Чтение онлайн

— Я не понимаю. Какие были основания для моего ареста? Что я сделал? — Картер нервно тряс ногой под столом. Пожалуй, если бы руки не были сцеплены в замок, то и они бы тряслись.

— Вы сотрудничаете с «Гольфо». — Шарлотта присела на угол стола. — Зачем? Вы думали, мы не сможем найти вас?

— Что? Нет! — Картер дёрнулся, однако Чарли мягко, но уверенно опустила руку на плечо, заставляя его сесть. — Это какая-то ошибка. Вы в себе? То есть я пытаюсь поймать сам себя?

— Я не знаю, что вы пытались сделать, мистер Картер, но вы затеяли очень опасную игру. В которой проиграли. — Чарли встала и, скрестив руки, обошла стол, чтобы встать за спиной у Рейнольда.

— Как давно вы работаете с «Гольфо»? — Рейнольд откинулся на спинку стула. — С самого начала?

— Да ни с кем я не работаю! — И без того злой Картер злился всё сильнее. — Откуда вы это взяли? Меня подставили! И это очевидно.

— Господин директор, прекратите ломать комедию. Вы — тот самый крот, который сливает информацию «Гольфо». Вы это знаете, я это знаю. Так зачем сейчас отпираться? Вы ввели один из моих кодов на своём ноутбуке.

— Вы меня не слышите? Меня подставили! Как вы это не понимаете?! Свяжись с Пентагоном, они тебе скажут, что с моего ноутбука никто не использовал их! Это легко вычислить по айпи-адресу.

— Мои коды — ничто иное, как проверка. — Шарлотта усмехнулась. — Персональная проверка для вас. И перегрев вентилятора — это последствия использования кода. Это ловушка. В которую вы попались. Пентагон даже не знает, что я это устроила. Коды вообще не вели к данным корпорации. Они только должны были показать, что вы его используете рано или поздно.

— Тогда это мог сделать кто угодно! — Картер всплеснул руками. — Ты же сама сказала, что у каждого свой индивидуальный код! Кто угодно мог взять мой и подставить меня!

— Вы не слышите? Не важно, какой код был активирован. Важно то, на каком компьютере это было сделано. А сделано это на вашем. Да и в команде никто не знал составляющие кодов. Только вы. И я. Даже Дойл не имел к ним доступа.

— То есть ты позволил это сделать?! — закричал директор. Рейнольд промолчал, продолжая смотреть ему в глаза. — Ты сбрендила. — Картер разочаровано замотал головой. — Я требую адвоката.

— Ваше право, директор. — Рейнольд встал и направился на выход. — Я очень надеялся, что Морган ошиблась и это её глупые подозрения, но вы попались на такой дешёвый ход. — Он с презрением бросил эти слова через плечо и поспешно вышел.

Чарли молча вышла и последовала за ним. В голове была пустота. Она так старалась вывести директора на чистую воду, что сейчас испытывала лишь опустошение и злость. Как разговорить его? Что делать дальше? Как поймать остальных? Что вообще будет с бюро? Вопросы один за одним проносились со скоростью света, но ни на один из них она ответить не смогла.

Когда Рей вошёл в кабинет, все хотели накинуться с вопросами, но, видя поникшие и растерянные лица босса и Шарлотты, решили ничего не говорить.

— Давайте по домам. — Рейнольд устало потирал лоб. Прошло, пожалуй, не менее десяти минут, прежде чем он заговорил. — Сегодня мы уже ничего не сделаем. Да и он затребовал адвоката. Нам всем нужно выспаться. Сегодня был слишком насыщенный день. А завтра, на свежую голову, придёт какое-то решение.

Все спустились на парковку и сели по своим машинам. Чарли разбирала почту в телефоне. Слишком много всего скопилось в корпорации. Кажется, сегодня её ждёт бессонная ночь: отпрашиваться у Дойла в такой момент… Шарлотта сморщилась, поняв всю глупость самой мысли. Какие-то отчёты и пару контрактов могут подождать пару дней. Сейчас решается судьба всего дела, ради которого был проделан такой путь.

