Чтение онлайн

О союзниках он говорил сдержанно и несколько скептически.

Сделал доклад молодежи Выборгского района. Говорил крепко, с подъемом. Встретил молодого летчика, с которым познакомился в прошлом году на вечере МЮДа. Он уже капитан — два ордена и золотая нашивка. Ранен в лицо, несколько деформирован нос. Познакомился с восемнадцатилетним снайпером Корольковым. Бывший повар, маленький, тихий, сержант, на груди — орден Красного Знамени и значок снайпера. Уже убил сто сорок два фашиста. Он рассказывал о снайперской практике: иной раз выжидают по шесть часов; бывают и снайперские дуэли.

Вечером хорошо работали над пьесой. Свеча догорела, — стали жечь шнурки от ботинок…

6 сентября 1942 года.

…Днем был в ПУ. Обед: чарка вина, салат овощной, пустой гороховый суп, рис и немного мясных консервов, флотский компот. Все это в сравнении с зимним и весенним питанием — роскошь. Но все мечтают о мясе. Свежего жареного мяса, с кровью! Овощи есть, иногда молоко.

Заходила Вера Инбер с мужем. Она была в Кронштадте, провела двенадцать выступлений, устала. Рассказывала морякам об Одессе, о своем пути, о своем творчестве. Моряки в ответ: «Вот наша одесская мама!»

Писал весь день. Пьеса завладела моим воображением, мыслью. Образы уже сами живут и действуют, следуешь их внутренней логике. Будет большая психологическая роль Чижова (роль была бы для Игоря Ильинского). Писал, внутренне развивая некоторые свои прежние опыты. Сделаны: роль немецкой опытной шпионки; роль советской разведчицы — героико-лирическая; роли четырех моряков — боевые, но менее глубокие и ряд ролей второго плана.

Приятно, бодро. Воздух — чистый, сад… Ночью — звездное небо и мысли, мысли…

7 сентября 1942 года.

…Работаю. Написал картину «Высадка разведчицы». Она и напряженная, и лирическая… Не знаю, хороша ли эта сцена, но у меня, когда писал, слезы набегали на глаза… Пьяниссимо… Зазвучит в ночи старая флотская песнь «Раскинулось море широко» — песнь прощания, тоски, тревоги…

11 часов. Несколько орудийных выстрелов… Громко, сильно поют бойцы проходящей воинской части… Проглянуло солнце…

Наш домик хотят сломать на топливо. Послал в исполком, горком и райисполком просьбу сохранить домик. Маленький дом… В нем так хорошо…

Работал до ужина. Мы шутливо соревнуемся. Выпускаем ежедневный «Боевой листок». Вставляем туда иной раз острые шпильки друг другу.

Пока я иду первым: закончил весь второй акт, готов черновик третьего акта. Завтра напишу, вероятно, половину третьего акта. Пьеса сюжетная, динамичная…

8 сентября 1942 года.

Сводка. Наши контрудары под Сталинградом. Под Ленинградом уничтожено 30 немецких самолетов на их аэродроме.

…Из военных разговоров. Наступление Ленинградского фронта развивается… Взяты: Ивановское, Пелла, Отрадное. Немцы оттягивают тяжелую технику из шлиссельбургского мешка. Наши непрерывно бомбят Тосно — Красногвардейск. Там пожары. Надеются к 25-летию Октября освободить большую дорогу, то есть Октябрьскую. Фронт Мерецкова нажимает, и немецкие сводки это признают.

В городе сносят много деревянных домов — в Володарском районе снесено уже более тысячи. Жаль… Но, с другой стороны, это расчистка города для будущего и топливо для настоящего… Есть сведения, что немцы готовятся бомбить нас, вызвать пожары в городе, чтобы уничтожить перед зимой запасы топлива. Ну-ну!.. Суньтесь!..

Были директор Музкомедии и Янет. Побеседовали о пьесе, о необходимости изучения морских объектов, о цикле лекций перед началом работы и т. д.

…Взят в плен немецкий летчик. Он показал, что через десять-двенадцать дней начнется сильный обстрел и бомбежки Ленинграда, что с юга к Ленинграду немцы перебросят тринадцать дивизий и три воздушных эскадрильи, что идет подвоз боезапаса. Сведения серьезные. Ну, с честью встретим бой!

Приехал Пронин и др. Привезли материалы о шлиссельбургской крепости Орешек. Второй год ее удерживают бойцы — морская пехота и батарея. До противника сто восемьдесят метров. Стена бывшего тюремного корпуса крепости сильно разрушена.

Сегодня объявлены награждения шлиссельбуржцев.

…В 11 вечера к нам приехал член Военного совета Смирнов.

Я поднял тему борьбы за Ленинград:

— Кто осенью 1941 года создал перелом? Как?

Смирнов:

— Жуков… Не считался ни с кем… Работать приходилось с огромным напряжением… Бывало, батальоны формируешь за два часа…

9 сентября 1942 года.

В 9 утра — немецкий разведчик. Стрельба зениток. Солнечно…

Работаем бодро. Проверили первый и второй акты, нашли дополнительные детали плюс музыкальную тему немцев… Заканчиваем все детали в схеме третьего акта. Наметили места хоров, песен и пр.

Секретарь горкома сообщил, что наш домик № 10 по Песочной сохранят…

Читка пьесы 12-го в 12 часов дня… Ну, вперед!

Из фронтовых новостей. От района Ивановское — Отрадное до участков нашей Н-ской армии, нажимающей на немцев с востока, только двенадцать километров. В ближайшие дни, может быть, в эту ночь, ударят две-три наших дивизии (Краснов и др.).

На Западном фронте — упорнейшие бои во Ржеве. У немцев обороняются штрафные батальоны. Отступать им некуда — сзади их ждет расстрел…

10 сентября 1942 года.

…Работаю над пьесой, и из-под тяжелых пластов будней и все-подавляющего военного начала — «Убей!» — опять проступают начала духовные, творящие, пытливо-созидательные: «Роди, создай!»

Закончил пьесу в 12 часов 20 минут. Внутренний анализ. Состояние — как перед премьерой. Взвешиваю возможные pro и contra[81]. Уверен, что читкой возьму…

11 сентября 1942 года.

…Отредактировал первый акт. Шлифую. Внутреннее волнение.

Прочел еще раз речь Черчилля. Впечатление неважное. Нужно достать дополнительную информацию для выступлений.

В ЦО — «Правде» — передовая об обороне городов: «Второго фронта нет, мы ведем войну один на один».

Речь Рузвельта: «Убей, или убьют тебя!» (Ага! Начинают понимать как будто…) Дает перспективу на 1943 год: усиление потока войск и грузов. Россия дерется блестяще, и немецкая армия вынуждена будет провести еще одну зиму в русских степях и лесах. Ряд решений о совместном ударе в Европе: «Есть до десятка пунктов для вторжения…» и т. д. А сроки?