Чтение онлайн

— Я не подхожу тебе, Мэдисон, — шепчет он. — Я изо всех сил пытался держаться подальше, потому что знаю — это плохая идея.

— Почему бы тебе не позволить решить это мне? — отвечаю я.

РОМАН

Когда Мэдди улыбается мне, это приглашение. Разрешение. Одобрение.

И именно этого я ждал.

Я обхватываю её рукой и укладываю на кровать. Её золотистые локоны расправляются по покрывалу, а я нависаю над ней. В груди разгорается жгучее желание, моё тело уже пульсирует, когда она смотрит на меня своими огромными глазами-оленьими глазами. Я хочу растянуть это удовольствие, насладиться каждой секундой, но после нескольких недель соблазна моё нетерпеливое тело строит свои планы.

Мой рот врезается в её губы в грубом, обладающем поцелуе. Я был на грани с тех пор, как мы поцеловались в тот вечер, и вкус её даёт хоть небольшое облегчение. Но оно кратковременно — я хочу больше. Так много больше.

Мэдди встречает мой взгляд, на губах играет коварная улыбка, пока она тянется к завязке своего халата. Одним движением руки она развязывает его, и ткань падает вокруг её обнажённого тела. Моё сердце начинает бешено колотиться.

Чёрт возьми.

Из уважения к ней я старался не смотреть, когда она пряталась в ванной, но теперь, когда она добровольно и обнажённая передо мной, я поглощаю каждый дюйм её тела. Глухой стон вырывается у меня из груди, пока руки скользят по её коварным изгибам, каждый из которых так идеально создан, что это почти больно. По плечу, через округлости её груди, по рёбрам и вниз к ямочке на бёдрах. Я останавливаюсь там, опуская взгляд в долину между её ног.

Когда Мэдди раздвигает колени, моё дыхание замирает у пика этой горячей, влажной красоты. Я уже могу представить, как она обхватывает меня, когда я буду внутри, но не хочу забегать слишком вперёд. Я ждал слишком долго, чтобы спешить.

— Чёртовски красивая, — я рычу, погружая лицо в ее шею. Запах моего геля для душа остаётся на её коже, словно собственнический знак, пробуждая во мне что-то первобытное. Я целую её по линии ключиц, слегка касаясь зубами чувствительной кожи, и она издаёт тихий вздох.

Мэдди обвивает меня руками за шею, дергая за волосы, пока я кусаю и сосу её шею. Её звуки сводят меня с ума, а наши тела прижимаются друг к другу. Я всё ещё в шортах, но ткань едва отделяет нас друг от друга, а я умираю от желания почувствовать её кожу на своей.

— Ты уверена? — шепчу я. — Потому что если мы это сделаем, я не уверен, что смогу тебя отпустить.

— Уверена, — она кивает, щеки румяные, взгляд полный желания, отчаянного и нуждающегося, почти умоляющего меня взять её.

Я переворачиваюсь на бок, снимаю шорты и снова оказываюсь сверху, полностью обнажённый. Дыхание Мэдди учащается, а её взгляд безжалостно скользит по мне. Сначала глаза на губах, затем на груди, дальше на пресс, и наконец останавливаются на члене, стоящем во весь рост. Инстинктивно она сжимает бёдра, мило сопротивляясь, но я знаю, что это ненадолго. Упрямая, как всегда, она не хочет, чтобы я видел, насколько она уже возбуждена.

В её глазах мелькает лёгкая паника, когда до неё доходит, что мы собираемся сделать. Я не знаю всей её сексуальной истории, но уже понимаю — это не то, что она делает часто. Несмотря на уверенность и дерзость, она немного нервничает.

Я наклоняюсь, целуя уголок её рта, чтобы успокоить любую робость.

— Здесь ты командуешь, Мэдди. Ты скажешь, если будет слишком много, если нужен перерыв или если нужно остановиться. Поняла?

Она кусает нижнюю губу и кивает. — Всё в порядке, Роман. Обещаю.

