Чтение онлайн

ВОПРОС: Позвольте задать такой вопрос, который интересует многих православных интеллигентов, будем так говорить. Вопрос о глобализации… Вот единая Европа, потом, может быть, войдет Россия. Должен ли православный человек защищать идею государственности, которая может раствориться в едином мировом государстве, и естественно ценности национальные, культурные и пр. и пр.?

ОТВЕТ: Да, явления глобализации, которые мы сейчас наблюдаем, и которые не являются совсем новыми, конечно, – этот процесс начался раньше, но сейчас он проводится с все большим ускорением. Я не сомневаюсь в том, что эта глобализация осуществится… осуществится – потому что антихристу иначе нельзя будет явиться – иначе и Христос не придет… Обязательно! Должно быть единое царство, охватывающее весь земной шар! Научно–технические средства к этому все уже есть – или почти все! Они уже вот, разрабатываются. Мы от этого никуда не уйдем: это уже логический процесс научно–технического прогресса. Вопрос только в том, как нам относиться?.. В той мере, в какой мы видим, что мы что-то можем сделать – в той мере и в рамках закона – я считаю, что надо противостоять этому, потому что это процесс подготовки царства антихриста: в этом нет сомнения! Я вам говорю, что скоро будут контролировать жизнь каждого человека, а потом и управлять. Это рабство! – христианство всегда было против социального рабства… Христиане выкупали рабов, если это было возможно… Так вот и здесь! Но глобализация это тот процесс, от которого мы, увы, никуда не уйдем! – он является одним из таких мощных предвестников наступающего конца мира.

ВОПРОС: Что мешает в настоящее время войти Церкви в школы, как целостность образовательного процесса воспитания?

ОТВЕТ: Мешает целый ряд вещей. Ну, первое – юридическая сторона, вы сами знаете. Это первое. Второе, и это уже со стороны Церкви, вы говорите: Церкви войти в школы… Что значит, Церкви войти? Это кому войти-то? – людям же! Кто войдет? Вот только сейчас мы говорили, что даже священников нарукоположено столько… Которые ничего не знают – увы! – которые проповедуют не известно что!.. Вот только что мне позвонили, уж не буду называть монастыря, заболел у одной женщины палец, пошла к иеромонаху: что делать, не могу, врачи не помогают? Ответ, совет: приложи этот палец – к чему, угадайте? – к покойнику! Интересно, если этого батюшку запустить в школу, посмотрите, какой будет эффект?! Ну, все будут просто в восторге, я думаю! Мы все время забываем: говорим Церковь, а забыли, что речь идет и о людях… Людей надо готовить, педагогов – людей понимающих христианство, потому что не просто так: взять и пересказать Библию. Библию-то вот пересказывали до революции – мне рассказывал игумен Никон, рассказывал, говорил: приходил к нам батюшка на уроки Закона Божия. Когда его что-то спрашивают, он не только не отвечает, а – не сметь спрашивать!.. И эти уроки катехизиса у нас превратились в место острот и кощунств. Дети это не просто, знаете ли, куклы – они очень любознательны! Ответьте им на то, на другое, на третье, и когда они увидят, что человек ничего ответить не может – все, до свидания! Мы посидим, похлопаем глазками, а потом похихикаем… И вот вам Церковь… И в конце концов они убедятся, что Церковь это чушь!.. И правильно там написано в книжках… Кстати, игумен Никон так и говорит, что мы убедились, убедились в том, что действительно религия это чепуха!.. И он, кстати, сам стал атеистом, будучи из православной семьи… Потом через какую бурю только прошел, приняв монашество в 1931 году, когда всех сажали тут же… Вот что такое: Церковь войти в школу – это легкая фраза, а за ней что стоит? Вот почему сейчас первостепенное значение имеет образование: духовное, богословское образование… Главное чтобы люди поняли, что такое христианство; могли ответить эти педагоги на самые важные хотя бы вопросы, связанные с современной жизнью. Нельзя пускать в школы людей, не обученных христианству… Нельзя!!! Сейчас, к сожалению, это имеет место, и я знаю, что подчас бывают очень большие осложнения.

ВОПРОС: Как воспитать в детях правильную свободу? Как вы считаете, можно ли, не ограничивая свободу, наставить на путь христианской жизни в условиях современности?