Стук в окно заставил её вздрогнуть. Алрой взглядом показал, что просит её выйти. Чарли вздохнула, но всё же вышла.

— Алрой, в чем дело? — Она закрыла дверь и облокотилась на неё.

— В тебе. И в Майке.

— Начинается… — Шарлотта закатила глаза и скрестила руки. — Послушай, Майкл сам сегодня сказал, что всё кончено. Совсем. И я…

— Я знаю. Мне Джунг сказала. И скажи спасибо, что с тобой говорю я, а не она. Я бы не стал ничего говорить ни тебе, ни ему, но я вижу, что между вами ещё далеко ничего не кончено. — Он встал рядом и облокотился на машину. — Мы с Джунни чуть не развелись лет восемь назад.

— Да ладно?! — Чарли повернулась к нему с удивлёнными глазами. — Никогда бы не подумала.

— Да. — Алрой усмехнулся. — Началось с какой-то мелкой ссоры, я даже и не вспомню сейчас из-за чего, но всё понеслось, как снежный ком. Я хватаю куртку и ухожу из дома. День не появлялся, два. Неделю. А потом я получаю по почте бумаги о разводе. Что тут скажешь… Молодые были, глупые и вспыльчивые. И я почти подписал. Но именно Майкл спас тогда наши отношения. Он как-то смог заставить нас обоих приехать на какую-то вечеринку. Сначала всё было нормально. Мы старались не пересекаться. Но Майк хитростями закрыл нас на чердаке. И сказал, что не выпустит до тех пор, пока не помиримся. Тогда это злило, сейчас это смешно и глупо, но это сработало. Я не хочу вас запирать на каком-нибудь чердаке, но вы только мучаете себя.

— Но он же сказал…

— Что? — Алрой вскинул бровь. — Сказал, что отпускает? Да, сказал. И на самом деле он готов к этому. Потому что устал. Я понимаю, что тебе все уже надоели с Зои. Но ему правда было предостаточно тех эмоциональных качелей. С тобой он чувствовал ту умиротворённость, к которой стремился всегда. Понимаешь? Мне очень жаль, что его мать сказала то, что сказала. Честно! Но из-за этих бредней вы готовы потерять всё? Нет, если ты мне прямо сейчас в глаза скажешь, что не любишь его, — он поднял руки перед собой, — я отстану. Но если любишь… Просто если ты не сделаешь что-нибудь, вы навсегда потеряете друг друга. Чарли, не упускай шанс на счастье. Прошу тебя. С нашей работой нам это нужно.

Шарлотта молчала. Да что уж говорить… Она не слушала Алроя примерно с середины его монолога. В голове так и встала картинка: Майка больше нет в её жизни. Совсем. Пусть они и будут (возможно) работать вместе и дальше, но между ними будет огромная пропасть. Пропасть, которую никогда не преодолеть им обоим.

Всё. Конец…

И Чарли стало так тяжело от этой мысли, словно её душу окунули в нечто противное. Окунули в липкую и чёрную жижу, от которой никогда не отмоешься. А что с ребёнком? Рано или поздно это всё равно всплывёт. Живот-то никуда не денется… Да и Майкл всё же имеет право знать. За мгновение она решила, что должна поехать к Майку и признаться. Признаться в своих чувствах. Признаться, что беременна.

— Ты меня слышишь? — Алрой щёлкнул пальцами перед её лицом.

— Прости. — Шарлотта аккуратно, но уверенно оттолкнула его от машины и лихорадочно открыла дверь машины. — Мне нужно ехать. К нему.

Алрой едва заметно улыбнулся. Услышала-таки. Хотя Чарли даже не смотрела на него. Она со свистом колёс тронулась с места и уехала. Ей было плевать. Плевать на то, что сказал Майк в больнице. Плевать на какую-то девицу, которая вешалась на него в Рождество (хотя имелось дикое желание выяснить, кто она такая). Плевать, если оттолкнёт. Она должна сказать всё, что так долго хранила и прятала глубоко внутри. А там уже видно будет — действительно он готов отпустить или это были слова отчаяния и усталости.