядом с двумя такими же талантливыми и целеустремлёнными братьями — это было далеко не просто.

Я в детстве идеализировала отца и хотела быть такой же, как он. В отличие от других девочек, я предпочитала белый халат и скальпель платьям принцессы и волшебной палочке, мечтая стать травматологом, как он. Его мечта была моей мечтой.

Мы с братьями постоянно соревновались, у кого лучшие оценки, больше научных наград, лучшие предложения от колледжей и медицинских школ. Всё это всегда казалось гонкой, и как будто я родилась уже с отставанием. Медицина и так довольно мужская сфера, а травматология — отдельная история. Я, наверное, могу на пальцах одной руки пересчитать известных женщин-травматологов, так что шансы всегда были против меня.

Даже в детстве братья получали больше возможностей, чем я. Они могли идти с отцом на работу, наблюдать операции и знакомиться с врачами. Мне всегда говорили, что я «слишком мала» или что травма «слишком страшная», чтобы я могла смотреть. А в колледже было ещё хуже. Поскольку отец учился в Джон Хопкинс, братья получили два наследственных места там. Мне же пришлось бороться за место среди тысяч других претендентов и работать в десять раз усерднее за те же вещи, которые братьям давались на блюдечке.

Где-то по пути это перестало быть мечтой и стало больше о том, чтобы доказать себя семье и всем, кто сомневался.

Официант приходит, мы с Джейком делаем заказ и немного болтаем. Обычно мне нравится, когда он приезжает, но сегодня мой разум полностью занят Романом.

Его реакция, когда я сказала, что у меня планы, выбила меня из колеи. Он дразнил меня несколько дней, не делая ни одного шага, а тут, когда он думает, что я вижу другого парня, его охватывает ревность.

Даже если это было свидание, он не имеет права так реагировать. Ничто не выводит меня из себя сильнее, чем его полувовлечённость. Это глупо и по-детски, и одному из нас нужно положить этому конец. Одним или другим способом.

Наверное, мне понравилась его реакция больше, чем следовало. Иметь верх на этот раз приятно, особенно когда это делает Романа таким же неудобным, как он обычно делает других. Не говоря уже о взгляде кипящей ревности в его глазах, который пробил мне мозг. Он дразнил меня, как йо-йо последние недели, и я цепляюсь за малейшее подтверждение, что он чувствует то же, что и я.

— Так сколько пациентов ты видишь в день там? Не может быть много, если это только для персонала этого человека.

— Нет, — соглашаюсь. — За несколько недель я видела всего двоих пациентов. Но деньги хорошие, и мне приятно иметь спокойную, скучную работу, чтобы подзаработать, когда я так занята в больнице.

Спокойная и скучная — это почти смешно по сравнению с тем, что я реально делаю.

Джейк забавно на меня смотрит и пожимает плечами. — Как знаешь. Ты можешь вернуться в Сент-Луис и выбрать любое отделение…

— Кроме травматологии.

Отец отдал места братьям, хотя я отчаянно хотела одно для себя, и теперь там для меня нет места. Ни одному из них это особо не было важно, но для меня — да.