ОТВЕТ: Вся суть воспитания – вся суть воспитания, вы слышите? – заключается в том, чтобы научить ребенка бороться с собой. Вот в чем воспитание! Если мы не приучили его, не учим его бороться с собой – мы ничему не научим!.. Почему вот раньше было, вот мама мне рассказывает: маленькая, все – молочка хочется, а ей отвечает ее мама, моя бабушка: «Оленька, ты придешь к батюшке, а батюшка скажет: ну-ка, покажи язычок и увидит, что ты молочко ела», и Оленька замолчала… Приучали людей… Понимаете, в чем воспитание? Умение бороться со своими желаниями, если хотите. Там где нет этого, ни о какой свободе духовной и речи не может идти… Когда ребенок – это божок, это – кумир, которому приносят в жертву все, что есть у родителей, знайте, что потом он вам – вам же, родителям – я не знаю, что он вам сделает!.. «И восстанут дети на родителей, и убьют их», – вот слова Евангелия. И точно!.. Как только вы перестанете ходить перед этим божком – он восстанет на родителей! Вот какие вещи… Только путем вот такого воспитания можно научить человека свободе, создать у него эту свободу… Ну, я вам скажу: никогда ребенок не научится, и мы не научим ребенка бороться с собой, если сами не покажем пример этой свободы. Так что, первая задача – воспитание родителей! Родители должны обратить внимание на себя. Тот, кто не умеет играть на скрипке, вовеки веков никого не научит играть. По–моему это элементарная же вещь! Самому надо сначала научиться, поэтому надо во имя ребенка самому научиться бороться с собой, тогда и ребенок, увидев это, будет научаться.

ВОПРОС: Как вы относитесь к проблеме общей исповеди в нашей Церкви? Я когда была в Краснодарском крае, там эта практика распространена повсеместно.

ОТВЕТ: Ну, видите, в чем дело. По существу исповедь может быть только частной, личной – по существу, но, к сожалению, это нередко невозможно: то есть один священник – масса народа. И тогда он вынужден бывает сказать проповедь соответствующую, перечислить грехи, призвать людей покаяться хоть немножко вот сейчас перед лицом алтаря, но при этом надо иметь ввиду, что священник должен сказать: хотя бы раз в год вы должны прийти и индивидуально покаяться – тогда только будет иметь значение ваша последующая исповедь. Если этого нет, то ничего вам не даст эта общая исповедь, не обманывайте себя и меня – Бога вы не обманете!

ВОПРОС: Может ли католик или более обще – неправославный спастись? Храни вас Господь.

ОТВЕТ: Я много раз говорил, что мы можем говорить о католичестве, протестантстве, других религиях, можем говорить с полной достоверностью – это религии не истинные! Не истинные – истинная религия только православие! Но как только вы скажете: а вот этот католик спасется или погибнет? – я сразу кричу: дайте мне пудовый замок и закройте мой рот!.. Я не могу за Бога решать такие вещи…

ВОПРОС: Не является ли причащение вином неправильным переводом с древнегреческого языка? В литературе 1808 года кагор противопоказан при многих заболеваниях, разрешается пить коньяк три раза в году для изгнания инфекций.

ОТВЕТ: Могу только одно сказать: перевод правильный был сделан, а кагор это наша просто русская традиция. Греки… вот я был там недавно, в Иерусалиме причащался, ой!.. – я подумал: до чего же у нас прекрасное причастие и до чего же там кислое! Ой!.. Невозможно! Лучше нашего нет! Конечно, сами понимаете, просто вино и больше ничего. Кагор это мы так взяли, действительно, очень хорошо, что взяли кагор.

ВОПРОС: Скажите пожалуйста, слово об утреннем, вечернем правиле и правиле ко причащению.

ОТВЕТ: Вы знаете, это достаточно общий вопрос: что я могу сказать об утреннем и вечернем правиле – одно только могу сказать, что беда, когда человек его просто вычитывает, а не молится. Можно вот так всю жизнь вычитывать молитвы и ни разу не помолиться!.. Читать и не молиться это, увы, к сожалению, самая такая значительная реальность нашей жизни. Если вы посмотрите письма того же Игнатия Брянчанинова, например, то вы встретите там странную вещь. Одному, или одной он пишет – нужно исполнять вот такое-то утреннее или вечернее правило, другому – другое правило. Одному – большее, другому – меньшее, и при этом он пишет, что вся суть не в том сколько, а суть в том, как молиться! Поэтому надо соотносить свои силы: вот вечером устал, допустим, человек после какой-то работы или деятельности, если он начнет читать все молитвы, то это превратится в какое-то бессмысленное вычитывание. Лучше отведи себе какое-то время: вот пять минут я буду молиться… Пусть прочтет не все молитвы, а те, которые близки его душе, его состоянию – пять минут, но помолиться! вот самое основное, что требуется правилом. Больше я сказать не могу, потому что это требует соответствующего совета со священником.