С её уверенностью я продолжаю там, где остановился.

МЭДИСОН

Ничто в этом мире не могло подготовить меня к тому, как Роман Моланари на меня смотрит. В его взгляде — такая интенсивность и огонь, что они прожигают мне душу, а его прикосновения ещё более сильные. Его пальцы оставляют за собой электрические разряды, скользя по моему телу — через волосы, вдоль ребер, по груди. Две его руки по бокам моих плеч словно сковывают меня, прижимая к кровати, и я чувствую себя такой маленькой, пока его сильное, широкое тело возвышается надо мной.

Боже, какой он горячий.

Моё дыхание перехватывает, когда я впитываю этот образ. Широкие мускулистые плечи, твёрдый, рельефный пресс, член, огромный и твёрдый, прижимающийся к моему бедру. Я не могу оторвать взгляд, ведь каждый дюйм Романа выглядит так, будто вырезан из чистого гранита. Когда он ловит мой взгляд, он улыбается, и мне перехватывает дыхание. Он настолько выше всего, к чему я привыкла, что я нервничаю, но один уверенный поцелуй успокаивает меня.

— Чёрт, Мэдди, — стонет Роман. — Ты представляешь, как долго я думал об этом? Как долго мечтал о вкусе этих сладких губ? Как бы они ощущались на моих? Как звучало бы, если бы я услышал, как ты кричишь моё имя?

Он медленно, целенаправленно спускается по моему телу, словно следует по карте, касаясь меня и целуя с такой нежностью, которой никогда не показывал мне раньше. Нежность, от которой я таю.

— Ты была в моих мыслях все эти недели, Мэдди. Касания, поцелуи, быть внутри тебя…

Он медленно скользит пальцами по моему бедру, раздвигая их всё шире, пока лёгкое касание не достигает самого сокровенного. Почти достаточно, чтобы развалить меня прямо здесь и сейчас, но он только начинает. Если я что-то знаю о Романе, так это то, что он не собирается облегчать мне жизнь.

Я резко вдыхаю, прогибаясь к нему, пока он касается моего входа. Это маленькое прикосновение уже сводит меня с ума, и я цепляюсь за его широкие, уверенные плечи.

— Ты тоже думала об этом, не так ли? — его голос дрожит у моего уха, язык скользит по шее к моей «сладкой точке». Моя нижняя часть тела пульсирует, желая его, нуждаясь в нём. — Расскажи мне, детка. Расскажи, что ты представляла, когда думала о нас вместе…

— Роман, я… — слов просто нет, пока он дразнит меня, пальцы скользят по влажным складкам, но ещё не достаточно, чтобы удовлетворить. Я никогда бы не подумала, что пытка может быть такой чертовски приятной.

— Это вот так? — Роман вводит палец в меня, вращает им, постукивая по разгорячённому телу.

— О боже, Роман… — мой голос такой жалобный, такой нуждающийся, что я едва узнаю себя.

Он вводит ещё один. И ещё. — Ты думала о моих пальцах внутри себя, пока умоляла о большем? Или о том, как влажно становилось у этой сладкой, идеальной киски с каждым движением?

Чем больше я корчусь, тем шире его улыбка и интенсивнее взгляд. Его глубокие карие глаза держат меня в плену, как куклу. Наконец я закрываю глаза, но он всё равно гладит мою щёку.

— Вот так, детка.

Его большой палец скользит по мне, вдвигаясь и выдвигаясь. Сначала медленно, затем ритм становится бешеным. Головокружительно. Почти наказание. Его прикосновения требуют моего удовлетворения, но затем, так же резко, исчезают. Внутри остаётся холодная пустота, дыхание перехватывает. Чёрт возьми… Он не собирается повторять это снова, правда?

Прежде чем я успеваю закончить мысль, Роман переворачивает меня на живот. Подталкивая руки к моим ногам, он раздвигает колени, и я дрожу от тепла его дыхания. И затем я чувствую движение языка.