ВОПРОС: А в данном случае количество к качеству не может привести?

ОТВЕТ: Нет! К сожалению, это редко бывает. К сожалению, редко бывает, когда количество переходит в качество. Это равносильно тому, что человек вот начинает учиться играть на фортепьяно и ему говорят: тыкай как можно больше! Я еще не встречал такого педагога – напротив, ему говорят: не спеши, выбери клавишу вон там, тут-то и он понемножку начинает тюкать… Но правильно тюкать… Молитва должна совершаться неспешно, с благоговением, внимательно, с сокрушением сердца!.. Вот что нужно, и с этого нужно начинать! Тот, кто с этого не начнет и кто не поставит это себе за правило, сколько бы он ни читал, он никогда не научится молиться!.. Это очень опасная вещь! Вот эта начальная стадия, в которой мы все сейчас находимся, должна быть именно таковой: как ученик на фортепьяно… Время это займет может быть больше, но лучше не все прочитай, а помолись! Потому и беда наступила… Почему люди перестали ощущать, что такое молитва; перестали понимать даже, что такое молитва; не чувствуют плодов молитвы? – потому что вычитывают в надежде, что потом что-то случится… Ничего не случится!.. Молитву Иисусову, знаете как, иногда смотришь только четки сверкают! Спрашивается, какому богу молится – непонятно… Совершенно непонятно, какому богу… и зачем это?.. Вся задача молитвы состоит в молитве, а не вычитывании… Это должно быть железным правилом! А постепенно там Бог даст, он может быть и быстрее сможет молиться потом, но спешить не нужно.

ВОПРОС: С другой стороны от нас зависит только количество и постоянство… (Осипов: – Нет, внимание от нас). Как определить качество своей молитвы?

ОТВЕТ: Хорошо. Мы можем определить таким образом: прекрасно знаем, что когда мы читаем молитву с вниманием или когда наше внимание уплыло куда-нибудь в Америку – это мы знаем… Так вот, та молитва правильная, которая совершается с вниманием, то есть без рассеяния. Рассеялся – опять вернись, рассеялся – опять вернись, то есть требуется тренировка, точно так же как в спорте. И уже время этой тренировки нужно отводить себе. Допустим пятнадцать минут, хорошо, потренируйтесь, поупражняйтесь… В чем?.. Во внимательной молитве… А это, знаете, быстрее бы прочитать: ту–ту–ту – слава Тебе, Господи, совесть обманул! Прекрасно… можно спокойно идти!..

ВОПРОС: Как совместить любовь Божию и потоп, как наказание Божие? Войны понятны, а потоп не понятен…

ОТВЕТ: Ну а какая разница? Потоп это, так сказать, – глобальное явление, а смерть одного человека – частное явление. Речь-то идет вообще о чем только? О том, что как понять, что человек умирает?.. А умирает он от машины, от грома, от наводнения, от землетрясения – причин может быть сколько угодно! Нужно сказать только одно, что человек умирает тогда, когда у него уже в достаточной мере и степени осуществилось становление личности – то есть дальше уже человеку бессмысленно жить. Уже вот он осуществился как личность… Это может касаться иногда отдельных людей, это может, оказывается, касаться даже целого народа или народов, и такое именно видимо будет, потому что конец света наступит как? Земля и все дела, которые на ней, сгорят – причем не просто сгорят, а сразу!.. Это, по контексту апостола Павла, совершенно очевидно: произойдет моментально, сразу, как «тать в нощи». Теперь в отношении наказания… Бог же не мститель!.. Он никому не мстит… Мы уже сказали: Он врач, любвеобильный врач!.. Врач, который говорит: не поступай так, иначе ты убьешься; не поступай так, иначе ты пострадаешь… Страдания, скорби, смерть – все они являются следствием неверной, неправильной жизни человека. Смерть вообще вошла в нашу природу, потому что исказилась наша природа – прочие вещи являются следствием наших грехов. «Бог никого не искушает, – пишет апостол Павел, – но каждый искушается, влекомый своею похотью». Какой Бог наказал меня, когда я лизнул ручку на морозе?.. Скажите… Мама предупреждала меня, а как только она отвернулась, я тут же!.. Кто наказывает наркомана, кто наказывает пьяницу? – эти вещи мы понимаем, но любые грехи, в конечном счете, искажая наш дух, влекут за собою определенные последствия. Господь предупреждает: не делайте так… Вот что происходит! Поэтому нужно понимать, что Бог не мстит в этом смысле наказания, а создает оптимальные, наилучшие условия для каждого человека с тем, чтобы он свободно самоопределил себя! Определился, ибо в этом только состоянии он осуществляет себя, как личность. Поэтому и потоп… что же?.. Там сказано (по–славянски): «Не имыть Дух Мой пребывати в сих человецех за не суть плоть». То есть они стали совершенно плотскими, а когда душа выходит из тела, мы знаем что происходит с телом – оно умирает. Еще чуть–чуть кажется живет, там говорят растет что-то даже, волосы там, но как вышла душа – все!.. Так вот и здесь: Дух Божий был изгнан из людей, бездушными стали, и результат? – смерть!.. Вот что происходит в этом плане.

ВОПРОС: Много пишут о единстве христианского идеала как для монашествующих, так и для мирян. Конечно для христиан идеал Христос, Божья Матерь, но человек всегда ищет образец для подражания среди себе подобных. Если не говорить о преподобных, подвизающихся в определенном образе жизни, кого бы вы могли назвать из близких нам по времени таких людей, живущих мирской семейной жизнью?

ОТВЕТ: Вы знаете тут момент какой интересный?.. Посмотрите, какие пышные изумительные цветы мы находим в оранжереях!.. Вы не найдете таких на свежем воздухе… Монашество это особые условия жизни, в которых люди действительно могут достигать потрясающего христианского совершенства, а все, что резко выделяется, мы это и видим… Поэтому в основном мы находим идеальные примеры среди монашествующих: это как горы, как вершины, которые поднимаются над нашей жизнью!.. Гораздо сложнее найти тех, которые живут в миру, живут семейной жизнью – они не могут достичь такого совершенства; такой пышности и красоты, как в оранжерее, поэтому здесь они скрываются в нашей общей массе… Но, я вам скажу, что среди наших крестьян, – по крайней мере, как вот известно, раньше, – множество, мне кажется, святых людей!.. Ну, представляете, вот только факт, как прадедушка мой умирал – это же поразительно просто! Он сказал: «Я сейчас умираю, позовите всех сыновей и дочерей». Всех позвали, кто-то один только не пришел. Лег на лавку, скрестил руки и умер. Вы понимаете? Толстой писал, – с завистью писал, – посмотрите, мужики-то как умирают!.. Как мужики-то умирают… Да! Вот вам, если хотите, образцы. Смерть о многом говорит! Это же явление удивительное, как умирали наши крестьяне – с каким миром, с каким спокойствием – просто поразительно!.. Это самый очевидный признак богоугождения в их жизни: они были действительно праведные… Они праведно жили, живя в миру. Вот примеры, их очень много!.. Ну а если житийную литературу вы хотите, то вот Филарет Милостивый, пожалуйста, вот вам пример. Или жизнь тех, к кому был послан Макарий Египетский… Он был послан к кому? К двум женщинам, которые были замужем, жили одной семьей все вместе, и был послан к ним Макарий Египетский – с какой целью? – научиться!.. Научиться у них, у этих женщин. Он когда пришел к ним, они чуть не умерли от страха: Макарий пришел, вы подумайте! А еще стал их допрашивать, что вы делаете? Они: что мы делаем? Ну, что делаем? – занимаемся хозяйством; готовим все, что надо; воспитываем детей… Как вы живете? Ну как: не ссоримся мы, не ругаемся, стараемся все по мирному делать – ну, ничего не делаем совсем! Самое обычное, что вы… И Макарий ушел, глубоко наученный… Чем? Он увидел, какое у них было смирение… Что мы делаем? – ничего мы не делаем… Поистине, исполняется формула, если хотите, святоотеческая: «Смирение не видит себя смиренным». Вот оно истинное смирение! Истинное смирение никогда не видит себя смиренным, а они-то и были таковыми! Макарий это увидел и ушел от них глубоко наставленный, и благодарил Бога. Вот вам примеры…